Я стану твоим проклятием - Катерина Полянская

— Я хочу, чтобы ты сняла проклятие.

— Логичное желание. — Я осторожно ковырнула ложечкой мороженое, сделала глоток какао и довольно зажмурилась. — Ты для этого передал герары?

Свет так упал или красивое лицо утратило самоуверенное выражение?

— Нет, отвар я уже выпил, мачеха сварила. Как ты имела возможность убедиться, результата нет.

— Жаль…

Мм! Лакомство было такое вкусное, а я — голодная, что слушать его получалось с большим трудом.

— Издеваешься?! — зло зашипел маг.

— Еще нет.

Самую малость. Это ему за то, что чуть не надругался. Пусть знает, ведьмочек трогать нельзя. А со злым умыслом уж тем более!

— Джейла, сними с меня эту гадость, — он требовал, но это уже была почти мольба. — Я заплачу. Все, что хочешь, сделаю, в разумных пределах, разумеется. Заметь, я даже не требую раскрыть формулу проклятия. Ну?

— Слушай, я сама не в восторге от происходящего…

— Так в чем же дело? — И выжидательный взгляд.

— Стелла не сказала? Я не знаю, как все отменить.

Его глаза по цвету напомнили небо в шторм. Но на то он и маг, чтобы сохранять самообладание.

— Сказала, но я, если честно, думал, что соврала.

— Можешь радоваться, твоя мачеха не лгунья!

— Но как такое вообще возможно?

Ворон все еще был далек от того, чтобы поверить.

— Я сильно испугалась, потом разозлилась, попыталась сбить тебя с ног. Честное слово, никаких проклятий даже в уме не было!

— Честное слово от ведьмы? Ну-ну.

Обидные слова пропустила мимо ушей. Я бы еще не то сказала, если бы со мной так…

Пока ели, пытались сообща найти какой-то выход. Я перестроила зрение и наконец смогла в спокойной обстановке разглядеть остаточные следы так называемого проклятия. Они были странные и на черную магию походили мало. Точно не на ту, о которой пишут в учебниках. А пишут правду. Помню, в лавку знахарки Майрины заходил один проклятый, так там вся аура была поражена, он болел, неудачи на каждом шагу преследовали… С Тахшаком все было иначе. На сизо-фиолетовой ауре виднелось всего несколько темных разводов, словно умелый художник добавил на картину парочку недостающих штрихов. Над плечами витал темный ореол, и сердце будто в скорлупку заточили. При этом он прекрасно себя чувствовал и единственной своей неудачей считал меня.

Выхода из щекотливого положения пока не было.

— Есть у меня одна идея, — пробормотал маг. — Из области бреда, но иногда срабатывает.

— Что надо делать? — продемонстрировала готовность я.

— Встретимся завтра на нейтральной территории, которую не жалко будет разгромить, и ты попробуешь сделать все, как тогда, — выдал он, потирая подбородок. — Если не работают традиционные способы, может, хоть так что-то получится.

Оптимизма мне его предложение не прибавило, да и сам Ворон в успех мероприятия не верил совершенно, но я кивнула. Пусть видит, что стараюсь изо всех сил!

Увы, ему было мало только видеть мою готовность решить проблему.

— Пора платить по долгам.

— Ты не серьезно! — в очередной раз попыталась испепелить его взглядом, но этот трюк почему-то никогда не удавался.

— Пять поцелуев.

Наглая, самоуверенная морда! Но он прав, под настроение и я могу быть такой же.

— Если закроешь глаза и хорошенько сосредоточишься, сможешь представить все десять.

— Прикуси язычок, ведьмочка. — Серые глаза сощурились, взгляд сосредоточился на моих губах. — Еще одно слово не по делу, и их станет шесть.

Захотелось его стукнуть. Больно. К сожалению, я слишком хорошо помнила, чем обернулся прошлый подобный опыт, и сейчас поступила иначе: выскочила из-за стола и рванула наутек.

Попыталась.

Поток воздуха под ноги — и меня деликатно так развернуло, а потом притянуло в объятия Ворона. Ради такого случая он отодвинулся от стола и немного развернул свой стул.

— Снова попалась. — Дыхание обожгло мне щеку. В нем немного чувствовался запах травяного чая.

— Только тронь, еще раз прокляну! — трепыхалась я в сильных руках.

Выслушав угрозу, Ворон лишь снисходительно улыбнулся.

— Вряд ли. Ты сама недавно призналась, что понятия не имеешь, как это делается. А случайно не получится, ситуация не та. — И он переместил меня так, чтобы удобно было держать одной рукой, а указательным пальцем другой медленно коснулся скулы, линии подбородка, губ…

Укусить его в знак протеста, что ли?

Но вместо этого я продолжала биться, словно пойманная птица в силках.

— Пусти!

— Думаешь, это так просто, после того как ты три месяца была моим наваждением? — рыкнул маг, сверкая глазами цвета грозового неба. — Своевольная девчонка… Моя упрямица…

— Не смей!

Он уже тянулся за поцелуем, но замер совсем близко от моих губ.

— Это только поцелуй, ведьмочка. Не вздумай кусаться, — прошептал чуть слышно. — Иначе я передумаю и заявлю на тебя. Нам ведь не нужны проблемы, правда?

Я затихла, сдалась и замерла в ожидании.

Мерзавец, подлец, шантажист! Ничего-ничего, надо совсем недолго перетерпеть, а потом… потом я ему устрою!

Злобные планы прервало нежное касание. Его губы мягко легли на мои. В голове тут же вспорхнули и стайкой закружились обрывки мыслей. Хорошо, что за щитами и перегородками нас не видно… Но все равно попляшет он у меня! А в следующий миг я задохнулась. Поцелуй стал чуть более настойчивым, Тахшак слегка прихватил мою нижнюю губу, отчего тело странно вздрогнуло, а ладони уперлись ему в плечи. Разум по капле застилал тягучий туман.

Нельзя терять над собой контроль. Ни в коем случае нельзя!

Нельзя…

К демонам!

Тело изогнулось, теснее прижимаясь к его, руки плотным кольцом обвили шею мага. То темное, что три месяца тлело между нами, вспыхнуло, опалило, лишило воли и способности соображать. Сейчас я уже сомневалась, что проклята не я…

Казалось, воздух вокруг шипит от напряжения. Руки Тахшака жадно прошлись по спине, зарылись в волосы до боли, заставляя подчиниться и запрокинуть голову, полностью отдаться поцелую, который становился все настойчивее. Он сминал губы, покусывал, дразнил. Пьянящее тепло придавало смелости. И я, не помня себя и запретов, шла на поводу…

Последнее «нельзя» на миг прожгло мозг, по коже пронеслись крошечные импульсы удовольствия, отяжелевшие веки опустились. Нахальный язык дразняще скользнул по моим губам, призывая открыться. Неопытность заставила помедлить, а проснувшаяся внутри нечисть требовала проделать то же самое с Вороном.