Высшая правовая магическая академия. Ловушка для высшего лорда - Маргарита Гришаева

— Будем надеяться, — улыбнулась я. — Ой, а прослушка работает, ты не проверял?

— Проверял, — кивнул он. — В больнице уже ажиотаж. Но за ее пределы сенсация пока не вырвалась. Магистр Барлоу считает, что они ошиблись с диагнозом, уже началось пропесочивание персонала. Но посторонние пока не появлялись.

— Ты мое сокровище, — устало улыбнулась я и обняла кота за шею. — Как бы я без тебя со всем этим справилась?

— Никак. — И, заметив мой широкий зевок, добавил: — Идем-ка отдыхать, мы оба выдохлись.

— Просплю, — печально покачала я головой. — В таком состоянии точно все просплю.

— Я тебя разбужу, — пообещал он мне, и я была не в силах сопротивляться.

В больнице было заметное оживление, и причину мне сообщили с порога.

— Ты представляешь, у нас просто чудо произошло! — встретила меня Майлина.

— Какое чудо? — изобразила я заинтересованность, переодеваясь в рабочую одежду.

— У одного из неизлечимых утром началась ремиссия!

— Да ладно, быть не может! — воскликнула я. — А что у него было?

— Кермирская лихорадка.

— Но это же абсолютно безнадежный случай, — поразилась я. — Никогда не слышала, чтобы хоть кому-то становилось лучше, про излечение уж и не говорю.

— Вот-вот. Вчера он при смерти был, а сегодня никаких признаков лихорадки! У нас целый день консилиумы. Замучили уже, честно говоря, несчастного, только-только пришедшего в себя больного, — неодобрительно покачала головой женщина.

— Правда? И кто приходил? — задала я главный вопрос.

— Пока никто. Шеф настоятельно просил не болтать, но завтра точно полгорода сбежится.

Еще бы. Один день такое событие еще можно продержать в секрете, а там уже придется делиться с коллегами, иначе не выяснить, что же все-таки произошло с больным. Так что сегодня никто из высших чинов нашим происшествием не заинтересуется. Будем ждать завтрашнего триумфа.

— Собрание местных великих умов хоть выяснило, почему он поправился? — демонстрировала я все тот же энтузиазм, на деле уже полностью потеряв интерес.

— Да какое там, — махнула рукой администратор. — Разве что разругались из-за своих теорий. Говорят, такое чувство, что болезнь просто резко исчезла, оставив после себя лишь истощение. Вот ведь невероятные вещи вокруг творятся.

— Это точно, — покивала я. — Ну, куда меня сегодня отправляют?

— В приемное, — вздохнула Майлина, — у нас сегодня снова нехватка рук.

— В приемное так в приемное, — улыбнулась я и погрузилась в череду различных болезней и травм.

Еще один учебный день, вслед за ним еще одна рабочая ночь так и не принесли новостей. Нет, о чудесном исцелении широкой публике стало известно, и количество посетителей у главного целителя больницы магистра Варлоу резко увеличилось. Но сколько мы ни подслушивали, подозрительных имен не уловили. Только врачи да ученые. Приходили они обычно не по одному, а целыми делегациями, и звучало столько медицинских терминов, что становился очевидным чисто профессиональный интерес.

До последнего дня недели я добралась в не слишком радужном настроении, да и чувствовала себя откровенно разбитой. Выходных ждала как праздника, хотя дел было запланировано немерено. Но до вожделенного отдыха мне еще предстояло провести ночь в управлении. Несмотря на богатый опыт работы именно в этой области, идти туда было гораздо страшнее, чем в больницу. Вечера я ждала с легким ужасом, опасаясь, вдруг Бриар снова придет что-либо выяснять.

Провожала меня туда профессор через портал, который перенастроили сразу на выход в управление, чтобы мы не мотались по ночным улицам.

— Удачи, — улыбнулась она. — Я в тебе уверена, да и работа тебе знакома, так что вперед, тебя ждут.

Я напряглась, начиная понимать, что мои опасения подтверждаются. Сделав шаг в неизвестность, вышла в прекрасно знакомом мне помещении морга.

— А я все ждал, когда же и ты заступишь на дежурство. Даже специально подогнал расписание, — раздался знакомый голос, но совсем не тот, который я боялась услышать. — Ну привет, потеряшка.

— Рик, — с улыбкой обернулась я.

Вот уж кого я не чаяла увидеть и как же обрадовалась!

— И что, ты даже не обнимешь старого друга? — Он приглашающе раскрыл руки.

А я, уже не сомневаясь, кинулась к нему. Сама не думала, что действительно так соскучусь по человеку, с которым была знакома так недолго.

— Вот теперь не отпущу, пока не покаешься, — заявил оборотень, сжимая меня в объятиях, а я застыла от предчувствия, что допроса мне не избежать. — Ты куда пропала, признавайся? — задал он неожиданный вопрос, отпуская меня, чтобы я могла заглянуть ему в лицо и осознать весь спектр обиды. — На письма не отвечала, из академии смылась, ни найти тебя, ни поймать. Это что еще за фокусы?

Уф, если мне и придется оправдываться, то не по тому поводу, которого я опасалась.

— Ты прости, экзамены, каникулы… проблема одна, не хотелось мне ни с кем общаться… — Я не особо жаждала посвящать его в свои дела.

— Экзамены — это я понимаю, важно, — покивал он. — А вот что за проблема, я догадываюсь и могу уверить, что она была на тот момент не только твоей.

Я вспыхнула и отошла, совершенно не желая обсуждать эту тему. Лучше пойти достать из шкафчика спецодежду — фартук и перчатки.

— Молчишь, значит? — правильно понял мою позицию Аларик. — То есть ты решила, что коли разругалась с Бриаром, то и я тебе больше не друг, правильно я понимаю?

А я покраснела еще больше, осознав, что поведение мое выглядит именно так.

— Значит, правильно, — тряхнул он головой. — Вот вроде вся такая умная-разумная, а зачастую полная дура.

Я, развернувшись, хмуро посмотрела на него. Нет, в чем-то он прав, но сказано все равно грубо. Наверное, стоит обидеться, только не получается.

— Ну, допустим, — огрызнулась я.

— А тут и допускать нечего, — парировал он. — Твои разборки с Деймом меня не касаются. Нет, я не буду врать, будто мне неинтересно, что за кошка межу вами пробежала, раз ты пряталась от всех два месяца, а он ходил злой как не знаю кто. Но и насильно вытаскивать из тебя эти сведения не буду.

Я с недоверием глянула на него.

— И даже не будет никаких: «Может, это просто недопонимание? Попробуй с ним поговорить. Все не так плохо»?

— Вот еще, — фыркнул он в ответ. — Делать мне больше нечего. В конце концов, если вы разругались, значит, кто-то накосячил, причем по-крупному. И либо вы эти косяки исправите и все наладится, либо они неисправимы, тогда это навсегда и смысла бередить раны нет. Вы взрослые люди, разберетесь без чьего-либо вмешательства, — заявил Аларик, уверенно смотря мне в глаза. — Я бы даже сказал, вы не потерпите никакого вмешательства. И так как я не хочу портить отношения ни с одним из вас, лучше постою в сторонке.