Серебряная птичка - Наталья Сапункова

Приказ князя сопровождался тычком в спину от стражника, и Сайгур ответил:

— Я понял.

— Ещё оно неудобство ошейника — он не позволит жениться у Ворот Гемм. Но до сих пор ты как-то обходился без законных браков, за, Сайгур Кан? Мелочь на самом деле.

Теперь Сайгур слабо усмехнулся. Ну да, конечно, мелочь…

— Уведите, — махнул рукой князь.

И Сайгур снова оказался в той же тюрьме, где проснулся этим утром.

Но это мелочь тем более…

«Твоя падчерица — твои обязанности», — сказал князь. На самом деле Юне ничего не нужно было делать, всё взяла на себя княгиня Шалалу — быстро раздала распоряжения, впроть до того, что портные сняли с Найрина мерки, ведь ему требовался костюм. А обещанная свадьба — в праздничный день тоже ничего сложного, столы и так будут ломиться…

Главное, чтобы Челла проснулась.

Старая круглая башня неподалёку от дома Тураи. Стража у входа. И всё равно дверь была заперта, и колдун загремел ключами.

— Что теперь будет с моим братом? — воспользовавшись заминкой, спросил Найрин.

Спросил, потому что появилась возможность: колдун был занят, а толпа, которая их сопровождала, осталась на некотором расстоянии от башни.

— Не думайте об этом сейчас, — посоветовала Юна. — Главное, что вы оба живы. А раз вы живы, то все ещё возможно.

Они поднялись по узкой каменной лестнице и вошли в комнату. Было роскошно, чисто прибрано и сумрачно — узкие окна закрывали шелковые портьеры. Девушка на кровати спокойно спала, её волосы успели растрепаться, грудь еле заметно поднималась и опускалась в такт дыханию.

Найрин побледнел и замер, вцепившись в изножье кровати.

Колдун поводил ладонью над лицом Челлы.

— Всё в полном порядке. Я считаю, что это не очень глубокий магический сон. Дыхание заметное и легкое — видите? И она иногда ворочается. Лет на тридцать, как я считаю. А интересно было бы понаблюдать, — он обращался в основном к Юне.

— Надеюсь, эсс, что вам не повезет с наблюдениями на этот раз, — мягко заметила Юна, и повернулась к Найрину. — У вас с собой птичка? Наденьте на шею, как положено. Когда-то вы отвергли этот дар, но теперь наденьте.

— Да, миледи, — Найрин размотал цепь с руки и надел, серебряная подвеска пришлась как раз на середину груди.

Выражение лицо у него было примерно такое, как если бы он сейчас надевал доспехи, собираясь сразиться со свирепым врагом.

Колдун улыбнулся и одобрительно кивнул.

— Просто поцелуйте её, — посоветовала Юна, собираясь уйти. — Это, должно быть, то же самое, как она когда-то вливала вам силу. Такое же действие. Сила потечёт легко и быстро, когда вспыхнет страсть.

— Значит, у тана и тани уже есть такой опыт? — обрадовался колдун, — вероятно, тогда и произошло смешение?

— Думаю, оно началось с первой встречи и тогда закончилось, а потом укрепилось в Источнике.

— Гм, — он весело глянул на Найрина. — Тан, у вас всё получится, даже если вы всего лишь возьмете тани за руку.

— Пойдемте, эсс колдун, — засмеялась Юна. — Даже я огорчусь, если он всего лишь возьмёт её за руку!

Юна шла вниз по тёмной лестнице, и ей всё ещё хотелось улыбаться. Недавно она тряслась от волнения — и вот смеется, фривольно шутит. Фейская магия, не иначе…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Юна шла, легко ступая, и… её правая нога соскользнула со ступеньки. Они удержалась бы и сама, но колдун вдруг подхватил и легко поставил на пол.

Руками.

— Благодарю, — Юна обернулась. — Вы, эсс…

— Ваш пояс в порядке, — с улыбкой пояснил старик. — Просто мои возможности выше обычных. Хотите, чтобы я избавил вас от пояса?

— Нет, благодарю.

— Понятно. Простите, если был неосторожен.

— Всё в порядке, эсс.

Внизу башни тоже было просторное помещение с окном, забранным железной решеткой, Юна и колдун остановились возле него, чтобы подождать Челлу и Найрина.

Юна смотрела на колдуна… и он вдруг показался ей другим. Старик? Нет. Крепкий и сильный мужчина, которому, вероятно, много лет, но…

Он колдун, и его власть над собой сильнее его возраста. Он может быть очень старым, но ни в чём не уступит молодому.

— Ни о чём не вонуйтесь, принцесса, — сказал колдун. — Я слуга князя, но в достаточной степени свободен. Но… слуга князя.

— Я понимаю, эсс. И я не принцесса, у меня нет такого титула.

— Это красивое слово. Так называют женщин, происхождение которых подобно вашему, на моей родине.

— Зовите меня тани, прошу вас.

— Да, моя тани. Я рад, что князь поручил мне проверить возможности тана Найрина и научить его чему-то полезному. У тана Найрина большой, но не развитый дар, его надо обучать. Кстати, моя тани, вашего дара я не чувствую. Но браслеты могу оценить.

— Что вы, эсс. Вам показалось.

— Показалось, я понял. Не хотите, пока есть возможность, брать у меня уроки?

— Э… нет, эсс колдун… — она была смущена и почувствовала явный укол сожаления, отказываясь.

Учиться ей хотелось. И нравилось. Но всё же нет.

— Вас тоже не тому учили. Потому что вы кандрийская наследница. Я никому не рассказываю о том, что мне кажется, моя тани.

— Благодарю. Эсс колдун, Найрин расстоен, не закрыло ли это его силу? Он беспокоится за брата. Боюсь, считает себя виноватым в том, что на Сайгуре остался невольничий ошейник.

— Он в порядке. И в этом он точно не виноват, моя тани. Ошейник на его брате куплен у меня. Надев один раз, снять его невозможно. Моя находка, редкое древнее заклятье, пропись которого я нашел в старой гробнице и поправил. Я один им пользуюсь, и утверждаю — его не снимет никто.

Юна замерла, не в силах поверить в услышанное

— Но это невозможно, — прошептала она. — Вы хотите сказать, что князь обещал Сайгуру свободу, не имея возможности снять ошейник? Нет. Князь часто ведет себя… непросто, но лгать в таких вещах он не стал бы. Мать Гемм наказывает…

— Моя тани, — мягко сказал колдун и взял её за руку.