Вальдира. Господство кланов. Судьба клана. Ярость богов - Дем Михайлов

– Да что за хрень?! – завопил я, поспешно подхватывая драгоценные свитки.

– Пепел, – сдержанно пояснила Кира, с интересом глядя, как с меня сползают разваливающиеся на ходу штаны. – Стриптиз у тебя так себе, конечно…

– Кира! Что за… о блин! – Штаны испарились, и я остался стоять в одном шарфе, сапогах по колено и белоснежном подгузнике.

Это если не считать болтающегося за спиной посоха и неуничтожимого мешка.

– У-у-у… ха-ха-ха…

– Кира! Не смешно! Почему я голый, а ты в блестящих доспехах? – лихорадочно проверив содержимое мешка, я облегченно выдохнул – все сохранилось.

– Ну, сапоги-то у тебя остались… ой нет… и сапогов больше нет. Рос, это из-за пепла. Похоже, он здесь как абразив. Металл стачивает постепенно, а ткань и кожу мгновенно до дыр сгрызает. Если по-научному – мы оказались в агрессивной среде, пагубно воздействующей на…

– Кира, лучше помолчи, а то это я на тебя пагубно воздействую прямо сейчас! Посохом по кумполу! Черт! Черт! Сегодня все купил!

– Я, что ли, виновата? И вообще, если мы здесь задержимся, то и мои доспехи сотрутся – защита уже вниз поползла. Хорошо запас есть. Одевайся и пошли.

– Нет уж! Что-то у меня в рюкзаке есть из старого, но сейчас я одеваться не буду. Сперва найдем место, где нет этого проклятого пепла.

– Оки. Двинулись дальше… кстати, ты заметил?

– Что?

– Меня больше никто не бьет, да и цвет ника у тебя опять позеленел.

– Точно… ты тоже мирным зеленым светишься. И жизнь у меня полная. Похоже, одно испытание мы прошли. Но лицо у тебя все еще в крови и в порезах.

– А ты все так же гнусно улыбаешься. Ладно, я, как самая защищенная, выдвинусь вперед, а ты шагов на десять отстань. И держи свиток с высшим лечением наготове.

– Угу. А в другой у меня «огненный поток». Так что если кто вылезет, мало ему не покажется. Здесь и ветерок холодный появился – смотри, какие волны по поверхности пепла идут. Наверняка холодом от той ледяной глыбы тянет. Сколько еще до нее, как думаешь?

– Осталось всего ничего пройти – минут двадцать-тридцать быстрого шага – и мы там. А это что такое? Рос! Посмотри!

Рывком повернув голову в указанном направлении, я заметил на ровной поверхности пепла небольшое продолговатое вздутие. Неподвижный холмик, через который мерно перекатывались пепельные волны и где изредка сверкали смутно знакомые серебристые искорки.

– Непонятно, – тихо отозвался я, вытягивая вперед руку со свитком. – Моб? Затаился и ждет, пока мы подойдем поближе?

– Может быть. Стой там, я проверю. – Держа наизготовку оружие и щит, напарница осторожно двинулась вперед, шаг за шагом приближаясь к странному вздутию, никак не реагирующему на ее действия. Вот осталось всего три шага, два, один… может, это просто камень?

– Рос… это тело! Тело «улетевшего» игрока! Ник… Мирна Разящая. Рос! Это же…

– Уходи оттуда! – истошно завопил я, закрутившись, как волчок, и скользя взглядом по серой угрюмой местности. Один только пепел. Но именно в этом толстом слое так удобно прятаться… – Уходи!

Поздно!

За спиной Киры корка пепла треснула, взбугрилась и лопнула, освобождая высокую мужскую фигуру. С головы до ног в сверкающем металле. В правой руке короткий жезл, в левой – широкий башенный щит с рваными, словно бы изгрызенными краями. Лицо скрывает шлем с забралом в виде зло скалящегося тигра, но ник виден отчетливо – Грюм Молот…

– Сзади! Кира, ложись!

