Невменяемый колдун - Юрий Иванович

– Обо мне Лирна может не переживать, я ей никогда изменять не буду! – При этих словах Бабу многозначительно похлопал себя по груди со стороны сердца. – А вот выпить да сплясать имею полное право. Зато Кремону вообще можно сегодня расслабиться и приударить за какой-нибудь красоткой. И позабыть постылое школярство! А, дружище?

– Не знаю, – беззаботно ответил колдун. – Может, в этом Пинто и посмотреть не на кого?

– Ха-ха! Да мы тут всегда останавливаемся, когда с караванами идем. И ни разу не пожалели!

Когда Кремон добирался пешком в Агван, то обошел Пинто по более короткой, лесной дороге. Поэтому сейчас с интересом рассматривал живописный городок, раскинувшийся у подножия высокой и широкой горы, и совсем не обратил внимания на то, с какой злостью Мальвика посмотрела на простодушного гиганта. При этом ее пальчики, сжатые в кулачки, побелели от напряжения. Девушка уже и высказаться собралась весьма нелицеприятно, но сжала упрямо губы и сумела сдержаться. Ведь нельзя ссориться в самом начале путешествия, уж лучше поговорить с Бабу наедине. Или придумать нечто такое, чтобы забыл и про выпивку, и про танцы, и про свое мерзкое сводничество!

Еще было довольно светло, когда путешественники устроились в своих комнатах на постоялом дворе, помылись и спустились в общий зал на ужин. Хотя такая неспешность в пути немного нервировала молодого колдуна. Будь Кремон один, он бы вообще двигался короткими дорогами, с гораздо большей скоростью и ночевал бы чуть ли не под открытым небом. А тут ему навязалась эта бедная сиротка с багажом как у столичной дамы. Приходилось избегать тягот скоростного путешествия. К тому же на таком маршруте и темпе особенно настаивал Давид Сонный. С пеной у рта он доказывал, что на глухих дорогах стало очень неспокойно и вечерами участились случаи нападения на малочисленные группы путешественников. И откуда у него такая информация? Видимо, из новостей, от которых молодой колдун в последнее время был полностью отрезан. Пришлось пообещать другу ехать к столице именно таким манером, останавливаясь на ночь в заранее оговоренных постоялых дворах.

Внутреннее убранство общего зала Кремону понравилось. Кухня оказалась на весьма высоком уровне, и скоро за их столом собралась жизнерадостная компания собутыльников. Здравицы сыпались одна за другой. Случайным сотрапезникам не пришлось для этого даже близко знакомиться. А когда на возвышении в углу зала появились музыканты, то вообще весь мир превратился в сплошное удовольствие. Причем женщин за столами находилось никак не меньше, чем мужчин. Соответственно и на месте, отведенном для танцев, тоже. А ближе к ночи Кремон был приятно атакован сразу несколькими представительницами слабого пола. И с любой из них имелась перспектива удалиться без помех в уединенное место. В данном случае в комнату, в которую парни вселились вдвоем. Для Мальвики сняли комнатушку поменьше, через стенку, куда девушка и отправилась спать, лишь только поняла, что на нее перестали обращать внимание.

Бабу готов был прикрывать товарища и сидеть в зале сколько угодно. Лишь бы тот насладился любовными приключениями без помех. Но происходило что-то странное: Кремон никак не мог выбрать, с кем уединиться. Лишь только он приглашал понравившуюся ему женщину на танец, как она с первых прикосновений переставала ему нравиться – и тут же интерес к ней падал до нуля. Зато глаза выискивали новое симпатичное личико, и молодой колдун со всех ног устремлялся к ней. Приглашал, шел танцевать и… отворачивался от партнерши с недовольным видом, разглядывая других танцующих и выискивая новую симпатию. И так много раз. Дошло до абсурда: Кремон стал приглашать девушек на танец повторно. И опять ему никто не нравился. Тут уже и Бабу не вытерпел. Оттащив друга в сторону, он стал его отчитывать:

– Что с тобой?! Ты как корова, которой кажется, что на другой стороне дороги травка зеленей! На тебя уже все мужчины обозлены. Ты ведь им все карты путаешь. Про женщин я уже не вспоминаю: еще чуть-чуть – и они тебе бросятся глаза выцарапывать. Очнись!

– Сам не знаю, что со мной происходит. Все мне нравятся, – стал сбивчиво объяснять колдун. – А в танце прижмусь, и сразу то запах от нее неприятный, то одежда мятая и грязная, то тело дряблое и обвисшее…

– Нет, ты явно болен! Да здесь все как на подбор! Где ты увидел тут грязную и немытую?! Все молодки хоть куда: тельце так и хочется ущипнуть. А ты «дряблое»… Сам ты…

– Да я серьезно! – обиделся Кремон. – И признаюсь, хочется мне женской ласки. Все тело так и звенит, словно натянутая струна. А тут сам себя не пойму… Может, тут все против меня настроены? И отвлекают своими негативными эмоциями?

– А что, очень может быть! – оживился Бабу. – Давай проведем эксперимент. Тебе вон та милашка нравится?

Он указал на весьма привлекательную молодую девушку за соседним столом. На нее с вожделением поглядывали почти все мужчины.

– Еще бы! Но я с ней танцевал раза два и…

– Не два, а три! Она же возле тебя только и вертится! Сделаем так: я с ней переговорю. Если она согласится побыть с тобой, то сразу проведу в нашу комнату. А ты, не мешкая, поднимайся следом. Я выхожу – ты заходишь! Там уж тебя никто не сглазит! Ну как мой план?

– Превосходно! Действуй!

Бабу все организовал прямолинейно и бесхитростно. Отозвал девушку в сторону, сказал пару слов, они оба покосились в сторону Кремона, и тут же красавица чуть заметно кивнула. И по одной из лестниц гигант увел ее наверх.

Молодой колдун тоже не стал мешкать и уже через минуту пожал другу руку на пороге в знак благодарности, а сам нетерпеливо бросился в полумрак комнаты. Девушка сидела на кровати, скромно сложив руки на коленях, но улыбалась так призывно, что молодое мужское тело напряглось еще больше. Грозя порвать ту самую пресловутую струну.

Миг – и возбужденная парочка соединила свои уста в страстном поцелуе. Еще один миг – и Кремон еле успел отстраниться и броситься на пол, как его одолела неожиданная рвота. Внутренности болезненно сжались, выдавливая наружу все выпитое и съеденное за вечер. Он и внимания не обратил на сдавленные вскрики и топот быстро удаляющихся ног, уносящих ошеломленную девушку из комнаты. Зато ему сразу полегчало. И когда в комнату ворвался обеспокоенный Бабу, Кремон уже с интересом рассматривал белую пластинку, только что вытащенную изо рта.

– Что случилось? Тебя отравили?!

– Успокойся, все в порядке. Видишь, я облизал эту пластину, и она осталась белая, Никакого яда, тем более опасного для Эль-Митолана, в моем организме нет.

– А что тогда?

Молодой колдун тяжело вздохнул, с содроганием взглянул на неприятно пахнущую лужу и констатировал:

– Банальное пищевое отравление…

– Ну я сейчас хозяина…

– Стой! Стой! – Кремону пришлось схватить друга за ноги, чтобы удержать. Тем не менее тот его доволок чуть ли не до двери. – Остынь, только скандала нам не хватало. Тем более что все остальные здоровы как огурчики. Может, у нас в дороге что испортилось?

– Шутишь? Разве у тетушки Анны что-то портится?