Написано кровью моего сердца. Книга 2. Кровь от крови моей - Диана Гэблдон

– А ты как думаешь? – миролюбиво осведомился он. В его голосе не было вызова, и Джейми внезапно осознал собственную враждебность и, нахмурившись, смерил Джона задумчивым взглядом.

Джон улыбнулся уголком рта.

– По-твоему, я пришел, чтобы сразиться с тобой за благосклонность этой леди? Или чтобы соблазнить ее за твоей спиной?

Джейми не засмеялся, но лоб его разгладился.

– Вряд ли. Но ты не выглядишь раненым, так что пришел и не за тем, чтобы тебя полечили.

Джон дружелюбно кивнул, соглашаясь с его словами.

– И вряд ли ты пришел за тем, чтобы продолжить нашу дискуссию, – напряженно предположил Джейми.

Джон медленно вздохнул, еще медленней выдохнул и спокойно посмотрел на Джейми.

– Ты считаешь, нам есть еще что обсуждать?

Повисла напряженная тишина. Я переводила взгляд с одного мужчины на другого. Джейми сузил глаза, Джон широко распахнул. И оба пристально смотрят друг на друга. Не хватает лишь рычания и хлещущих по бокам хвостов.

– Джон, у тебя есть оружие? – весело спросила я.

Он озадаченно посмотрел на меня.

– Нет.

– Хорошо. – Пытаясь сесть, я слабо застонала. – Значит, ты точно не убьешь его. – Я кивнула на сжимающего кулаки Джейми. – А уж если он не свернул тебе шею в тот раз, то не сделает этого и сейчас, правда? – выгнув бровь, я посмотрела на Джейми.

Он опустил взгляд на меня. Сжатый рот расслабился, руки тоже.

– Скорее всего, нет.

– Вот и хорошо. – Я убрала с лица прядь волос. – Значит, вам незачем драться. А грубые слова снизят удовольствие от этого визита, правда ведь?

Оба промолчали.

– Это был не риторический вопрос, ну да ладно. – Сложив руки на коленях, я повернулась к Джону. – Я польщена твоим визитом, но вряд ли ты пришел только для того, чтобы справиться о моем здоровье. Прости за любопытство, но… зачем ты здесь?

Расслабившись, он взял табурет и сел, сплетя пальцы на колене.

– Я пришел просить о помощи, – глянув на Джейми, сказал Джон. – А еще… сделать тебе одно предложение. Не в качестве ответной услуги. Предложение не зависит от твоей помощи.

Джейми скептически фыркнул, но ничего не сказал.

Джон кивнул и тяжело вздохнул, прежде чем продолжить.

– Однажды ты упомянула, моя дорогая…

– Не называй ее так.

– Миссис Фрэзер, – исправился Джон и, вежливо кивнув мне, обратился к Джейми: – однажды сказала, что она – и ты, как я полагаю, – водите знакомство с генералом Арнольдом.

Джейми и я обменялись озадаченными взглядами. Джейми пожал плечами и сложил руки на груди.

– Да, так и есть.

– Хорошо. Я… и мой брат, – он слегка запнулся при упоминании Хэла, – хотим получить от вас рекомендательное письмо для генерала. Нам нужно официальное разрешение на посещение города – и любая помощь, которую он может предоставить нам для поиска моего сына.

Джон выдохнул и опустил голову. Мы молчали.

Наконец Джейми вздохнул и сел на другой табурет.

– Что этот мелкий паршивец натворил на сей раз? – смиренно поинтересовался он.

***

Закончив рассказ, Джон вздохнул, потянулся почесать больной глаз, но на полпути отдернул руку.

– Давай перед твоим уходом я положу в глазницу еще меда, – предложила я. – Это уменьшит сухость.

Данный non sequitur² помог прервать неловкую паузу, возникшую в разговоре, – Джейми до немоты был поражен рассказом Джона.

– О господи, – наконец вымолвил Джейми и с силой потер лицо.

Он до сих пор носил испачканную кровью одежду, в которой сражался; он не брился три дня, спал вполглаза и мало ел – в общем, выглядел так, что на него страшно было смотреть даже днем, и уж тем более не хотелось бы встретить на темной улочке. Джейми глубоко вздохнул и встряхнулся, будто промокший пес.

– Значит, ты думаешь, оба – и Уильям, и Ричардсон – отправились в Филадельфию?

– Возможно, не вместе – или, по крайней мере, они не вначале были вместе, – ответил Джон. – Конюх Уильяма сказал, что его хозяин отправился на поиски двух… э-э… девушек, которые ушли из лагеря. Но мы подозреваем, что это уловка Ричардсона – он хотел выманить Уильяма из лагеря и перехватить по дороге.

Джейми раздраженно фыркнул.

– Предпочитаю думать, что паренек не такой уж простак и не пойдет с Ричардсоном. Только не после того, как тот отправил его в Великое Мрачное болото в прошлом году и чуть не убил.

– Это он тебе сказал об этом?

– А тебе не сказал? – Если прислушаться, в голосе Джейми можно было уловить слабую насмешку.

– Я более чем уверен, что тебе он ни о чем не говорил, – едко ответил Джон. – Он не видел тебя несколько лет до той встречи на Каштановой улице. Я бы поставил на то, что после того вы не встречались, и я наверняка услышал бы, упомяни он Ричардсона тогда, во время разговора в коридоре.

– Да, он сказал об этом моему племяннику Йену Мюррею. Или тот услышал это, пока Уильям бредил от лихорадки, когда Йен выводил его из болот. Ричардсон послал его с сообщением к неким людям в город Дизмэл. С его слов, эти люди были лоялистами. Но половина жителей Дизмэла носят фамилию Вашингтон.

Сварливое выражение исчезло с лица Джона. Он побледнел, и кровоподтеки стали выглядеть как проказа. Джон глубоко вздохнул, обвел взглядом комнату, увидел полупустую бутыль кларета и, не останавливаясь, выпил четверть. Поставив бутыль, Джон приглушенно рыгнул, встал со словами «подождите минутку» и вышел. Мы с Джейми удивленно переглянулись.

Удивлялись мы недолго – Джон вскоре вернулся с герцогом Пардлоу. Джейми сказал что-то исключительно вычурное на гэльском, и я понимающе посмотрела на него.

– И вам тоже доброго дня, генерал Фрэзер, – вежливо кивнув, сказал Хэл.

Как и Джон, он оделся в гражданское, но полоски на его жилете были кричаще малинового цвета. Где он его раздобыл?

– Я снял с себя эти полномочия, – холодно заметил Джейми. – Зовите меня «мистер Фрэзер». Могу я узнать, чему мы обязаны чести лицезреть вас, ваша светлость?

Хэл поджал губы, но, глянув на брата, был вынужден коротко рассказать о личных причинах, касающихся капитана Ричардсона.

– Еще я, разумеется, хочу вернуть своего племянника Уильяма – если он действительно с Ричардсоном. Брат сказал, вы сомневаетесь в том, что они вместе?

– Да. Мой сын не дурак и не размазня. – Джейми едва заметно выделил голосом «мой сын», и оба Грея слегка напряглись. – Он не даст выманить себя по несерьезной причине и не позволит тому, кого подозревает, взять себя в плен.