Хроники Темного Универа. Начало - Саша Готти

– Я все равно тебе была не нужна, – продолжала Влада игру. – Я умру, все твои неприятности закончатся…

Влада задержала дыхание, будто перестала дышать, внутренне ликуя.

Гильс сгреб ее в охапку, прижал к себе, и его собственное дыхание стало частым и прерывистым. Частое дыхание у вампира?! Это что-то новое.

– Влада, твоя рука обнимает меня за шею, – вдруг холодно и жестко сказал Гильс. – Даже для обморока в ней многовато напряжения жизни. Ты меня разыграла.

Влада резко высвободилась, оттолкнув от себя вампира, и вскочила на ноги. Гильс, прищурив глаза, изучающе разглядывал ее.

– Повелся! – Влада тряхнула волосами, отбрасывая их со лба. – А я думала, тебя не проведешь. Но на несколько секунд все-таки можно.

– Девчоночьих спектаклей еще мне не хватало, – разозлился вампир. По его черной рубашке плескались отблики зеленых волн. Глаза пульсировали в полумраке багровыми огнями, что означало ярость. – Тебе не стыдно?! Я запретил тебе влезать в игру, но ты все всегда делаешь наоборот! Фантомы твоих милых предков съехали по фазе, когда не поняли, кто ты такая! Ты не догадалась, зачем они тебя тащили к бассейну? Утопить, убить по-настоящему, ясно?

– Ясно. Только не смей на меня орать, Муранов, – разозлилась Влада. – И никто тебя не просил со мной обниматься, сам полез ко мне.

– Я слушал биение сердца, а не обнимал, – вспылил Гильс. – Нужно мне больно тебя обнимать, глупая девчонка!

Услышав это, Влада даже подпрыгнула на месте от ярости.

– Что-о?! Да как ты смеешь! Ты сам мне навязался со своей защитой, которая мне не нужна!

– Навязался? – вампир засмеялся. – Мне напомнить, что ты про меня писала, Огнева? Сколько уже можно изображать, что я тебе противен, если все наоборот, а?

– Ах, теперь про мой дневник вспомнили! – Влада зло прищурилась, сложив руки. – Да ты просто не способен никого любить, ты можешь только высмеивать. А я не стыжусь своего дневника. По крайне мере я умею хоть что-то чувствовать, в отличие от тебя, кусок железа!

– Влада, прекрати. Тебе нужна моя защита, ты знаешь.

– Муранов, да не нужна она мне! Я не хочу больше ничего от тебя, никакой защиты! Она мешает мне жить!! Снимай вот сейчас и здесь свой узел!! – Влада резко вскинула руку, на запястье которой свилась выцветшая лента.

– Не сниму.

– Да ты просто подлец! Я могла бы обрести магический дар в четырнадцать, если бы не была в плену у вампира! Ты это нарочно сделал, чтобы не дать мне стать магом?!

Гильс молчал, глядя в сторону.

– Все сказала?

– Нет, не все! Нам пора выяснить отношения. – Влада вдруг почувствовала, как ее слова становятся непривычно жестокими и острыми, как иглы. – Я и не мечтаю о тебе. Когда тебе будет восемнадцать, я не сделаю ничего, чтобы помогать тебе. Начнешь перерождаться в кровососа – пожалуйста, я и шага к тебе не сделаю. Я хочу быть свободной! Ненавижу! Жить так больше не могу! Чертов проклятый подлый паук со своими узлами и паутиной!

Влада резко размахнулась, чтобы ударить его по лицу, но вампир перехватил ее за запястье, мягко опустив ее руку:

– У тебя истерика, успокойся.

– Ах, так?! – Влада вспыхнула, задохнувшись от ярости. – Да я уже жалею, что спасла тебя от смерти! Я тебя ненавижу! Наверняка твои родичи убили моих родителей, и ты не даешь мне стать магом, чтобы я об этом не узнала! Проклинаю тебя!

Она продолжала кричать, как вдруг Гильс быстро перехватил ее руку и неуловимым движением снял с ее запястья ленточку:

– Поздравляю со свободой.

Влада запнулась и замолчала.

Такого развития событий она как-то даже не ждала. Скорее, хотела вызвать в Муранове гнев, взрыв, чтобы он схватил ее, начал трясти, объяснять, просить, уговаривать…

А теперь ее запястье было свободно, как и она сама.

– Надеюсь, ты найдешь себе защитника получше меня, – тихо сказал Гильс, размахнулся и бросил ленточку в зеленые бурлящие волны. Она исчезла среди них моментально, будто те жадно съели ее.

– С-спасибо… – пробормотала Влада, не зная, что можно теперь говорить. И надо ли говорить вообще.

В этот момент в бассейном зале появился запыхавшийся Ганц.

– Муранов, какого черта?! – Он ткнул Гильса кулаком в плечо. – Почему ты рванул за Огневой, когда надо было в другую сторону?! Это была хитрость троллей, они увели файер, понимаешь?? Мы проигрываем!

Влада не успела и моргнуть, как через секунду ни Ганца, ни Муранова рядом уже не было. Вдали, в недрах Универа, происходил бой. Наверняка вампиры на подступах к башне еще пытались отбить артефакт у троллей, и Гильс прорывался к цели… Разве он мог как-то иначе со своим самолюбием и заносчивостью…

– Поздравляет он, – проворчала Влада. – Вот и спасибо.

Влада терла освободившееся от вампирского узла запястье, разглядывая блики от воды на зеленом кафеле.

Вспышка гнева утихла, и теперь наступила слабость и апатия. Такое странное ощущение – как будто она потеряла что-то очень ценное и жизненно важное. Не обрела свободу, а потеряла Гильса.

«Не смей», – мысленно обозлилась на себя Влада. – Не смей! Не вздумай растекаться лужицей и ползти к нему. Я тебе запрещаю, идиотка! Или ты будешь через час опять рыдать и проклинать себя за глупость! Ты должна радоваться, что освободилась. Поняла?»

– Поняла? – вслух повторила Влада. – Радуйся свободе. Теперь тебе ничто не помешает все узнать. Теперь можно стать собой. Долой паука…

Антимурановый аутотренинг почти помог, тело перестало рваться бежать следом за Гильсом. Какая-то ее часть, наверное, все-таки сбежала, потому что Влада чувствовала себя разорванной пополам. Та, вторая, убежавшая, уже догоняла Муранова и бросалась ему на шею. Она просила прощения за грубые слова, Гильс сердито снимал с головы бандану и снова повязывал на нее узел вампира…

Влада приложила руку к губам и всхлипнула. Той второй сейчас лучше, чем этой первой, которая сидит на кафельном полу около бассейна. Эта свободная и одинокая. Эта завтра пойдет на бал с Ацким.

Сейчас все мальчишки казались ей спрутами, которые обвили ее своими щупальцами, и каждый тащил в свою сторону. Будь ей семнадцать хотя бы, она бы разобралась и поняла, что делать. Но сейчас, в четырнадцать? Даже и посоветоваться не с кем. Не с Марой же. Да и не с дедом. Советоваться с дедом – светлым магом, что ей делать с тремя мальчишками-нечистью… Влада горько усмехнулась. Совсем уже спятила…

Влада сидела, погруженная в мысли, на кафельном полу, когда за темным окном Универа полыхнула зеленая вспышка, осветив ночную Москву, как долгая яркая молния. Под ногами от глубинного рокота содрогнулся пол, будто прокатилось землетрясение.

– Наши, наши победили!!! Ура-а-а!!! – закричали отдаленные голоса. – Троллиум – сила, тролли рулят!!! – отчаянно вопили тролльские глотки.