Шолох. Призрачные рощи - Антонина Крейн

Свою плотную часть я отправил в Лайонассу: окучивать Теннета. Решил самовольно предложить ему работу Стража. Ну а вдруг он все-таки согласится? Он у нас горюшко с принципами. Хотя любит придуриваться настолько, что, кажется, уже сам запутался – хороший он или плохой.

И вот я прибываю в Лайонассу, и… Что я узнаю?

Кто-то стащил всю мою кровь из Шэрхенмисты! Бедняжки шэ́рхен прозябают без Умений, а репутационные пятна на мне.

Ну, я и рванул за вором – ругаться.

Каково же было мое удивление, когда оказалось, что судьба прислала мне идеального Стража Света в лице воришки!

И-ДЕ-АЛЬ-НО-ГО!

Какой там Нэт, я вас умоляю!..

Госпожа Тишь из Дома Внемлющих, как породистая сторожевая, была выращена и воспитана будто бы единственно для того, что защищать свет, порядок, вселенную – все одно. И главное, она хотела этого!

Я нашел ее в Мудре. Решение пришло мгновенно, ведь мы, гении, не нуждаемся в долгих расшаркиваниях.

– Пс, ягодка! – обратился я к ней. – Хочешь немного божественной силы?

Тишь попробовала меня убить в ответ на такие заходы, но мы быстро поняли, кто здесь папочка.

Мы договорились: я даю ей силу Теннета, а она – подписывает контракт на защиту Врат от прихвостней Хаоса. Будет отваживать их до тех пор, пока мы не решим все-таки прикрыть эту лавочку. Да-да, конечно, по контракту ее ждала не палатка в пустоте, как у аскетки Авены! Я обещал построить ей отличный городок на Пограничье. Или деревушку, или целый замок – мне не жалко. С прекрасным, минуточку, видом: на космос.

Если Тишь захочет взять с собой еще пару Стражей, я не против. Пусть живут компанией, ради неба. Побесят Авену – уже хорошо!

Впрочем, меня смущала некая турбулентность в мыслях моей избранницы, которая оказалась кладезем незакрытых гештальтов. Там и тоска по теневой семье, и надежда снова стать Архимастером, учить юных Ходящих, и страшная обида на короля – желание показать ему, что она была права касательно того, что даже дети могут разнести его любимое государство…

«Ай, ладно! – решил я. – Пренебречь, рискуем!»

И я дал ей силу (четверть склянки, авансом) и сказал: «Я вернусь за тобой, Тишь, а пока, будь добра, закрой все дела в этом мире, чтобы дальше не отвлекаться. Но – никаких убийств».

Я рукоположил Архимастера в должность, сказал обвыкнуться, назначил дату, когда вернусь за ней, – это сегодня, – а сам с радостью углубился в книжки.

Все мои «я» погрузились в них полностью, по самые тульи шляп. Выныривали лишь для того, чтобы подобрать какой-то новенький интересненький экземпляр.

При этом на время чтения мне пришлось самому себе поставить блок от телепатии, а заодно временно заставить себя оглохнуть – потому что то и дело кто-то натыкался на мои призрачные копии и начиналось – визги, ахи, подкупы, – ну, тут в зависимости от мира и их традиций… Это все жутко отвлекало.

Плюс когда ты хранитель такого организованного материка, как Лайонасса, то тут регулярно кто-то пытается тебе молиться. Обычно я низвожу это до уровня белого шума, реагирую только на определенные эмоции и интонации, но… Когда я разбит на сто частей и погружен в книги, даже тихий страдальческий бубнеж мешает.

Да-да, что вы так шокированно на меня смотрите?

Я всю свою жизнь слышу шепот чужих мыслей и молитв. Почему, по-вашему, я обычно сам такой громкий? Пытаюсь их переорать! А сегодня тихий как раз потому, что все до сих пор выключены.

В общем, это была отличная идея – закрыться от мира, чтобы как следует почитать. Кое-что из найденных мною книг пахнет такими тайнами, что… Даже если окажется, что они не про Хаос, – о, поверьте, там будет что разгадать.

А одну я вообще до сих не смог расшифровать, представляете.

Я! И не смог.

Дорогие мои зайчики, конфетки, вселенские ягодки! Будьте добры среагировать на эту новость чуть более эмоционально, потому что это сенсация похлеще других! Ну да ладно.

В общем, у моего запойного чтения, отключения от телепатии и глухоты был только один минус.

Я так увлекся, что забыл про Тишь. Я хотел проверить ее еще до окончания назначенного срока – все-таки было, было в ней что-то болезненное, – но…

Меня утопило в великом очаровании книг, авантюр и тайн.

Так что только сейчас я оставил сотни распахнутых манускриптов тут и там, а потом силой воли собрался в кучку, чтобы отправить своего Стража в Хаос, насладиться лицами Авены и Карла, свинтить, пока они меня не убили, и вернуться к чтению…

Собственно, и вот я здесь.

* * *

Рэндом замолчал.

Во время своего рассказа хранитель успел разлечься на каменном полу Зала Совета так безмятежно, что казалось, мы находимся у него в гостях, а не прозябаем в помещении с двумя бессознательными монархами и телом мертвой госпожи Тишь…

Я вздрогнула, вспомнив о последней, и хотела обернуться на нее, но Рэндом вдруг сказал:

– Э-э-э нет, подожди еще немного. Рано!

– Рано для чего?.. – начала было я и запнулась.

Потому что вдруг поняла, что он имеет в виду.

И почему вообще Рэндом так колоссально спокоен – да, он объяснил, что его перестали отвлекать чужие мысли, обычно определенно имеющие влияние на его поведение, – но все же, исходя из предыдущего опыта общения с джокером, я подозревала, что, закончив рассказ, он нас просто перемелет в муку за то, что мы убили его Стража Света.

Однако…

Рэндом только хитро щурился из-под широких полей своей дамской шляпы и вертел между пальцами подснежник – много-много подснежников выросло в Зале Совета в тех местах, где еще полчаса назад темнела пролитая кровь.

Что касается моей догадки – то да! Точно! Расширившиеся глаза Лиссая и Дахху, в течение всего рассказа сидевших лицами в сторону Тишь, подтвердили ее. Принц невольно подался вперед, а Смеющийся, кажется, вообще бы всполошенно вскочил на ноги, если бы не спящая Кадия, чья голова покоилась на его коленях.

– Ну ладно, теперь можешь смотреть, Мисс Нетерпеливая! – фыркнул Рэндом и сам с интересом подпер щеки кулаками.

Я тотчас развернулась, чувствуя, как взволнованно бьется сердце.

Почти все фигурные фонари, стоявшие по периметру подиума с инграсилем, умудрились пережить нашу битву целыми и невредимыми. Лишь несколько из них упали и разбились, из-за чего освещение стало еще таинственнее.

Надо сказать, что величественное дерево инграсиль, росшее в центре зала, всегда было таким белым, что, казалось, светилось в сумерках.

Но сейчас оно светилось по-настоящему.

Мертвая госпожа Тишь уже не лежала в его корнях. Лишь угадывался силуэт того, где упала Архимастер – в этом месте не было цветов инграсиля, усыпавших сейчас все вокруг благоухающим ковром.