Ведьма и закон - Евгения Чепенко

Девушка удивленно взглянула на шефа.

– Последнее – закрытая информация. Мне никто такого не даст.

– Тогда достань первое, а дальше подскажу, как поступим.

Кошка кивнула и, надев наушники с тонкой прозрачной полоской очков, погрузилась в поиски.

Дверь кабинета открылась, и в комнате появились оба черта.

– Нас не дождался, – недовольно развел руки Зверобой. – И что это за скорость? С каких пор мы не катаемся по мозгам полиции и врачей?

– С тех самых пор, как с утра нам выдали чудо-киборга, – парировал Иму. Он сидел, развалившись на стуле, закинув обе руки за голову, и внимательно рассматривал стенд с записями.

Козлова глубоко вздохнула, неимоверным усилием воли сдержав закипевший в душе гнев.

– Киска, она ж не я, она не добрая, прибьет тебя и скажет, что так и было, – протянула нежно Горица рядом с локтем аниото, перегнувшись через свой стол.

Вместо ответа Иму замурлыкал. Руся впервые слышала, как мурлычет леопард. Зрелище, надо отметить, довольно странное.

– Да ну тебя, – обиделась берегиня на откровенный сексуальный подтекст такого шага.

И неудивительно. Аниото мог проявить свою крайнюю кошачью нежность разве что к личной самке и только в брачный период. Вряд ли хоть одна фея дождалась от него подобного жеста, а тут вдруг ни с того ни с сего… Сбитая с толку Маруся поспешно отвела взгляд от Иму, не желая давать понять хищнику, что уловила нечто большее в его поведении, чем он хотел бы показать постороннему. Несомненно, он издевался над Горицей, и издевка эта была неприкрытой, но Козлова как высший маг хорошо знала повадки и инстинкты каждого иного рода. Повадки рода леопардов предполагали совершенную нетерпимость аниото ко всему живому, они проявляли агрессию к любому созданию, особенно мужчины. Мужчина-аниото никогда не стал бы мурлыкать ни в качестве издевательства, ни в качестве мести, ни даже в качестве единственного доступного способа выживания. Только его пара могла удостоиться такой чести.

Маруся осторожно взглянула на Лика. Он единственный среди присутствующих обладал теми же знаниями, а значит, должен был заметить и иметь на этот счет некое мнение. Но ее новый шеф больше был заинтересован поимкой убийцы, нежели амурными делами своих подчиненных, и в данный момент внимательно слушал доклад чертей.

Женщина еще раз оглядела берегиню и аниото. В силу хищного происхождения и неуемной энергии объекты для занятия сексом у него постоянно менялись, даже под маской обычного слабого мага он оставался крайне привлекателен, особенно для фей – все факт. Вполне логично, что в первую встречу диалог шел именно о лесных красавицах. Русе стало любопытно наблюдать реакцию Горицы на существование этих самых нимф – берегини ревнивые создания, и если она хоть немного неравнодушна к леопарду, то это проявится.

– Мара? Может, вам подать вашу сумочку?

Маруся удивленно уставилась на Зверобоя. Зачем ей подавать ее сумочку? И только тут женщина поняла, что, погрузившись в раздумья, она вот уже с минуту не замечает писк наушника. Пробормотав проклятие и тут же отменив его, Козлова побежала к своему новому столу. Аппарат в очередной раз не пожелал найтись, так что содержимое сумочки полетело на стол… тоже не в первый раз. Наконец, не глядя на адресата, Козлова нервно гавкнула на всю комнату:

– Чего?

– Доброе утро, – далеко не вежливо ответил ей незримый собеседник.

Руся на цыпочках выбежала в коридор и уже спокойнее произнесла:

– Доброе. Прошу прощения за столь резкий ответ. Первый день рабочий, нервы. Нижайше благодарю за гостиницу.

– Да ничего. – Лугару на том конце успокоился. – вы мне нужны.

– Приглашаете?

– Скорее вызываю. Жандармерия. Два часа дня. Вы, я и судья. В моем кабинете. На входе представитесь охране, вам выпишут пропуск и сопроводят.

– Издеваетесь? У меня первый рабочий день! – возмутилась Руся.

– А у меня экспертное заключение свидетеля по вновь открытому делу и недовольный судья с искренним и несгибаемым желанием установить вашу беспристрастность, профессионализм, а главное, вменяемость.

– Еще один бог? – Козлова почувствовала, как колени подкашиваются. Еще и третьего старшего по роду ей не хватало в жизни. Только она могла со своим везением наткнуться на трех богов в первые же сутки существования на новом месте. – Чтоб вас всех!

– Что значит «еще один»?

– Потом объясню. И какого рода судья? – уже спокойнее спросила женщина.

– Из рода Маат.

Маруся не сдержала ругательства. Неудивительно, что бог потребовал лицезреть ее, дабы убедиться в трезвости рассудка. Он же не только по профессии судья, но еще и по рождению. Маат дотошные, придирчивые, вредные, и никакой миской их не подкупишь.

– Вот именно, – протянул Лои. – Чтоб к двум была.

– Ладно, – вздохнула женщина.

Лои снял наушник и, откинувшись в кресле, устало прикрыл глаза. Работать не хотелось, у него даже рассердиться толком на ведьму не вышло, а ведь всего день назад он был бы готов порвать ее за один только невежливый тон. И причиной такой перемены была Всемила. Лои кончиками пальцев коснулся шрама на подбородке, тело мгновенно отреагировало на воспоминания. Ему теперь вообще нельзя будет к ней приближаться, она ведь перепугается его мыслей, а он не сможет спрятать их. Слишком наивная, теперь очевидно, братья не позволили ей узнать больше об инстинктах волков ни одного рода. Он же сейчас до безумия хотел вновь почувствовать ее и ее нож. Если и можно было максимально сильно свести с ума лугару, то не осведомленная в брачных играх волчица сделала это.

Маруся тихо сидела и наблюдала за Мосвен, отчитывающейся по отпрыскам рода Гефеста.

– Это все. Я на всякий случай сделала запрос по сплавам. Мне отказали в доступе. Что дальше?

Лик, опершись на прозрачную стену, отделяющую его кабинет от общего помещения, внимательно созерцал пол.

– Посмотри по судимостям.

– Искать с применением личного оружия?

– Да, в документации жандармерии должны были сохраниться данные по металлам.

Козлова сосредоточенно постаралась припомнить имя того, кто совершил убийство в ее квартире, но так и не смогла. Честно говоря, нормальная ведьма первым делом подумала бы про того прыткого любителя резать неверных любовниц, но то нормальная, а Руся не относила себя к нормальным.

Оглядевшись и убедившись, что никому не нужна, она закрыла глаза и тихонечко настроила пыль на несложную диагностическую работу, выудив из глубин своей архивной памяти ночной отчет по печати кирпичей, сравнила данные с теми, что получила из земли на кладбище. Сходство вышло хорошим, почти в шестьдесят с лишним процентов, а это очень много, учитывая, что вещества для исследования брались разные и разной датировки. Благо в ее заключении нашлось и имя прыткого маньяка.