День Вампира - Олег Дивов

– Давай быстрее поворачивайся. Цыган, Костя! Олега ко мне в тягач и привяжите к чему-нибудь. Будем надеяться, что вы его не убили. Женя, какие новости?

– На дороге чисто, капитан.

– Судя по вашему поведению, капитан я хреновый.

– Ты помог бы… хреновый капитан, – попросил Цыган снизу, отдуваясь. – Задний люк открой хотя бы. Тяжелый, сволочь! И с чего он так отожрался…

– У начальников всегда пайка особая, – пропыхтел Костя. – Гош! Ну правда, открой же!

Гош спустился в люк, не спеша прошел в корму и отворил тяжелую бронедверь. Снова забрался наверх. Олег висел на руках объездчиков, как тряпичная кукла.

– Давайте, Патрик, – скомандовал Цыган. – Головой вперед… И-и р-раз!

– Сам ты Патрик! – рыкнул Костя. – Юморист нерусский…

– Это кто тут нерусский? Я?! – возмутился Цыган. – У меня по сценарию мать индианка, а отец мексиканец!

Гош лег на живот и свесился вниз, наблюдая, как парни кантуют в проеме люка неподатливое тело.

– Эх, вы… – сказал он негромко. – Регуляторы. Думаете, когда беда придет, все тоже по сценарию будет?

– Какая беда? – удивился Костя.

– Ребята, вы правда не понимаете, что так нельзя? Или дурака валяете? Был совершенно четкий план. Зачем эта самодеятельность? Ладно, привязывайте его…

– Гоша, мы не могли иначе, – вздохнул Цыган, вытаскивая у Олега из брюк узкий ремень. – Понимаешь, не могли. Нужно было поставить точку на этом безобразии.

– На этом беспределе, – поддержал его Костя. – Мы ведь уходим отсюда навсегда. Ты хотел бы, чтобы тупые продолжали свой рэкет? Верно, не хотел бы. Давай уж тогда на прощание сделаем так, чтобы им нечем было на людей наезжать. В память о наших потерях. Что, я неправ?

– Можно было все сделать гораздо тише и проще, – отрезал Гош. – Конечно, я тебя понимаю, Костя. Но только не выдавай желаемое за действительное. В первую очередь ты хотел просто отомстить тупым. Вот Цыган тебя подначивает насчет Пэта Гаррета, а ведь зря. Ты не Патрик. Ты самый что ни на есть Билли Кид. Не отвечающий за себя. И всегда готовый других втянуть в авантюру. Хочешь нами покомандовать? Нет проблем. Но когда ты приведешь нас в могилу, ребята тебя спросят – зачем? Что ты им тогда ответишь? И ты, Цыган, тоже вовсе не подарок, между прочим. Не надейся, у тебя мать не индианка. Она у тебя идиотка.

С этими словами Гош демонстративно плюнул, спрыгнул на землю и ушел к миномету.

– И чего его так разобрало? – удивился Цыган, затягивая узел покрепче.

– Чего, чего… Ничего! – огрызнулся Костя. – Это все терапия Сан Сеича. Разлюбил стрельбу наш Неуловимый Джо. Не хочет больше, чтобы пули над ухом свистели. И знаешь, в чем-то он прав. Ладно, что дальше будем делать?

– Он придумает, – сказал Цыган убежденно.

На носу миномета крепился «отвал» – подобие бульдозерного ковша. Теоретически умная машина умела самоокапываться. На практике Гош с этим не сталкивался – командиры полагали, что с ковша облезет краска, и проще дать минометному расчету лопаты в руки. Но сейчас «отвал» пригодился.

– Взяли! – скомандовал Гош. – Отстегнули замки. Осторожно, тяжелый. Опустили. Есть! Большой, заводи.

Миномет всхрапнул, окутался сизым дымом и бодро покатил к БТРу, в котором сейчас, наверное, яростно пытались развязаться и включить рацию «тупые». Впрочем, если они это делали, то зря – аккумулятор у них реквизировала победившая сторона.

