Я люблю дракона - Наталья Мамлеева

– А теперь завтракай, принцесса, потому что у тебя сегодня плотный график.

Он потянулся за кружкой напитка, напоминающего кофе. Чтобы проверить свое предположение, я отхлебнула из своей кружки и убедилась, что была права. Жидкость приятно обожгла горло, смогла привести мысли в порядок. На столе также была мясная нарезка и румяные круассаны. Я потянулась к выпечке и бросила вопросительный взгляд на принца, но тот качнул головой.

– Я не голоден. С утра был на охоте.

На охоте… Он дракон. Хищник. Как же в это сложно поверить!

– Ты можешь рассказать мне больше о том, что значит перестать быть фениксом и стать драконом?

– Фениксом ты быть не перестанешь, – поправил меня кронпринц. – Для того чтобы стать драконом, ты должна пройти инициацию. Обычно ее проходят в свой двадцать первый день рождения. Видишь ли, фениксы от природы живут не больше двадцати пяти – тридцати лет, а слияние с яйцом дракона дарует и им, и нам особые преимущества.

– Слияние? – переспросила я. – То есть мы отнимаем их жизни?

– Не совсем так. Чтобы понять это, тебе нужно ощутить в себе своего зверя, тогда ты поймешь всю сущность симбиоза.

– Симбиоз? То есть они тоже получают выгоду? – нахмурилась я, пока не очень улавливая связь.

– Драконы – волшебные создания. Говорят, что слезы Богини собирались в пещере Созидания тысячелетиями, со временем увеличиваясь в размерах. Так и образовались залежи яиц, и они все прибавляются.

– Слезы? Разве боги плачут? – скептически спросила я, и мужчина тепло улыбнулся, словно несмышленому ребенку. Он забавлялся над моим атеистическим мировоззрением.

– Боги тоже плачут. Они любят, ненавидят, ревнуют – только сильнее, ярче, всепоглощающе. Их гнев стирает города, их ревность сжигает души, их любовь дарует жизнь. И если в их сердце вспыхивает чувство, оно горит ярче пламени.

Я завороженно смотрела на него. Ордарион говорил об этом так, будто сам чувствовал нечто схожее, будто знал богов лучше, чем они самих себя. И была в его словах нежность – он был глубоко верующий человек, но не фанатик, которых мне часто приходилось встречать на Земле. Кронпринц верил и почитал богов, не боялся, а любил.

– Они защищают нас, пусть мы часто и становимся предметом их ссор.

– А сколько у вас богов? – спросила я.

– Двое. Бог и Богиня.

– У них есть имена?

– У них множество имен, Леоника. У разных народов и прозвища разные, но фениксы решили не давать им ложных имен, ведь своих они никогда не называли, – ответил Ордарион, поставив пустую кружку на стол.

Увлекшись беседой с ним, я не заметила, как съела два круассана и выпила свой кофе.

– А давно фениксы вступают в симбиоз? – задала следующий вопрос раньше, чем успела его обдумать.

Я вдруг поняла, что мне необходимо продолжить беседу с Ордарионом, и не только потому, что он был прекрасным рассказчиком, а потому, что в такие минуты он казался практически земным.

– Я не знаю того времени, когда фениксы и драконы не вступали в симбиоз, говорят, что это началось еще с прародительницы. И ты должна знать, что основная обязанность правителя – подпитка пещеры созидания, чтобы каждый феникс смог найти своего дракона. Впрочем, разговоров достаточно, да и ты, если съешь еще один круассан, лопнешь, – усмехнулся кронпринц и изящно поднялся на ноги.

Для меня было неведомо, как при его габаритах он способен двигаться настолько грациозно. Высокий, статный, с проникновенным взглядом черных глаз, да еще и умный. Даже боги бы простили мне, если бы я влюбилась в такого брата! Почему судьба так жестока?

