Стоя на краю неба - Екатерина Белецкая

– Мне пора идти. Если что-то потребуется, обращайтесь к любой горничной, – посоветовала Джессика. – Или к управляющему, через терминал. Завтрак вам подадут через несколько минут, а с меню вы можете ознакомиться…

– Спасибо, – прервала ее Файри. – Мы так и сделаем.

* * *

Едва за управляющей закрылась дверь, Скрипач сорвал с запястья один из браслетов и швырнул на пол. Комнату тут же заволокло полупрозрачным белым туманом. Блокировка сработала мгновенно – сейчас то, что происходило здесь, не могла снять ни одна следящая система.

Систем – не было.

Они это проверили.

Но все равно…

– Ты что делаешь?! – заорал Ит.

– Э, нет, это ты что делаешь?! – Скрипач треснул по столу кулаком.

– Триста космо – ей… – угрожающе начал Ит, но Скрипач перебил его:

– При чем тут деньги вообще? Ты понял, кто это?!

– Нет, твою мать, я слепой дурак!!! – Ит покрутил пальцем у виска.

– Откуда она здесь?.. Как такое вообще возможно? – Скрипач растерянно смотрел на друга, тот ответил ему столь же растерянным и беспомощным взглядом.

– Невероятно. – Ит молчал довольно долго, но все-таки сумел собраться с мыслями. – Даже имя совпало.

– Не совсем, – возразил Скрипач. – В считках Ри ее звали графиня Нарская. Но первое имя – Джессика.

– Почему мы так мало смотрели эти чертовы считки? – Ит потер лоб. – У нас ведь она тоже есть. Помнишь?

– Конечно, помню, – Скрипач призадумался. – Не нравится мне это.

– Рыжий, это не может быть ловушкой, – Ит сел на край стола. – Никак. Смотри сам. Во-первых, о том, что мы сюда вообще пошли, знали единицы.

– Ну, не такие уж и единицы. Человек двадцать знает об этом точно. Знает Эдри. Знает Фэб. Знает сам Ри, который нас сюда отправил. Знает группа, к которой мы сейчас приписаны. Знает…

– А теперь ответь мне, многие ли из тех, кого ты назвал, знают, кто мы вообще такие? – вкрадчиво поинтересовался Ит.

– Эдри, Фэб, и Ри, – ответил Рыжий, не задумываясь. – Больше никто.

– Правильно, – подтвердил Ит. – Потому что для всех других мы кто? Гермо с модифицированной внешностью, воспитанные людьми.

Скрипач кивнул.

Эту легенду им сделали в первый же месяц обучения – сочли, что такой вариант будет самым подходящим. Для Ри была сделана другая легенда, его сумели объявить выжившим наследником одного из правящих родов Анлиона, и после полувековых разбирательств наследник получил права на наследство…

Сейчас Скрипач видел, что Ит совершенно прав.

О самом факте существования Джессики Нарской в этом мире знали только три живых существа.

Они сами.

Никто другой о ней ничего не знал.

Связующая Безумного Барда Ариана, его возлюбленная, погибла задолго до его собственной смерти. Ариан до конца дней своих так и не избавился от жесточайшего, сжигавшего ему душу чувства вины перед той, которая была для него всем. И – Скрипач с Итом это отлично знали – до сих пор нет-нет да вспоминал о ней.

Информацией о прошлой жизни и архивом считок они, не сговариваясь, практически не пользовались. Прошлое осталось в прошлом, жить следовало настоящим, и только настоящим. Именно так они в результате и жили все эти годы. То, что было раньше, сейчас на них практически не влияло, да и влиять не могло… ну, почти. За очень редким исключением.

И тут – такое…

– Между прочим, она сильная эмпатка, ты заметил? – Ит задумчиво уставился на свои руки. – Очень сильная. Даже попытку воздействия тут же перехватила, хорошо, что я сразу остановился, и она, кажется, ничего не успела понять.

Скрипач кивнул, соглашаясь.

– Интересно, чем она еще занимается, кроме обслуживания пансиона, – проговорил он тихо. – Ведь занимается же, чувствую.

– А что ты еще чувствуешь?

– Что она согласится. – Рыжий вздохнул. – Ей для чего-то нужны деньги. Она оторопела от суммы.

– Еще бы, – Ит кивнул. – Ладно. Познакомимся с нею поближе и будем на всякий случай держать при себе. Мало ли что.

– «Мало ли что» будет, когда ее увидит Ри, – мрачно заметил Скрипач. – И это будет такое «мало ли что», что я сейчас с трудом представляю себе последствия.

Ит ничего не ответил. Встал, прошелся по комнате, остановился у двери. Зачем-то провел по ней рукой. Закусил губу.

– У нас три минуты, – сообщил он. – Потом принесут завтрак. Рыжий, еще момент. Я услышал часть разговора Эдри и Фэба.

– Так, – Скрипач напрягся.

– После этого задания мы, по всей видимости, с ним расстаемся.

Скрипач поднял глаза и посмотрел на Ита тяжелым взглядом.

– И чье это предложение? – спросил он хрипло.

– Эдри, – ответил Ит. – Сказала, что больше не будет нас покрывать.

– Понятно. – Скрипач задумался. – Плохо, – проронил он после полуминутной паузы.

– Да уж, действительно, ничего хорошего, – согласился Ит. – Но… Рыжий, понимаешь… у меня появилась совершенно идиотская мысль.

– Озвучивай.

– Озвучиваю. То, что здесь сейчас появилась эта женщина, и то, что сказала Эдри… как ты считаешь, могла она это сделать или нет?

Скрипач задумался.

– Во-первых, зачем? Во-вторых, как именно? В-третьих, не слишком ли сложно получается?

– Зачем? – переспросил Ит. – Чтобы развести нас с Фэбом. Как именно? Пока не знаю, но допускаю, что сама Джессика может быть и не в курсе, ее просто используют. Не слишком ли сложно? Для Эдри – не слишком. По крайней мере, мне так кажется.

– Ит… я думаю, что у тебя сейчас паранойя, – усмехнулся Скрипач. – Эдри тут ни при чем. Это что-то еще.

Ит вздохнул, прикрыл ладонью глаза.

– Сдаюсь, – тяжело проговорил он. – Рыжий, я не знаю. Будем думать, в таком случае. Думать и наблюдать.

– Собственно, именно ради этого мы сюда и прибыли, если ты не забыл, – подвел итог разговору Скрипач. Встал, потянулся. – Ладно. Переодеваемся, завтракаем и поехали развлекать ректора. Соскучился уже небось, бедняжка.

* * *

Ректор, как выяснилось, большой тоски по двум негодяйкам (как он их про себя называл) не испытывал. Для приличия девушки посидели на паре лекций, потом, для поддержания имиджа записных идиоток, задали пару-тройку вопросов, от которых седовласому представительному лектору стало плохо, и с чувством выполненного долга отправились в город. Вторая часть задумки – знакомство с сыном Лебе Фуатен – не удалась. «Мальчика» в этот день в университете не было.

Сейчас начинался тот этап работы, который оба одновременно и любили, и терпеть не могли. Скрипач как-то сказал про него: «Найди не знаю что». Что-то не так, действительно не так, но что именно искать – пока загадка.