Практическая психология. Герцог - Ирина Успенская

– За что тебя к нам сослали?

– А вы считаете, что с таким лицом можно рассчитывать на что-то лучшее? – тихим хриплым голосом произнес ксен, и Виктория поняла, что горло тоже пострадало от огня.

– Где получил ожог?

– Полез в костер вытаскивать девчонку, которая бросилась следом за матерью, – просто ответил ксен и достал из-под сутаны руки. На правой не хватало двух пальцев, она тоже была покрыта шрамами.

Ясно. Ну что же, все они в Крови немного ущербные. Впрочем, чего еще ожидать от судьбы, когда даже владетель представляет непонятно что и никак не может выбрать, на какой он стороне, философски решила про себя Виктория и улыбнулась, протягивая ксену руку.

– Добро пожаловать в команду, брат Эдар. У меня не будет костров, поэтому надеюсь, ты сможешь жить дальше без изменений. Брат Турид ввел тебя в курс дел?

– Мы проехали с инспекцией по вескам, и я познакомился с братьями Слушающими. Они все очень молоды, но рьяно изучают Житие и несут свет в души весчан. Я ознакомился с работой школы и с исследованиями, которые проводили брат Турид и мастер Семон. Признаюсь, я поражен их открытиями. И если вы не станете возражать, с удовольствием продолжу работы, начатые братом. Школа тоже удивила. Знаете, кир Алан, когда меня направили в ваши земли, я ожидал увидеть здесь запустение, забитых рабов, нищету. У вас весьма… нехорошая репутация. – Он криво улыбнулся, но лучше бы он этого не делал. Изуродованная половина лица осталась неподвижной, и улыбка получилась жуткой. – Я приятно удивлен.

– Брат Эдар, мне бы хотелось, чтобы моя репутация в столице оставалась прежней, – с нажимом произнес конт. – Поэтому постарайтесь в своих донесениях не очень меня хвалить.

Ксен не стал отнекиваться и спорить, а лишь согласно склонил голову. А может быть, он и ничего? Может быть, они сработаются? А вот в том, что от девушек у ксена отбоя не будет, Виктория не сомневалась. Уж женскую психологию она знала отлично. Еще помнила. Светика вон уже три раза мимо пробежала, глядя на ксена испуганно и жалостливо. Женщины – они такие, сначала будут побаиваться и жалеть изуродованного парня издали, затем начнут проявлять свою жалость более активно, а там и замечать перестанут его безобразные шрамы. Тем более что не тронутая огнем часть лица была очень симпатичной.

К ним подошла заметно округлившаяся Кусь и потерлась о ноги любимого хозяина.

– Теперь, когда в замке есть еще один ксен, не могли бы мы провести свадебный обряд? – каким-то напряженным голосом произнес Турид, глядя на суку.

– А что за спешка? – удивился конт. – И где Литина? Почему я ее не вижу? С ней все в порядке?

– Она не очень хорошо себя чувствует. – Взывающий вдруг покраснел, но затем решительно поднял голову и с вызовом посмотрел на Алана. – Поэтому я прошу провести обряд незамедлительно!

Оба-на! Слишком много беременных на одного несчастного конта. Нет, это рок какой-то! Или знак свыше? Виктория с усмешкой глянула на Кусь.

– И ты тоже! – Алан повернулся к ксенам. – Тогда давайте проведем обряд завтра.

– Почему не сейчас? – встрепенулся Турид.

– Потому что я хочу, чтобы у Литины был праздник! – отрезал конт и решительно зашагал в покои баронессы, махнув рукой Иверту, чтобы не шел за ним.

Ага, вот прям срочно и сейчас проведите ему обряд! Впопыхах, без торжества, без музыки, без свадебного торта! Можно подумать, ксен каждый год женится и это для него рядовое событие. Для него оно может быть каким угодно, а для Литины должно стать самым лучшим. Виктория прекрасно помнила свои ощущения в свадебный день. Волнение, предвкушение, надежда, ожидание сказки. И этот сухарь хочет лишить бывшую жену реципиента всего этого? Не так много у них последнее время было поводов для радости, чтобы не воспользоваться этим событием и не повеселиться.

– Доброе утро, Литина! – Виктория стремительно прошла через комнату и распахнула окно, впуская в помещение теплый воздух, пахнущий выпечкой и травами. – Я пришел тебя поздравить!

Она села на кровать и улыбнулась. Литина выглядела замученной, похудевшей и очень несчастной. Рядом с кроватью стояло ведро, прикрытое крышкой.

– Доброе утро, кир Алан. Простите, что не встретила вас. Я очень переживала, но меня так тошнит, – несчастным голосом произнесла женщина.

– Это утренний токсикоз, – с умным видом заявил конт. – Он пройдет. Пей натощак кислую воду. А теперь быстро поднимайся и одевайся. Нас ждет масса дел. Завтра твоя свадьба, и я хочу, чтобы это была самая лучшая свадьба на фронтире!

Литина растерянно смотрела на конта с неуверенной легкой улыбкой.

– А мне можно вставать?

– Литина! Ты здоровая крепкая женщина, и если хочешь родить такого же крепкого и здорового малыша, тебе нужно двигаться! Не менее двух часов в день ты должна ходить по улице. Забудь о булочках, пирожках и сладостях. Ежедневно съедай по чашке творога, пей молоко, ешь нежирное мясо и много овощей и фруктов. И ходи, ходи, ходи! Ты ведь не хочешь, чтобы случилось несчастье?

– Откуда вы все это знаете? – воскликнула женщина. – А еще говорят, что вы вчера с игушем разрезали рабыне живот и достали живого ребенка! Алан, откуда у вас эти знания?

– О! – прищурился конт, вспоминая все три беременности Виктории. – Просто поверь мне, я очень много знаю о беременных женщинах. Но живот резал Иверт! Я просто рядом постоял! – на всякий случай тут же уточнил он.

С этими словами мужчина чмокнул баронессу в макушку и вышел из комнаты. Литина услышала в коридоре его зычный голос, раздающий приказы, и в очередной раз пожалела, что слишком поздно кир Алан стал таким… таким… привлекательным.

Виктория, раздавая на ходу указания, быстро шла через двор. Во-первых, сказать Райке, чтобы готовила праздничный обед. Во-вторых, отправить детей за цветами, в-третьих…

– Светика, немедленно пошли к кирене Литине горничную, пусть поможет ей одеться и уберет в комнате. И отправь к ней модистку! Скажи, я хочу, чтобы завтра она была в цветах Валлидов. Берт!

– Я здесь, кир Алан. – Слуга бежал от кухни, дожевывая на ходу пирожок.

– Я буду в кабинете. Пригласи ко мне морского капитана и скажи Райке, чтобы подала перекусить. – Дождавшись кивка Берта, конт продолжил: – А затем я хочу переговорить с Рэем, Ивертом и десятником маркиза. И еще, Берт… – Алан на мгновение запнулся. – Надо как-то сообщить твоей сестре, что Нанни больше нет. Напиши письмо, я передам его морем с храмовой почтой. Только лишнего не пиши.

– Чупачурик расстроится, – тихо произнес Берт.

– Кто? – Конт резко повернулся к Берту и ухватил его за рубашку на груди, словно боялся, что парень сбежит. – Как ты сказал?

– Чупачурик, – испуганно повторил слуга. – Я так называл сестру, когда был маленьким.

– Кто еще об этом знает? – Конт отпустил Берта.

– Никто больше, кир Алан, – затряс головой Берт. – Ирием клянусь. – Он осенил себя кругом. – Ваш отец знал, я, Нанни и Чупка. Мне тогда всего три года было!