– Ты позволишь мне вымыть руки? – спросила я, и кронпринц царственно кивнул. Его высочество дал свое соизволение!

Фыркнув под его удивленным взглядом, я прошла через спальню в ванную, где вымыла руки, и вернулась к Ордариону. Тот уже был не один, рядом с ним стояла высокая женщина с крупными чертами лица и безвкусным белым париком на голове. Лет ей было много, даже по земным меркам, а сколько в этом мире – даже предположить не решусь.

– Ваше высочество, позвольте представить вам шиари Клошиэтту Орратуа, вашу компаньонку.

То есть надсмотрщицу?

– Весьма рада, – ответила я. – Позвольте представиться…

– Принцесса не представляется сама, – чопорно ответила женщина, – приход принцессы объявляет церемониймейстер, а все другие при разговоре с ней обязаны знать ее имя и статус.

– Видимо, вы еще и мой преподаватель этикета? – спросила я, стараясь погасить раздражение.

– У вас будет отдельный экскурс в тонкости придворного этикета, – с усмешкой ответил принц, и я сразу поняла, что на фоне будущего учителя шиари Клошиэтта мне покажется ангельским созданием. – Шиари будет вам всячески помогать усвоить полученный на занятиях материал.

– Можете быть уверены, я буду исполнять свои обязанности с должным усердием, ваше высочество, – благоговейно склонилась перед кронпринцем моя компаньонка в изящном реверансе.

Я бы позавидовала ее грации, но сейчас у меня больше зависти вызывало ее стремление исполнить свой долг.

– Нисколько не сомневаюсь в вашей исполнительности, – был прохладный ответ его высочества, после чего он подал мне руку, и мы вместе с ним покинули мои покои.

Шиари Клошиэтта отправилась вслед за нами. Было непривычно оставлять свою комнату незапертой, какое-то внутреннее чувство самосохранения напоминало об этом, но мне стоило привыкать к тому, что я больше не на Земле.

Я даже споткнулась от этой мысли, но удержала равновесие. Окружающий мир на секунду замер, а потом возобновил свое вращение, навсегда убегая из привычной для меня реальности. Все мосты сожжены, и кажется, что я в полной мере никогда не принадлежала своему миру. Все прошлое стерлось, действительно оставив позади себя пустые холсты. Моей прошлой жизни не было, есть лишь здесь и сейчас. Впереди раскинулось не пустое полотно, а цветное, полное прекрасных пейзажей. Осталось только перестать быть блеклой тенью и доказать всем, чего я на самом деле стою.

– Все в порядке? – безучастно спросил принц.

Я лишь кивнула головой и дала себе возможность и дальше быть ведомой. Ордарион привел меня в просторную комнату, отделанную в голубых тонах. У высокого окна стоял письменный стол и стул, напротив – точно такой же, только с ученической доской. Я почувствовала себя первоклассницей. Но обстановка вышеупомянутой мебелью не ограничивалась. В центре стояли диваны и столик, поверхность которого была отделана наборной мозаикой из неизвестных мне камней. У стены справа от входа стояла софа для отдыха, а с другой стороны рядом с еще одной дверью – узкий шкаф. Скорее всего, там лежали письменные принадлежности, карты и учебники, но это лишь мои домыслы.

Мой взор не стал задерживаться на предметах интерьера, сосредоточившись на пяти людях, сидящих на диванах в центре комнаты. Когда мы с Ордарионом зашли внутрь, они моментально поднялись со своих мест и поклонились, а единственная дама среди них присела в реверансе. Самыми интересными личностями были светлый и темный эльфы – у последнего была серебристо-черная кожа, белые глаза, седые длинные волосы, собранные в сотни тонких косичек, и заостренные уши. Но как только они поднялись на ноги, я смогла разглядеть среди них и гнома. Я узнала его по низкому росту и обилию растительности на лице. Видимо, я в представлении не нуждалась, так как Ордарион начал представлять мне будущих «экзекуторов».