Девятка мечей. Игра на опережение - Ольга Романовская

Уровень сил… Кто бы сомневался — стремится к первому, почти на грани.

Рассматривая столбики цифр и чертежи в блокноте, подвела итог. Мы имеем дело с мужчиной средних лет, отлично разбирающимся в магии, возможно, имеющим научную степень, уж во всяком случае, диплом с отличием, и привыкшим командовать. Такой частной практикой не занимается: он повелевает другими. Начальник, преподаватель, советник, крупный промышленник или нечто в этом роде. Другой вариант — кто-то из знати.

— Мы там всё убрали, — крикнул инспектор.

Встрепенулась, набрала в грудь побольше воздуха, и направилась на кухню.

Полицейские любезно открыли форточку, дышать стало легче.

Детоскоп выявил всплеск энергии, но не единой целой цепочки я не нашла. Тут некромант подтёр всё. Значит, в комнате просто не успел, кто-то вспугнул. Мне несказанно повезло!

Убедившись, что ничего не пропустила, оставила позади удушливую чёрную энергию некромантии и отправилась по следу. Он оборвался на лестнице, между пролётами. Ну да, глупо было надеяться, будто некромант позовёт к себе в гости.

Сегодня я, конечно, кое-что узнала о преступнике, но по этим крохам никому обвинения не предъявишь. Пройдут месяцы, пока отсеются сотни подозреваемых.

Может, некромант и не прокололся вовсе, а специально оставил сомнительные зацепки? С него станется, мерзкого ублюдка! Слишком умело убрано всё личное. Не удивлюсь, если обнаружу под ковриком новое письмо.

Чем больше анализировала записи, тем больше убеждалась: со мной играли.

Сначала некромант убивает журналиста, затем уничтожает бумаги и проводит ритуал. Так почему почерк остался в комнате, а не на кухне? И почему на лестнице уже ничего нет? Если бы некромант торопился, я бы проследила его хотя бы до ближайшего перекрёстка, но нет, преступник старательно подчистил все следы.

Целые фрагменты цепочек… Ну да, короткие звенья с общими признаками без дугообразных связок и дополнительных, личных, колец. Что по ним определишь? То, что внесла в досье некроманта: пол, характер, возраст с большой погрешностью. Как много — и как мало! Поэтому никакая это не ошибка, а тонкий расчёт. Так кошка играет с мышкой: сначала припугнёт, затем поманит кусочком сыра.

Что делает женщина в расстроенных чувствах? Идёт в шоколадную лавку? Я отправилась в «Алую розу». Мастерице красоты не повезло, придётся расплачиваться за чужое испорченное настроение. Дело всё равно на меня повесили, вот и займусь.

Младший инспектор закатил глаза и тихо ругнулся, когда я предъявила второй лист сопровождения. Сделала вид, будто не заметила, и залезла в полицейский паромобиль, громко хлопнув дверцей.

«Алая роза» встретила кричащей вывеской и закрытыми ставнями. Табличка на двери сообщала, что Мийя Шокешу, специалист высшей категории, принимает по вопросам красоты с одиннадцати утра до пяти по полудню каждый день, кроме субботы и воскресенья.

Подёргала за ручку, перенастроив зрение, разглядела охранные чары. Кивнув, предоставила полицейским взламывать дверь и разбираться с магией.

Внутри нас встретил холл с мягкими кушетками и растениями в кадках. На стенах висели благодарственные письма известных особ: актрис, аристократок, жён чиновников. Не сомневаюсь, все поддельные, такие же, как диплом мастера красоты.

Приёмная тоже призвана была демонстрировать статус заведения: кожа, шпон дорогих пород дерева, зеркало в полный рост в резной раме.

Кабинет хозяйка обставила куда скромнее, но зато он хранил больше сведений о владелице. Она, в отличие от некроманта, стирать почерк не умела, поэтому я благополучно взяла след, будто охотничья собака.

Мийе Шокешу, или как там её по-настоящему зовут, придётся ответить за незаконную практику. Детоскоп не обманешь, мы с ним запросто восстановили все процедуры, которые практиковались в салоне. Ошибок в них было не меряно, неудивительно, что результат не соответствовал ожиданиям. Потенциал слабенький, зато пыли в глаза!

Незадачливая мастерица красоты попыталась уехать из Нэвиля. Я проследила её до вокзала, до платформы, с которой отходил поезд.

Мы с инспектором отправились к дежурному по станции, выяснили расписание, сделали запрос в кассу — и уже через час Мийю доставили в участок по месту пребывания.

Одно дело с плеч, а деньги — на карточку.

Отчёт решила составить завтра, на свежую голову, всё равно готовить бумаги для судебного заседания, а в тот вечер я в обнимку с бутылкой вина завалилась читать «Неизбежность» Силии Стурры. Даже Гарету не удалось вытащить меня из дома: не хотелось никого видеть и слышать.

Кофе у издателя «Глашатая» варили паршивый, но я не отказалась от второй чашечки.

В сумочке валялась всё та же «Неизбежность» с карандашными пометками. Захватила её не просто так: когда прошла апатия, голову посетила светлая мысль. Если уж некромант — кошка, то оставил подсказку. Выбор книга наверняка не случаен. Самоубийство — сюжет не новый, но почему именно Стурра? Утопиться, значит, я должна? А почему не повеситься? Значит, это важно, и нужно осмотреть все озёра Вертавейна. Не удивлюсь, если в одном из них поджидает сюрприз. Шайтанова работёнка, но справлюсь. В выходные начну.

Вода — очищение, быстротечность жизни. Уж не желал ли некромант меня или себя очистить? Существует много духовных учений, где стихии играют важную роль. Некромант мог оказаться приверженцем одного из них, а то и банально протирать пыль с диплома мага-стихийника.

Вот так, сама не заметив, превратилась в сыщицу. В Карательной инспекции иначе нельзя — никого не поймаешь.

Редактор вздыхал и слегка покачивался на стуле. Сухонький, лысенький, он казался потерянным. Оно и понятно — любимое детище сгорело дотла, станки расплавило, а сторожей убило. А тут ещё и журналиста нашли расчленённым некромантом. Бедняге-редактору пришлось ездить на опознание. Я бы не смогла.

— Вспомните, что вы поручили Густаву Майеру, чем он занимался?

Отхлебнула из чашки и отставила её на стол, заваленный бумагами.

Вместо ответа редактор указал на стопку газет. Недоумевая, взяла верхнюю и наткнулась на фамилию Майер на передовице. Статья была посвящена тёмной магии. Понятно, журналист слишком глубоко копнул.

Ком подступил к горлу от мысли, что я тоже стою у опасной черты. Надолго ли хватит куртуазности некроманта? Ладно, у меня хотя бы усилитель магического потенциала есть, а журналисты беззащитны.

Сидел себе Густав Майер, писал очередную статью. В дверь позвонили, он открыл… Далее — удар по голове и жуткая смерть.

— Вчера должна была выйти очередная статья Майера?

Отложив газету, снова взялась за кофе. Он успел остыть, стал ещё противнее на вкус, но зато бодрил. Из чего его варят? Цикорный что ли?

— Да, он затеял крупное расследование о взятках, — вздохнул редактор. — И некромантом продолжал заниматься. Вроде, что-то накопал.