Детективы-практиканты - Элла Рэйн

— Так я видел Гекубу на портретах. У Гиена в Королевстве Тюльпанов в его покоях висит над камином портрет матери в полный рост, — ответил лорд Птолемей. — Попросите, он Вам с удовольствием его покажет. Он, как мне кажется, где-то глубоко внутри держит обиду на нее. Он был мал, когда мать покинула империю, и она никогда более не встречалась с ним.

— А Вы считаете это нормально? — удивилась я. — Почему она с ним не встречалась? Ведь он ее единственный сын.

— Она присылала письма, объясняла, что ее уход в Орден закрыл навсегда дверь в прошлую жизнь, и просила Гиена не сердиться на нее, — задумчиво рассказывал лорд Птолемей. — Кстати, он неоднократно делал попытки появиться в Ордене, чтобы увидеть мать. И всегда оказывалось, что именно в этот момент Гекуба была в затворе.

— Странно, она ведь магиня? — уточнила я.

— И как я слышал, — присоединился к разговору лорд Трибоний, — Гекуба была очень сильной магиней, видеть мне ее не приходилось, кроме как на рисунках в печатных изданиях, но это, как вы понимаете, совсем не в счет.

— Трибоний, даже скорее не магиней, а колдуньей. Причем как утверждала моя мать — но сразу оговорюсь, она может быть пристрастной, у нее были на то свои причины, — колдуньей, предпочитающей черную магию, — сказал Птолемей. — Мне рассказывали, что браком с Гернием леди тяготилась. Как всегда, есть два мнения: одно для общего потребления — по нему леди Гекуба была милой, нежной женщиной, не выдержавшей дурного характера лорда Герния. А вот второе мнение уже для своих, кто правду знает или знал, характеризуют ее по-другому, а именно: леди Гекуба была властной, расчетливой женщиной и характером сильнее мужа. Так считает моя мать, а Регина неоднократно просила ее не обсуждать Гекубу, тем более что она настоятельница Ордена, и негоже нам бросать в нее обвинения.

— Но мне бы хотелось знать истинную картину, — произнесла я.

— Зачем, Видана? — удивился лорд Птолемей, а лорд Трибоний смотрел сквозь меня. — Это путь в никуда, да и Гиен может разозлиться, что ты суешь нос, куда тебя не просят. Про Герния я вообще молчу, в лучшем случае он словесно вынесет тебе мозг, в худшем устроит такую подлянку, долго отмываться придется, а он это не просто умеет, но и любит делать. И где только набраться успел? Насколько я могу судить, его отец был добрым и порядочным человеком, а матушка так вообще очаровательная леди, но Герний с ней после отъезда Гекубы не общается, будто вместе с женой из его жизни исчезла и мать. Это все, что я могу сказать о них.

— Печально, — вздохнула я, — а говорите, что на все вопросы готовы ответить.

— На все, только не касаясь этой леди, которую огромное количество простых людей и магов считает просто достойнейшей женщиной, за тридцать лет столько сделавшей для Ордена и Королевства Теней, что она уже сейчас у них чуть ли не в святые записана, — ответил лорд Птолемей. — А любая попытка поставить ее образ под сомнение не только обречена на провал, но и рикошетом ударит по безумцу, рискнувшему это сделать.

— Гиен попросил меня, если потребуется, оказать вам помощь, — лорд перевел взгляд на оборотня, — в поимке репортера Лиеса Грейбрана. Он утверждает, что тот жив. Так что если будет необходимо, дайте мне знать.

— Понятно, а когда леди Гекуба в Орден вступила? — уточнила я, в надежде, что, может быть, смогу узнать что-то еще.

— Тридцать два года назад, буквально через несколько месяцев после гибели лорда Тримеера и моего отца, императора Птолемея VI, — ответил лорд. — Бабушка Виргиния сказала, когда ей Гиен в упрек бросил, что она как Регина могла бы и не лишать его матери, что отговаривать ее не стали. Она так плакала, показывала руки, на которых живого места от синяков не было, утверждала, что Герний душит ее по ночам. И Хурин Мордерат, он стал наместником, разрешил ей вернуться в Королевство Теней, но сына забрать с собой не позволил. Леди для приличия порыдала и через несколько дней покинула империю.

— А как к этому отнесся лорд Герний? — спрашиваю вредная я.

— Он недели две из своего имения не показывался, закрылся в своих покоях и пил беспробудно. Это уже мое расследование было, несколько лет назад пытался выяснить странности в поведении лорда Герния, — усмехнулся лорд Птолемей.

— А где был Гиен в этот время? Ему лет мало было, когда Гекуба империю покинула.

— У нас, мы вместе жили какое-то время, а потом Герний пришел в себя и, вернувшись в столицу, сына забрал в свой дом. И как бабушка не убеждала его оставить Гиена с ней или моей матерью, он отказался, причем в такой жесткой форме, что все подумали: он одумался и все будет хорошо, — рассказывает лорд и насмешливо поглядывает на меня. — Гиену было хорошо. Герний сына не обижал никогда, он его обожает, почти как мать — любимое дитя. Ну а тот, закончив Академию, отца нигде одного не оставляет. Видана, вот скажи, и что ты будешь делать со всем, что я тебе поведал?

— Пока не знаю, — честно ответила я. — Спасибо за информацию, но хотелось бы больше, особенно по Гекубе.

— Ну и хватка у Вас, леди Тримеер, — развеселился принц и мгновенно посуровел. — А Вы точно до двенадцати лет на заставе росли, а не в доме Ольгерда Тримеера? Вот он так же вытягивает информацию из тебя, вытягивает, а потом, обдумав на досуге — как обухом по голове — такие выводы делал, что страшно становилось. Вы в курсе, что скоро свадьба наследника престола с принцессой Кирстен? Ей двоюродный дед, тот самый, что был представителем Королевства на встрече клуба Магического единения, рассказал, какую роль Вы сыграли в ее спасении, и принцесса желает Вас увидеть и поблагодарить.

— Лорд Птолемей, а можно без встреч и благодарностей? — взмолилась я. — Ничего я такого и не сделала, только слова лорда передала Ольгерду, что произошло дальше — его заслуга. Пожалуйста, не нужно ничего, я веду тихий и неприметный образ жизни вдовы, и давайте оставим все как есть.

— Что, так и передать? — загадочно сверкнув глазами, уточнил принц. — Леди Видана Тримеер не поняла, о чем идет речь, и отказалась от встречи.

— Можете так и передать, — согласилась я, слегка поежившись, что-то холодно мне, не простудилась ли я после вчерашнего ночного приключения? Только этого мне хватало.

— Ну, хорошо, а на торжество по случаю бракосочетания Вы прибыть готовы? — поднявшись, спросил лорд Птолемей. — Приглашение доставят.

— Нет, нет. Извините, у меня траур, а следовательно, торжества и балы — все мимо меня, — вырвалось у меня. Я открыла дверцу стола, чтобы достать шерстяной палантин, все-таки замерзла.

— До свидания, леди Видана, лорд Трибоний. До скорой встречи! — насмешливо пообещал принц и покинул контору.

— Видана, значит, ты думаешь, что найденные останки принадлежат Гекубе, — утвердительно произнес лорд Трибоний. — А как тогда объяснить, что она настоятельница?

— Подумаем, есть у меня кое-какие мысли, — произнесла я, — но не сейчас. К нам с минуты на минуту Гай Труйен придет, а следом появится леди Клодия Бедфорд. Таинственный незнакомец, — позвала я, привидение стало видимым, — здесь кроме тебя привидения имеются?