Птица в клетке - Таис Сотер

Я уже переоделась ко сну в просторную пижаму, но сейчас она не казалась хорошей преградой от недоброго взгляда Ли. Прислонившись к соседней койке, он стоял довольно близко и при желании мог коснуться меня.

— Знаешь, я весьма сильно удивился, когда узнал, что император приказал Юрию прихватить тебя с собой. Не могу понять желание находиться с эспером. А Цехелю вроде как твои способности нипочем? — Я молчала, и Ли усмехнулся. — Но зато ты, наверное, вдоволь успела покопаться в чужих мозгах. Нужно же тебе чем-то задобрить нового хозяина… Может, расскажешь мне парочку чужих секретов, а? Небось с Юрием ты многим делишься. Меня обсудить успели?

Карим, как и Юрий, был приближенным Альге, но эти двое не особо ладили между собой. А еще Ли, вероятно, имел тайны от своего покровителя и поэтому мою способность читать мысли считал угрозой для себя. Он не знал, что без лишней необходимости я старалась не заглядывать в чужие мысли, особенно тех людей, которым не нравилась. Но глупо было бы думать, что мне поверят. Поэтому я лишь отрицательно покачала головой, продолжая механически черкать карандашом по бумаге.

Резкий рывок, и листы полетели в сторону.

— Ты меня игнорируешь, рабыня?!

Его рука сжалась на моем горле, пока не сильно, но достаточно, чтобы испугать меня.

— Это не так, тай, — прохрипела, глядя на него снизу вверх.

— Думаешь, я позволю Юрию насмехаться надо мной, а?

Я вскинула на Карима взгляд и заметила, что карие глаза его лихорадочно блестят, а зрачки неестественно широко расширены.

«Он что-то принял», — дошло наконец до меня. Опустила ладони поверх его рук, пытаясь успокоить, остановить… Но мысли Ли были настолько полны всепоглощающей обидой и яростью, что я не могла сквозь них прорваться. От его ненависти и страха мне стало плохо. Обычная подозрительность под воздействием наркотика превратилась в паранойю, и теперь единственным выходом он видел унижение той, что оскорбляла его самим фактом своего существования. Сейчас я видела себя глазами Карима. Тонкая, гибкая девушка с большими темными глазами на испуганном бледном личике.

«Сука… смазливая сука. Я покажу ей, как лезть, куда не нужно! Ядгар простит… он должен… Когда я ему объясню, какую змею он хотел пригреть у себя на груди. Я сделаю ему одолжение, поставив девчонку на место!»

Ненависть в Кариме не угасла, лишь смешалась с возбуждением. Мой страх и отвращение, которому я позволила вырваться наружу, не отпугнули его, напротив, завели еще больше.

Ему нравилось чувствовать полную власть надо мной, а мои попытки вырваться забавляли. В какой-то момент он ослабил хватку, освободив горло, и я неловко вскочила на ноги. Но не успела сделать и несколько шагов к двери, как Карим снова поймал меня, схватив за волосы на затылке, и уткнул лицом в больничную койку. Мужская рука пробежалась по дрожащей спине, скользнула по оголившемуся животу, и пальцы проникли под резинку пижамных штанов.

— Ты ведь не будешь против, если мы немного развлечемся? Тебе наверняка не впервой это… Ведь Цехель к тебе за этим приходит, да, Эрика? И док совсем не просто так носится вокруг тебя…

Карим прижался ко мне, позволив почувствовать свое возбуждение, и, опаляя шею жаром, зашептал:

— Молчишь? Даже не трепыхаешься, хотя я вызываю у тебя отвращение… Для рабыни это естественно…

Издевательски медленно, никуда не торопясь, лонгиец начал стаскивать с меня штаны, оголяя бедра. Пищание сканера двери заставило его замереть, а меня — облегченно выдохнуть.

— Думаешь, док сможет нам помешать? Не беспокойся, я заблокировал дверь, так что он не сразу сюда попадет. А я настроен закончить начатое! Да что такое… Ты?!

Мое положение не позволяло увидеть, что происходит, но звук шагов я услышала. И через мгновение была свободна. Ноги не держали, и я сползла на пол, растерянно глядя на Юрия, заломившего руку стоявшего на коленях Карима.

— Снова обдолбался, да? И где только нашел… — с отвращением прошипел Цехель. — Император будет недоволен, узнав об этом. Полагаю, твое поведение станет последней каплей, после чего он вышвырнет тебя вон.

— А ты этого и ждешь, гардарийский пес? — скалясь, прохрипел Карим. — Думаешь, тебе можно трахать его рабыню, а мне нет?

Юрий заломил руку лонгийца сильнее, и тот застонал.

— Знаешь, как говорят: не пойман — не вор… — Цехель холодно усмехнулся. — Мне бы хватило ума не трогать Эрику перед камерами, установленными в лазарете. А вот ты попался, гаденыш. Теперь тебе уже не выкрутиться перед Альге.

Он заставил Ли подняться на ноги, практически протащив его до двери, а затем вышвырнул в коридор.

— Иди к себе, Карим, — приказал он. — И будь уверен, что я не забуду сообщить капитану о твоем проступке. Не удивлюсь, если он посадит тебя в карцер.

— Пусть рискнет. — Пошатываясь, лонгиец поднялся на ноги. — Если не хочет потом объясняться с императором, то…

Юрий не дослушал, закрыв перед ним дверь. Приблизившись ко мне, опустился рядом, опасаясь прикасаться ко мне.

— Ты как? — Беспокойство в его голосе казалось на удивление искренним.

Я прижала ладони к лицу, не в силах сейчас видеть кого-то перед собой. Меня трясло, но глаза неожиданно были сухими. Лишь комок в горле мешал нормально дышать.

— Эй, ты что, плакать не собираешься? А я уж настроился тебя утешать… Или я все-таки зря пришел?

Он что-то говорил еще, но я уже не слушала, пытаясь справиться с запоздалым осознанием, чего мне удалось избежать. Мысли в голове лихорадочно мелькали. Что он здесь делает? Как здесь оказался?!

— Вы… вы эспер, тай?

— Что?!

Я глянула сквозь щелочку между пальцами, чтобы вдоволь полюбоваться на удивление на лице Юрия.

— Вы эспер, — уже увереннее сказала я. — Притом более сильный, чем я, раз ваши мысли и эмоции для меня недоступны. Вы почувствовали, что мне нужна помощь, и пришли.

— Я… да нет же!

— Не говорите, что вы оказались здесь случайно, — продолжала упрямиться.

Юрий облегченно улыбнулся, увидев, что я прихожу в себя. Он встал, стянул с койки покрывало и осторожно, чтобы не спугнуть меня, накинул его на мои плечи.

— Не случайно, — признался он. — Но все не столь драматично, как ты думаешь. Просто я подключился к камерам в лазарете и иногда проверял, все ли у тебя в порядке. Не одному же доку любоваться тем, как ты, пока думаешь, что никого нет рядом, пытаешься научиться ходить на руках.

Я густо покраснела.

— И всего-то было… пару раз.

— Четыре, если быть точным, — широко улыбнулся Юрий, — но это действительно мило, несмотря на то, что ты не достигла никакого успеха.

Я все-таки не выдержала и разревелась. Так и застал нас Дали — сидящими на полу в обнимку.