Скованная тьмой - Джулия Холл

Стил останавливается перед неизвестно куда ведущей дверью и возится с ручкой.

Он что, взламывает замок? Из-за его туловища ничего не видно, но, судя по звукам, так и есть.

Когда дверь открывается, меня снова берут за руку. Мозолями парень задевает особо чувствительные точки на моей руке, и я пытаюсь не задрожать. Я все еще считаю чужие прикосновения чем-то очень интимным. Вероятно, брюнет даже и не задумывается об этом, а я ничего не могу с собой поделать.

Переступив порог, я ощущаю в воздухе тяжелый запах влажности. На языке появляется чуть горьковатый химический привкус.

Перед нами простирается прямоугольный крытый бассейн, освещенный только двумя подводными лампами. Вода на поверхности неподвижная и гладкая, будто стекло.

– Держи, – Дюран протягивает мне кусок розовой ткани. Я на автомате беру в руки то, что он мне дает, и только потом понимаю, что это купальник. – Эш не будет против.

Сердце пульсирует где-то у горла, даже глотать нормально не получается.

Я отдаю купальник обратно, качая головой, но он не забирает его.

– Я туда не полезу.

– Еще как полезешь. Неумение плавать – для тебя непозволительная роскошь. В Академии должны были научить. – Указывает рукой на дверь в другом конце комнаты: – Бегом переодеваться.

В животе все переворачивается, а бабочки начинают танцевать сумасшедший танец.

– Ты в любом случае окажешься в воде. Даже если придется столкнуть тебя с бортика.

Я усмехнулась, будто мне рассказали не очень хорошую шутку. Но я знаю, что Стил серьезно. И, чтобы доказать это, парень делает шаг в мою сторону. Я отпрыгиваю.

– Ладно, ладно. Не надо. – Сделав глубокий вдох, осматриваю бассейн полным презрения взглядом. Я не готова заходить в воду… пока что. Но Дюран прав. Отсутствие данного навыка когда-нибудь сыграет не в мою пользу.

Херувим скрещивает руки на груди:

– Мне посчитать до трех?

– Я что, маленький ребенок?

Наклонив голову, он чуть приподнимает брови, тем самым показывая, что думает по этому поводу. В ответ я лишь пристально на него смотрю. Парень поднимает вверх один палец.

– Один.

Твою ж.

– Стой.

Рядом появляется еще один палец.

– Два.

– Это не смешно.

Судя по чуть приподнятому уголку губ, ему очень даже весело.

– Тр…

– Аааааа! – я бегу в женскую раздевалку, прежде чем Стил успевает подойти еще ближе. От кафельной плитки отражается громкий звук моих шагов, практически заглушая его смех.

Чтобы собраться с силами и выйти из своей безопасной зоны в виде ванной комнаты, мне нужно целых пять минут. Купальник у Эш совсем не вульгарный, во всех смыслах этого слова. Все что нужно прикрыто. Но я чувствую себя почти голой, одетая всего в пару кусочков ткани. Вероятно, потому, что до этого дня ни разу в жизни не надевала ничего подобного.

Я распахиваю дверь и вижу Стила, сидящего на стуле с закрытыми глазами. Грудь его обнажена, а руки убраны за голову, будто он загорает на пляже. Он выглядит таким расслабленным, что я невольно начинаю завидовать. Вот бы и мне чувствовать себя сейчас так же спокойно.

– Я уж подумал, что тебе нужна помощь с переодеванием.

– Ха-ха. Разве что в твоих снах.

Дюран откидывает голову назад и осматривает меня с ног до головы.

– В моих снах ты точно будешь в этом розовом бикини.

Я скрещиваю руки на груди и смотрю на него с максимальным недовольством.

– Прекрати. Когда ты говоришь такие вещи, то похож на какого-нибудь мерзкого извращенца. Или Стерлинга.

Он встает со стула, недоуменно изогнув одну бровь.

– Принято.

И совсем я не пялюсь на его накачанную грудь и пресс. Нет. Не я.

Сделав три больших шага вперед, Стил оказывается в воздухе, подтянув колени к груди и обхватив их руками. Его тело с громким всплеском погружается в воду, поднимая вокруг себя тучу брызг и нарушая спокойствие водной поверхности. Над краем бассейна формируется небольшая волна.

Около моих ног образуется лужа. Я поджимаю пальцы, как только влага касается их. Кажется, вода в бассейне теплая, но по всему моему телу пробегает табун мурашек.

Может, все-таки не надо, а…

Парень выныривает с широкой улыбкой. Мокрые волосы падают ему на лицо. Но вместо того чтобы убрать их назад, он трясет головой, и пряди разлетаются во все стороны.

– Пути назад нет, – говорит он, словно читает мои мысли. – Ты уже согласилась.

– Принудительно, – отвечаю ему я, мысленно подбадривая себя: «Давай, Эмберли. Ты справишься. Много кто умеет плавать и не тонет. Это просто вода. Ты же каждый день ее пьешь и принимаешь в ней ванну. Здесь совершенно нечего бояться».

На цыпочках подбираясь к краю бассейна, я опускаюсь вниз, напряженно усаживаясь на край. Руки трясутся, но я это быстро скрываю. Опускаю одну ногу и позволяю ей погрузиться под воду. От ступни по коже медленно скользит прохлада. Температура воды чуть ниже моей собственной. Я осторожно погружаю вторую ногу и пытаюсь расслабиться, но это физически невозможно.

Стил стоит в воде чуть дальше от меня, но всего несколько сильных гребков – и он оказывается рядом и кладет руки на бортик слева от меня. Пока он садится, его рука касается моего бедра, но я делаю вид, что не замечаю этого.

– Так что у тебя за проблемы с водой?

Его прямота ставит меня в ступор. Мы с ним мастера хождений вокруг да около, а уж в построении эмоциональных стен и вовсе эксперты. Не уверена, что готова посвятить его в эту часть своей истории.

Уязвимость причиняет мне дискомфорт.

– У нас с ней прекрасные отношения, – уклоняюсь я от ответа. – На расстоянии.

Парень внимательно смотрит на меня, замечая то, как напряжено мое тело, и то, как я избегаю зрительного контакта.

– Дело ведь не только в том, что ты не умеешь плавать?

В яблочко.

– Ты боишься по какой-то причине.

Я прерывисто смеюсь.

– Ты имеешь в виду тот раз, когда меня во время наводнения унесло течением вниз по реке, или тот, когда я поскользнулась в бассейне в аквапарке, а спасатель сделал вид, что ничего не заметил?

Брюнет неожиданно напрягается, и его рука снова врезается в мою ногу, но я не обращаю на это внимания. У меня начался словесный понос.

– Или рассказать тебе о том, как я объясняла приемным родителям то, что ныряла в озеро, бассейн или реку в одежде, чтобы спрятаться от теневых тварей? Ни к чему хорошему это не приводило. Люди не хотят оставлять у себя девочку, которую считают лгуньей или выжившей из ума.