Не говоря ни слова, Грюм коротко повел правой рукой, из жезла вырвалась ослепительно-белая шипящая молния, метнулась к девушке и… замерла в нескольких сантиметрах от вовремя подставленного щита. Кира среагировала просто молниеносно, развернувшись еще до моего предупреждения и закрывшись щитом. Но это не понадобилось: молнию остановил не щит. Она просто зависла в воздухе, а Грюм застыл подобно каменной статуе.

– Что за… – пораженно прохрипел Грюм, прилагая бешеные усилия, чтобы высвободиться из невидимой хватки.

Ему никто не ответил – Кира, по-прежнему прикрываясь щитом, отходила в сторону от застывшей молнии, а я наводил на агрессора руку со свитком, прикидывая, как бы накрыть гада с гарантией и при этом не прибить собственную напарницу. Не до разговоров и размышлений нам было. Прибьем урода, а потом уже разбираться будем…

Грянувший с серых пасмурных небес голос был просто оглушителен. Голос женщины, шипящей словно разъяренная кошка, уже готовящейся вцепиться тебе когтями в лицо:

– Мужчина, поднявший руку на женщину… достоин лишь смерти! – грозное шипение сорвалось на дикий визг. – Мучительной смерти! Смерти!

Зависшая в воздухе молния резко налилась светом, извернулась и круто ушла в тянущиеся у нас над головами тучи. Раздался громовой удар, небеса зигзагом перечеркнула грозовая ветвистая молния, с сухим шорохом пронёсшаяся в воздухе и врезавшаяся в шлем неистово дергающегося Грюма Молота. Последовавшая за этим вспышка на мгновение ослепила меня, а когда зрение вернулось, я увидел медленно оседающий на землю сгусток серебряного тумана и витающие в воздухе серые облачка пепла.

– Мать твою! Елки-палки! – просипел я, повернувшись к остолбеневшей Кире. – А дойди у нас с тобой та недавняя ссора до боя? И я, скажем, посохом долбанул бы тебя… ну или пнул…

– Слышал же! Женщин обижать нельзя! – нравоучительно произнесла Кира, но в ее голосе слышалось нешуточное потрясение. – В целом логично: мы же в ее душе, в ее самых сильных чувствах.

– Значит, это был голос Мирты? Неприветливый голосок. И нападающих на женщин мужчин она не любит, – заключил я, шагая к поверженному телу Грюма Молота. – Едва не вляпались. Интересно, как эти ребятки здесь оказались… вернее не как, а зачем? Турнир они проиграли… опять пошли на реборн? Скорей всего. Маньяки, блин.

Присев у сгустка тумана, я деловито запустил руки внутрь и принялся «рыться» в имеющихся вещах. А их было немало. На секунду отвлекся и попросил:

– Кира, посмотри, что есть у Мирны.

– Не могу – я же паладин. Хотя… посмотрю…

– Ладно, не лезь. Я сам разберусь.

Здесь Кира не привередничала и не капризничала. Паладинам сам бог не велел обирать тела, то бишь мародерствовать. Одно из многочисленных правил, благодаря чьей сложности класс паладинов был востребован больше в кланах, чем у одиночек. Нет, снять доспех с поверженного собственной рукой врага они могли. Что с боем взято – свято. А вот если наткнуться на набитый дорогим лутом «труп» – обобрать ни-ни! Сразу карма падает… или что там у них вместо нее.

Так что я лучше сам. Благо мне заботиться о собственной карме ни к чему. Но сначала опустошим тушку Грюма… как только подтяну свою отпавшую и погрузившуюся глубоко в пепел челюсть на место.

Банки, склянки, бутылочки всевозможных форм и расцветок. Целебная и усиливающая алхимия. Причем великолепная алхимия, рассчитанная на самых высокоуровневых игроков. Четырнадцать свитков… странно, в наличии только боевые. «Ядовитый туман», «горная лавина», «огненный поток», «черный смерч», «кислотный водоворот», «призыв громыхалы», «снежная буря»… запас на все случаи жизни.