Родственный обман - Эльвира Плотникова

— Поднимитесь еще на три пролета и выходите на этаж Вы окажетесь рядом со своими покоями.

— Спасибо!

Она побежала наверх, пока дворецкий не передумал, но тот быстро ушел, не проверяя, выполнила ли она его указания. Она услышала его голос где-то внизу, далеко… и решила вернуться. Не вниз, а на этаж, который уже миновала. Интересно же, куда ведет дверь с лестничной площадки. Полезно изучить все ходы и выходы, если есть такая возможность.

Эмилия осторожно приоткрыла дверь, прислушалась — никого. Вышла в маленький холл и увидела еще одну дверь. Над ней было маленькое окошко, откуда в холл попадал дневной свет. Черный ход, ведущий наружу! Она немедленно толкнула дверь — открыто.

Мартин строго-настрого запретил гулять. «Без меня в парк ни ногой», — предупредил он во время утренней экскурсии. И, конечно же, без объяснения причин. И его нужно слушаться? Ха! Может, просто другое жилье близко, и он боится побега? Надо проверить. И заодно подышать свежим воздухом.

Утром было прохладно, но воздух прогрелся за день, и Эмилия с удовольствием пошла по дорожке в глубь парка. На ходу она жевала пирожок с яблочным повидлом — угощение от шеф-повара. Настроение у нее улучшалось с каждым шагом.

Парк ей нравился. Кое-где на клумбах росли цветы, красивые и незнакомые, что-то среднее между ландышем и незабудкой. Фигурно подстриженные кусты радовали глаз идеальными формами. Эмилии показалось, что в воздухе пахнет морскими водорослями, но поиски моря она решила отложить. А потом она забрела в лабиринт из кустов.

Пройти мимо было невозможно! Это же настоящий английский maze, с высокими изгородями, сложными ходами, спрятанными внутри фонтанами и мифическими скульптурами. Она не смогла устоять и решила зайти немного вглубь, а потом еще и еще. В итоге Эмилия заблудилась.

Пирожки давно закончились, похолодало, неожиданно быстро опустились сумерки. В лабиринте и так был полумрак, а теперь и вовсе стемнело. Стало страшно и тревожно. Эмилия перестала бегать в надежде отыскать выход, села на скамейку и решила ждать. Не может быть, чтобы Мартин не начал поиски. Времени прошло не так уж и много, но ее исчезновение наверняка уже обнаружили.

Она завернулась в шаль, дрожа то ли от холода, то ли от страха, и прислушалась к тишине. Легкий ветер шуршал листьями, что-то скрипело совсем рядом, в траве трещали насекомые.

Услышав чей-то топот и тяжелое дыхание, Эмилия сначала обрадовалась.

— Я здесь!

Она вскочила со скамейки, сделала шаг вперед и закричала от ужаса. Прямо на нее неслось огромное существо на четырех лапах, с шипастой головой и горящими глазами. Больше Эмилия ничего не успела рассмотреть, — чуть ли не впервые в жизни она упала в обморок.

В ушах шумело, в висках стучало, по телу разлилась неприятная слабость. Потом в нос ударил знакомый запах — Мартин пользовался именно этой туалетной водой, с горьким ароматом дубового мха. Эмилия поняла, что ее несут на руках — вероятно, в дом. Вроде бы ничего не болело, значит, чудовище не причинило ей вреда? Или ей все причудилось?

Открывать глаза не хотелось. Отчего-то было неловко, и Эмилия, слегка повернув голову, уткнулась лбом в плечо Мартина. Как же она устала! Все, решительно все пошло не так! Она думала о каникулах и игре, а попала как будто в другой мир. И никто не хочет толком объяснить, что происходит!

Судя по звукам, вокруг полно слуг. Надо же, всполошила всех. Пожалуй, за сегодняшний день она создала себе отвратительную репутацию: с утра била посуду, в обед капризничала, а потом и вовсе потерялась в двух шагах от дома. Чудненько! Может, Мартин все же отпустит ее? Ох, а что тогда будет с Миленой? Она ее подведет, обман раскроется. Неужели сестра была права…

Эмилию положили на кровать и укрыли чем-то теплым.

