Холодное пламя Эригона - Андрей Ливадный

— Это опасно? — Спросил молчавший всю дорогу Трегалин.

— Опасно, — кивнула Герда, справившись, наконец, с замерзшим замком. — Во-первых, часто случаются обвалы. Во-вторых, по трещинам гуляют такие «сквозняки», что человека с ног сбивают запросто.

— Интересно, если тут имеются мощные выходы планетного тепла, почему ледник в этих местах не растает?

— Он тает. Но тепла недр не хватит, чтобы полностью растопить ледниковый панцирь. Своды наиболее «теплых» пещер часто обрушаются, но быстро «нарастают» снова. Насколько я знаю, за всю историю освоения Эригона человеком случаев глобальных катастроф не было.

— А как же подледные города? — Трегалин вслед за Кирсановым вошел в достаточно тесный тамбур. — Как быть с теплом поселений?

— Ни один город не существует в прямом контакте с ледовыми массами. — Объяснила Герда. — Используются специальные термоизолирующие составы, из которых строиться оболочка, защитная скорлупа, корпус города, внутри которого реализованы замкнутые циклы.

— Ну а как же знаменитые ледяные пещеры и все прочее? — Поинтересовался Иван Андреевич.

Герда усмехнулась, включая свет в просторном помещении гостиной:

— Есть красивая сказка для туристов, а есть Эригон реальный. — Ответила она. — Никто не живет в сказочно-красивых ледяных дворцах. Это полная чушь, извините. Театрализованные представления, не более того.

* * *

Через четверть часа они, расположившись в домике для гостей, пили чай.

— Сегодня переночуете тут, а утром я покажу вам вездеход, выдам снаряжение, ну и парочку универсальных кибернетических механизмов подберем.

— А до утра ждать обязательно?

Герда удивленно посмотрела на Кирсанова.

— Не устали с дороги? При полуторном-то тяготении?

— Ничего страшного. Мы с Сашей будем отдыхать по очереди, ведь автоматика вездехода вполне надежна, верно?

— За кибернетические системы я поручусь, — кивнула Герда. — Техника обкатанная, проверенная не один раз. Если действительно торопитесь, то задерживать вас не стану.

— Не то, чтобы мы сильно торопимся, Герда, но вот насколько я знаю, скорость у тоннельного вездехода совсем невелика.

— Да движется он медленно, и менять настройки системы автопилота я вам не рекомендую. Ускорение процесса прокладки тоннеля может обернуться серьезными последствиями.

— Какими, например? — Поинтересовался Трегалин. Иван Андреевич заметил, что последние четверть часа его помощник ведет себя не совсем обычно, выдавая вроде бы ничем не обоснованную, повышенную нервозность.

— При соблюдении технологии прокладки тоннеля, луч лазера создает на внутренней поверхности тоннеля специальный слой, упрочняющий стенки. Если увеличить скорость проходки, то создание такого слоя станет невозможным и тоннель через некоторое время пойдет трещинами, а потом и вовсе обвалится.

— Герда, я обещаю, что мы будем соблюдать все предписанные меры безопасности — Заверил девушку Кирсанов, отставляя в сторону пустую чашку. — Спасибо вам и за помощь, и за угощение, но нам действительно не нужен отдых. Хотелось бы побыстрее приступить к изысканиям.

— Да я вас, в общем, и не держу. — Ответила Герда. — Пошли в ангар, посмотрим, что есть подходящего из техники.

* * *

Тоннельный вездеход выглядел как огромный металлопластиковый крот. Передвигался он конечно не на лапах, а на гусеничном приводе, да и лед резал двумя лазерными установками инфракрасного спектра.

Погрузив в багажное отделение два универсальных кибернетических механизма, Иван Андреевич и Александр попрощались с Гердой, которая лично проверила запас энергии, воды и пищи, пока археологи грузили свое оборудование.

Сориентировавшись по трехмерной модели местности, Трегалин развернул машину в нужном направлении и включил автоматический режим резки тоннеля.

Кирсанов, договорившись с Гердой о периодичности сеансов связи, прошел в кабину и занял второе кресло.

— Саша, что случилось? Я заметил, ты нервничаешь?

— Чувство у меня возникло нехорошее, Иван Андреевич.

— Ну-ка, поподробнее?

— Показалось, что кто-то наблюдает за нами.

— А точнее? Показалось или все-таки наблюдают? — Кирсанов встревожился.

— Да вроде все в порядке. Это спутники на орбите. Я воспринимаю их излучение. Провел встречный запрос, — отвечают, что штатный режим сканирования. Вот только я так до конца и не понял, зачем орбитальным аппаратам контролировать полушарие, где нет ни одного туристического маршрута?

— Может, ведут разведку?

— Я могу это выяснить, только взломав один из них.

— Нет, Саша, на такую крайность идти не стоит. Никто не мог заранее знать, что мы отправимся именно на Эригон. Даже если за мной следили, а исключать такой возможности я не возьмусь, слишком быстро отреагировали. Нет, это совпадение, случайность.

Александр удивленно посмотрел на Кирсанова и переспросил:

— Вы допускаете слежку? А кому нужно следить за вами?

— Слышал когда-нибудь об охотниках за артефактами?

— Конечно. Но «черные археологи» действуют в Рукаве Пустоты, это же всем известно.

— Не только. Сейчас спрос на артефакты очень велик. Открою тебе небольшой секрет, который, в общем-то, не является государственной тайной Конфедерации, но и разглашать подобные сведения как бы не принято. Так вот, за многими исследователями, особенно за теми, кто регулярно проверяет свои теоретические выводы в полевых условиях, установлено тайное наблюдение.

— И за вами?

— Была парочка неприятных случаев. — Признался Кирсанов. — С тех пор я всегда ношу при себе сигнализатор, работающий на гиперсферных частотах. Так что расслабься, Саша, у тебя в этой экспедиции другое задание. Ты ищешь артефакты, мы вместе исследуем их, а безопасность нам обеспечит вот это маленькое устройство, хоть и разовое, но надежное.

Трегалин кивнул.

Нельзя сказать, что он успокоился, — Александр впервые попал на Эригон, и настораживало его в окружающем буквально все, но, в конце концов, для того он и просил дать ему шанс: экспедиция покажет насколько состоятелен мнемоник вне обычной сферы деятельности, то есть, могут ли его способности использоваться вне рамок защиты информации от сторонних посягательств.

* * *

К утру (понятие в подледных коммуникациях относительное) вездеход пробил пятьдесят километров тоннеля, двигаясь со скоростью десять километров в час.

Иван Андреевич уснул, Александру же не спалось, хотя реальных поводов для беспокойства пока что не было. Деятельность спутников он проверил, сканирующее излучение, пронзающее ледник на всю глубину, вполне укладывалось в рамки задач по контролю туристических маршрутов. Над северным полушарием сканеры по идее должны были бы отключаться, но Трегалин решил, что, начни он разбираться в таких тонкостях, как халатное отношение технического персонала к энергосберегающим режимам, то времени на действительно нужную работу у него не останется.