Тридцатитонная зеленая коробка с толстым стволом на спине и потешно вздернутой кормой лихо крутанулась на одной гусенице и поддела отвалом злосчастный БТР под бок. Пихнула раз, пихнула другой, но бронетранспортер на ровном месте переворачиваться не хотел. «Тебе же хуже», – подумал Гош и показал рукой направление. Большой согласно кивнул и расплылся в довольной улыбке. Миномет с удивительной легкостью принялся толкать жертву к придорожной канаве. На самом краю БТР на миг уперся, а потом тяжело повалился набок и кувырком ухнул вниз. И остался лежать колесами вверх.

Большой по пояс высунулся из люка, глянул в сторону «Чероки», на котором приехал Олег, и выразительно ткнул пальцем.

– Дай уж ему поразвлечься, – сказала Женя. – Там ничего особенного, я смотрела.

– Ну почему же – ничего особенного? – усмехнулся Костя. – А порнографический журнал, густо покрытый следами греха и разврата? Видела?

Женя слегка порозовела лицом и отвела глаза.

– Где порнографический журнал?! – взвился Цыган.

– Да он весь склеился, – разочаровал его Костя. – Я же говорю тебе – густо покрыт следами…

Гош покачал головой и махнул Большому, чтобы не стеснялся. Миномет снова крутанулся на месте, поддел краем отвала джип под брюхо и швырнул бедную машинку в кювет. «Чероки» потешно дрыгнул лапами и улетел в кусты.

– Цепляем бомбу, – сухо приказал Гош. – Порядок движения прежний. Женя, пойдешь ко мне на пулемет. И молитесь, чтобы пронесло. Солярка! Бензовоз ведь продырявят! А если топлива не будет впереди, а?! Застрянем в каком-нибудь, блин, Расторгуеве! Или нет, это в сторону… Так… Секундочку!

Цыган и Костя озабоченно уставились на своего командира. А Женя даже рукой его потрогала. Безрезультатно. Гош опять что-то вспомнил.

– Кто такой Черномырдин?! – спросил он после минутного раздумья. – Костя, ты у нас самый продвинутый, выручай.

– Кажется, премьер-министр, – неуверенно сказал Костя. – Был.

– У него в Расторгуеве здоровенная дача. Записана на сына, но на самом-то деле… А я что там делал? Буквально через дорогу. Жил? Зачем? М-да, история!

Большой развернул миномет и покатил обратно, к прицепу. На какое-то время разговоры прекратились за полной всеобщей глухотой. Наконец двигатель умолк.

– Я крутой! – радостно объявил Большой. – Я большой и страшный! Да здравствует хеви-метал! Эй, вы чего?..

– Гоша. – Женя тихонько дернула его за рукав. – Может быть, чуть попозже, а?

– Угу, – кивнул Гош. – Знаете, там на даче жил очаровательный пес. Серый такой кавказец по кличке… Почему-то Форд. Так его и звали местные – Фордик-Черномордик. А когда приезжал этот самый Черномырдин, ментов сбегалось видимо-невидимо… Какие глупости в голову лезут! Соседи по даче Черномырдина любили. Он, понимаете ли, однажды застрял минут на двадцать у железнодорожного переезда. Гадкий был переезд. А уже на следующий день там работал экскаватор, рыл тоннель… Эх, Россия-матушка! Цыган, будь добр, сообрази-ка мне бумагу и ручку.

– Мемуары писать?

– Нет, дружище. Ультиматум. Костя, а ты, пожалуйста, займись прицепом с бомбой. Мне нужно, чтобы золотники из колес выворачивались легко и быстро. Чего смотришь? Голыми руками Главного не возьмешь. Не высунется он из Белого Дома просто так, чтобы какого-то Олега выручить. А вот спасти город… Знаете, какое у маньяка слабое место? Если поднапрячься, его можно переманьячить. Я попробую использовать против Главного его собственные заморочки. Буду по капле выдавливать из себя шизу. Лишь бы поверил, старый черт…