Гончий бес - Александр Сивинских

— Уходите, мистер Фишер, иначе мне придётся вызвать службу безопасности. Я являюсь сотрудником государственного архива. Понимаете, Государственного! Ни о какой продаже архивных документов не может быть речи. Сожалею, но, похоже, кто-то ввёл вас в заблуждение. Прощайте.

Домофон, пискнув, отключился. Марк яростно выругался.

— В чём проблема? — осведомилась Сильвия.

— Этот негодяй отказался от сделки. Грозит вызвать охрану, если не отстанем.

— Что ж, тем хуже для него. Не желает добром, придётся использовать силу.

Взяли Новицкого, на выходе из супермаркета. Тим и Кир умело подхватили обременённого двумя туго набитыми пакетами архивариуса и зашвырнули в додж. Новицкий и пискнуть не успел.

Переговоры состоялись за городом, в красивом берёзовом лесу. Тим и Кир держали напуганного архивариуса под руки, а мисс Голдэнтач прохаживалась перед ним, поигрывая «Глоком». Кто мог предположить, что Сильвия при этом ненамеренно каламбурила, и фирма, о которой пойдёт дальнейшая речь, будет иметь то же наименование, что и пистолет?

У Новицкого было лицо пассивного педераста с родинкой подле носа, жидковатые светлые волосы и затянутая в тренировочный костюм бабья фигура. На вид ему было лет тридцать — тридцать пять.

— Позвольте представиться ещё раз, — с ангельской улыбкой сказал Марк. — Меня зовут Фишер, я прилетел из Соединённых Штатов, чтобы выкупить у вас документы, о которых мы договаривались через сетевой аукцион «E-Bay». Как видите, помимо меня за документами приехала эта суровая леди и вон тот джентльмен.

Марк кивнул на Декстера, который флегматично стругал палочку ножом жуткого вида.

Господин Новицкий узрел нож и икнул.

— Сомнительное удовольствие познакомиться с ними вы испытаете позже, — утешил его Марк. — И то лишь в случае, если не придёте к соглашению со мной.

— Но я… я не могу…

— Ай-ай-ай! — Марк укоризненно покачал пальчиком. — Бросьте, господин Новицкий. Мы ведь не шутим.

— Я понял. Но и впрямь не могу отдать вам эти бумаги. Понимаете, в архиве их больше нет.

— Что?!

— Нету. Я их уже продал. Вернее, дал попользоваться. Продавать насовсем слишком опасно. С них до сих пор не снят гриф секретности. А тут нашёлся коллекционер, который выложил приличную сумму за то, чтобы я просто передал документы в чертёжное бюро. Временно. Там их отсканируют, переведут в электронную форму, сделают трёхмерные модели на компьютере… что-то в этом роде. Затем вернут мне, я положу папку обратно в хранилище, и всё закончится.

— Тогда какого дьявола вы морочили голову мне?

— Ну, тогда ещё не было других предложений. А я безумно нуждался в деньгах.

— Вы кретин, Новицкий, — проговорил Марк с ненавистью. — Жадный кретин. Впрочем, это ваши проблемы. Придётся вам забрать документы из бюро и передать нам. Плата останется такой, как обещано. За вычетом кое-каких непредвиденных расходов.

— Это невозможно, — сказал Новицкий, и глаза его увлажнились, а губы искривила страдальческая гримаса.

— Отчего? Неужели чертёжное бюро охраняется ротой спецназа КГБ? — Фишер прямо-таки сочился ядом. Грёбаный архивариус надоел ему до чёртиков.

— За мной следят люди коллекционера. Они обещали — если что-то пойдёт не так, по-страдает мой друг!

— А точнее говоря, любовник?

Новицкий кивнул. Слёзы у него уже докатились до подбородка.

— У него уже были проблемы с наркотиками. Задерживали за хранение. Сейчас при-шьют распространение — и всё!

— Да вы в настоящей заднице, товарищ, — сделал вывод Марк. — Я бы на вашем месте драпал отсюда сломя голову.

— Я не могу бросить Витю…

Марк в сердцах сплюнул. Ситуация напоминала какую-то бредовую постановку провинциального театра. Любовные страсти, шпионские страсти, криминальное противостояние коллекционеров — каша, да и только. К сожалению, в кашу эту увяз он сам. Как минимум по пояс.

Фишер подошёл к Сильвии и пересказал слова Новицкого. Мисс Голдэнтач восприняла информацию на удивление спокойно. Её основным делом в этой жизни было решение любых проблем, а не стоны над их неразрешимостью.

— Узнайте у него адрес бюро. Возьмём чертежи сами. Сегодня же.

— А как поступим с самим Новицким? Думаю, стоит покамест запереть в подвал.

— Это плохая идея. Не хватало мне ещё сесть на электрический стул за киднеппинг.

— В Раше смертная казнь отменена, мэм. Максимум, что грозит — пожизненное заключение.

— О! Вы меня, безусловно, успокоили, Фишер. Скажите бойцам, пусть оставят этого любителя мальчиков здесь. Только заберите у него телефон, шнурки, ремень и срежьте пуговицы на брюках. Пока доберётся до города, мы как раз успеем завершить дельце.

* * *

И вот теперь всё нужно начинать с нуля! Снова отлавливать Новицкого, снова пытаться убедить его передать документы. Только условия для диалога куда менее благо-приятны, чем сутки назад.

В квартире архивариуса не оказалось. Потолковавшие с консьержем «бычки» сообщили, что Новицкий вернулся домой около одиннадцати вечера (как раз в это время команда мисс Голдэнтач штурмовала ГЛОК), а спустя час или полтора поспешно куда-то отбыл на такси. Один. Больше не возвращался. Где живёт сердечный друг Новицкого, консьерж не знал.

Поехали к городскому архиву. Архив располагался в том же здании, что и городское Управление Внутренних Дел, и это соседство нервировало Марка до крайности. Тем не менее, в этот раз сопровождать Тима и Кира пришлось ему. Фишер взял с собой портфель, придал лицу выражение озабоченности, ссутулился и посеменил за «бычками».

К счастью, вход в архив был отдельный, на задах твердыни правопорядка. Пост ох-раны (скучающая старушка с вязаньем) миновали на удивление легко. Кир извлёк свои волшебные «корочки», старушка, не отрывая взгляда от спиц, мотнула головой:

— Идите-идите, ваши уже там.

У Марка ёкнуло сердце.

— Какие ещё «ваши»? — шепотом спросил он. — Милиция?

— Да ты не грузись, мистер. Щас всё выясним, — беззаботно пообещал Кир и устремился в глубь здания.

Марк придержал за рукав Тима.

— Я на всякий случай подожду здесь. Если всё спокойно, позовёте.

— Ага! — пообещал тот и бросился догонять приятеля.

Фишер окинул взглядом сумрачный холл. Вдоль одной стены стояли низенькие скамеечки с сидениями, обитыми вытертым плюшем. Как, бишь, их называют в Раше? Козетки? Оттоманки? Он присел на одну — так, чтобы оказаться скрытым колонной — и поста-вил портфель на колени.

— А вы кто будете?

— Что? Вы это мне? — Марк вздрогнул от неожиданности и, наклонившись влево, уставился на старушку.