— Нужен врач, — услышала она голос Мартина. — Пошлите за…

— Не надо, — резко перебил его Даниэль. — От головокружения поможет сладкий чай, а от глупости — розги.

Эмилия распахнула глаза и негодующе уставилась на братьев. Они стояли около ее кровати: Даниэль снова крутил в пальцах монетку, Мартин хмурился.

— Между прочим, — Эмилия обнаружила, что во рту пересохло, и облизала губы, — на меня напало чудовище. А еще я хочу пить, есть и согреться.

Иногда можно и на жалость надавить, тем более сражаться с этими ненормальными косплейщиками нет никаких сил. Как она и предполагала, на Даниэля ее слова не произвели должного впечатления.

— Вот видишь, с ней все в порядке, — сказал он Мартину, а потом повернулся к Эмилии и усмехнулся, буравя ее ледяным взглядом: — Напоим, накормим, согреем и… выпорем.

— Дан, прекрати, — виконт осадил герцога и присел на краешек кровати. — Эми, он просто тебя дразнит, не обращай внимания. Сейчас тебе принесут все необходимое и… горячая ванна, да?

Эмилия неуверенно кивнула. Мартин ее удивил. И куда подевались чопорность и неприступность? В кафе он выглядел задумчивым и серьезным. Тут, в особняке, раздражал холодностью и безупречными манерами. А сейчас взгляд смягчился, в черных глазах читались и беспокойство, и забота. И «Эми» было произнесено так ласково, что у нее перехватило дыхание.

— Я… извини, Мартин, — пробормотала она. Такое обращение заслуживало хотя бы ответной вежливости. — Мне тяжело даются запреты. Не думала, что прогулка может быть опасной. Но вдруг стемнело, и… — тут она обратила внимание, что за окном светло, и растерялась. — Но как же? Разве уже утро? А тот зверь? Я же видела…

— Милорд, прибыл регистратор, — доложил вошедший Эдвард. — Прошу прощения, вы велели предупредить сразу. Какие будут распоряжения?

Мартин с явным неудовольствием посмотрел на слугу:

— Проводите в гостиную, предложите чаю. Я сейчас буду.

— Нет, Марти, иди сразу, — возразил Даниэль. — А я объясню Эмилии, что она видела, и прослежу, чтобы ее подготовили к церемонии.

Эмилия поежилась и чуть не нырнула под одеяло с головой. Остаться наедине с Даниэлем? Сейчас, когда он грозится ее наказать? Мартин посмотрел на брата, скептически приподняв бровь.

Даниэль картинно вздохнул и, склонив голову, приложил руку к груди:

— Даю слово, я позабочусь о твоей невесте, Марти. Иди.

Мартин кивнул, достал из-под одеяла руку Эмилии, поцеловал пальчики и быстро вышел из спальни. Уж лучше бы он остался, а Даниэль исчез куда-нибудь насовсем! И, собственно, о какой церемонии речь?

Даниэль позвал горничных и велел одной готовить ванну, другой — заняться гардеробом, а третьей — немедленно принести сладкого горячего чаю. Эмилия немного успокоилась. Они не одни, вокруг полно слуг. Ей ничего не грозит, Мартин не позволит брату вольностей. И потом, он сказал, что Даниэль дразнится. Может, так оно и есть?

Эмилия никогда не боялась людей. Даниэль же будил в ней какие-то животные инстинкты — спрятаться, убежать, затаиться. Все, что угодно, лишь бы не оставаться рядом! Ей казалось, он знает правду. И в любой момент может разоблачить ее, и тогда у Милены будут неприятности. Если бы сестра просто отказалась от предложения, Александр Сергеевич, возможно, был бы разочарован. Но обман! Бр-р-р!