Сила желания - Лариса Ворошилова

Действовали гости весьма слаженно и чётко. Один остановился возле прозрачной двери кабинки, второй произвёл выстрел из станнера через стекловолокно и вошёл внутрь, склонившись над сразу безвольно сползшим на пол телом, а третий…

Ну да, третий направился к нам. У агента было скучающее выражение лица, которым он пытался прикрыть непрерывно щёлкающий курок игольника в своих мозгах. Все правильно – в зале, кроме Хэнка, находились только мы с Менгой, логично предположить, что мы имеем к Хэнку какое-то отношение. Вдобавок на столике красовались три комплекта столовых приборов. А при облаве на хакера, замахнувшегося на слишком крутую организацию, обычно стремятся вычислить всех его сообщников, весь круг его знакомых. Кроме того, мы свидетели. Старая, набившая оскомину, но не изжившая себя тема. Ну что ж, теперь никаких сомнений в развязке сложившейся ситуации у меня не осталось. Менга с замечательно невозмутимым видом смотрела, как этот тип приближается к нашему столику, будто её это никаким краем не касалось. Умница. Эти трое действовали слишком самоуверенно, а самоуверенность – тоже разновидность некомпетентности, которая, бывает, дорого обходится.

– Твой, – почти беззвучно шепнул я, прикрыв губы краем поднятого бокала.

Вина было немного жаль. Хорошее вино. Но с гостями надо делиться, даже незваными.

На этой мысли я «стартовал» прямо со стула.

Воздух вздрогнул и раздался, уступая настырному объёму моего тела, проявившемуся возле кабинки как раз напротив второго агента. Не успел он вылупить на меня глаза, как бокал с размаху влепился ему в лоб. Тугой звон разбившегося стекла, вино, залившее лицо и одежду, закатившиеся глаза и подломившиеся ноги – полный набор признаков человека, потерявшего сознание, иначе с какой стати ему сползать спиной по стенке на пол? Второй «лоб» в кабинке, успевший обернуться на звук, получил в вышеназванную часть тела плюху из «зомби» и распластался поверх Хэнка. Что поделать, голова противника – моё любимое слабое место.

Дело было сделано, и я позволил себе обернуться.

Менга лёгкой, танцующей походкой уже двигалась в мою сторону, звонко цокая невысокими каблуками по твёрдому покрытию пола и всем своим видом демонстрируя, как здорово адреналин играет в её крови. Проклятье, кажется, она немного перестаралась. Игольник её клиента валялся на краю бассейна, а вот его хозяину повезло куда меньше – он плавал в бассейне лицом вниз, вокруг его головы расплывалось красное пятно. По скалистой круче, имитирующей Асопский Перекат, по-прежнему безмятежно струилась вода, разбиваясь радужными брызгами о затянутую в ткань чёрного плаща спину неудачника. Полная идиллия. Сегодня у рыбок и черепах новое меню. Извини, Чен, издержки нашей непростой жизни.

Ладно, один тип для допроса у меня остался, к тому же они сюда тоже не в игрушки пришли играть. Я склонился над любителем «Алых парусов» и потрепал его по мокрым щекам. Никакой реакции – ни внешней, ни внутренней. По лбу из глубоких порезов струилась кровь. Неужто тоже перестарался?

– Эй, Сагиб, котик, я тебе говорила о том, что ты опасный противник?

Подлизывается. Знает, что я не люблю трупы, были уже прецеденты.

– Неоднократно, – проворчал я. – Но с тобой я тоже ссориться не собираюсь.

– Иногда, котик, ты все-таки способен на комплименты, – промурлыкала Менга низким голосом, склонившись над моим плечом и разглядывая агента на полу. – Что там с твоим «языком»?

– Онемел, – скупо усмехнулся я.

– Ещё бы не онемел. Ты, между прочим, разбил о его голову бокал из небьющегося стекла.

– Проклятье, а я думал, что в этой забегаловке все сделано под старину.

– Только не бокалы. Не напасёшься, если каждый посетитель будет бить их о чьи-то головы. Ладно, замяли.

Распахнув дверку кабинки, Менга вошла внутрь и небрежным движением стащила с Хэнка тело агента, просто схватив и потянув того за ногу. Парень был рослый и по всем прикидкам весил раза в полтора больше её самой – но силы подруге было не занимать, в своё время она неплохо усовершенствовала своё тело. Стащив же, удивлённо хмыкнула:

– Это что ещё за дрянь такая?

Я её понимал. Я сам только что разглядел.

Итак, Хэнк лежал на полу, упираясь светловолосой головой в подножие сервис-терминала, а на его правом виске красовался чёрный паук эмлота, восемь красных глазков поблёскивали в неоновом свете настенных ламп, указывая на то, что процесс копирования сознания запущен. Когда я увидел эту треклятую штуковину, я сразу отчётливо понял, что мой долгий отпуск на этой планете, казавшийся бессрочным, все-таки может внезапно закончиться. Досадно. Удружила Менга, ничего не скажешь. Если бы она заранее сообщила мне о том, какую затеяла игру, может, все повернулось бы иначе.

Впрочем, Менга недолго предавалась удивлению. Ей вообще это не свойственно – долго удивляться чему-либо. Быстро потеряв интерес к Хэнку с его новым «приобретением» на виске, она деловито выщелкнула из паза приёмного устройства сервис-терминала цилиндрик кристаллического инфоносителя, что принёс с собой Хэнк, сунула его в карман и повернулась, явно намереваясь уйти.

Я продолжал с мрачным видом загораживать проем, и она вынуждена была остановиться, подняв на меня недоумевающий взгляд. Вероятно, она и в самом деле не понимала, чего я от неё хочу.

– Ты собираешься бросить его прямо здесь, киска?

– Код заказчика я уже знаю, – она мотнула головой в сторону сервис-терминала. – Информация для него тоже у меня, – она многозначительно похлопала себя по карману с кристаллом и соблазнительно улыбнулась, зеленые глаза все ещё блестели от прилива адреналина. – Так что Хэнк мне уже не нужен. Лучше пойдём, котик, и займёмся чем-нибудь более интересным…

Я привык ко всему. В том числе и к тому, что близкие в прошлом люди порой удивительно легко подставляют друг друга ради самой обыкновенной корысти. А так как Менгу я знал уже довольно долго, её реакция меня не удивила и ничуть не покоробила. Жизнь есть жизнь. Но сейчас, учитывая сложившуюся ситуацию, она во многих отношениях была не права. Из интересов собственной безопасности нам следовало прихватить Хэнка с собой.

Или убить.

Второй вариант мне нравился значительно меньше, и пока его ещё можно было избежать – в радиусе километра я не чувствовал ни малейшего внимания, направленного на этих боевиков, а я весьма чувствительный образчик эмпата. Следовательно, если боевиков кто-то и страховал, то эти люди были далеко. Придётся провести воспитательную работу.

Я ткнул указательным пальцем в сторону Хэнка:

– Вот та штука на его виске, она тебе знакома?

– Да нет… какой-то навороченный лоцман, что ли? Или что-то более серьёзное?

– Эмлот, – коротко пояснил я. – Полное копирование сознания.

– Понятно. – Она нахмурилась. Было отчего – соображала Менга быстро, а Хэнк знал о ней немало, и все эти сведения могли стать достоянием посторонних. – Слышала о чем-то подобном, а сталкиваться не доводилось… Значит, если дружки наших гостей найдут эту штуку, то очень скоро доберутся до меня?