Сбежавшая невеста - Ева Никольская

Задвинув прозрачную дверь купе и сев в кресло, обтянутое голубой обивкой, я бросила на стол рюкзак, вытащила из него планшет и принялась звонить Эритэ, но Граф нажал отбой и, взяв из моих ослабевших рук электронное устройство, набрал очередное сообщение в блокноте, адресованное лично мне.

«Не говори подруге про мои способности, — высветилось на экране. — Ей пока рано знать».

— А когда будет пора? — немного помолчав, уточнила я.

На самом деле, именно про особенности навязанного мне зомби я и хотела поговорить с Ритой, а уже потом выяснить, как прошло их сватовство. Впрочем, нет: сначала я планировала рассказать девчонкам про то, как подставился Александр, и попросить это как-то проконтролировать, что ли. Ведь Лалари — его лучшая подруга и зам в детективном агентстве. А ее папа — влиятельный бьерн, имеющий хорошие связи в разных кругах. Может, они смогут хоть немного смягчить гнев «волка»? На помощь же Ильи после недавнего разговора в охотничьем домике я не надеялась.

«Позже, — написал мертвец, а потом ниже добавил: — Сейчас у нас задача доставить тебя в храм. Давай на этом и сосредоточимся».

Я кивнула, охотно соглашаясь. Самой очень хотелось попасть к верховному жрецу. Хотя про то, как буду уговаривать его избавить меня раньше срока от брачной вязи, думать не хотелось. С другой стороны, слепо доверять зомби, который, может, и не зомби вовсе, а непонятно что за существо, тоже как-то страшновато было. Поэтому, нервно побарабанив пальцами по краю расположенного между креслами столика, я пристально посмотрела на Графа и, повернув к себе планшет, лежавший на голубой столешнице, написала:

«А где гарантия, что ты не чудовище какое-нибудь древнее, охотящееся на ведьм? Ведь Ритку ты сам выбрал, верно? А теперь вот и ко мне прибился».

Прочитав, мертвец снова улыбнулся. Беззвучно, но весьма выразительно.

«Ань, не пори чушь, — напечатал он. Причем так проворно, что я аж залюбовалась тем, как летают над экраном его костлявые пальцы в белоснежных перчатках. — Хотел бы причинить вам с Эритэ вред — давно бы это сделал».

Звучало разумно, но… успокаивало лишь отчасти. Еще немного поколебавшись, я посмотрела на сидящего напротив «монаха», в иллюзорных глазах которого больше не было тьмы, и спросила, что называется, в лоб:

— Ты лич?

Мертвец некоторое время отвечал мне не менее пристальным взглядом, нежели мой собственный, а потом крутанул планшет и быстро набил на новой странице:

«Это что-то меняет?»

— Скорее, многое объясняет, — сказала я. — Ну, и немного напрягает, — добавила я, заметно приуменьшив масштаб беспокойства.

«Я не настроен вредить своему опекуну и ее друзьям», — заверил меня Граф.

— Но если ты лич, — перешла на шепот я, — тебе для существования требуется чужая жизнь.

«Черви в этом плане — лучший деликатес», — написал он и… подмигнул мне.

— Граф! Ты можешь снять иллюзию? — не выдержала этой пантомимы я. Любопытство требовало объяснений. Как череп может подмигивать и улыбаться?! Чем?!

«Позже», — вернулся к любимому ответу он.

И мне ничего не оставалось, кроме как согласиться. Сорвать чужую маску, конечно, было можно попробовать, но этот загадочный мертвец по воле судьбы и Эритэ — мой напарник на ближайшие сутки, и портить с ним отношения я не хотела. Несмотря на то что близкий контакт с личем вызывал вполне обоснованную тревогу, интуиция молчала, и, еще немного поразмыслив о своем спутнике, я решила довериться как ведьмовскому чутью, так и высшей нежити, предпочитающий души земляных червей человеческим жертвам.

Ну а что? Есть же люди, выступающие за защиту прав нежити как особого вида. Так почему не существовать человеколюбивой (не в гастрономическом смысле) нежити? И все равно вопросов оставалось много. Но собеседник, к сожалению, не был настроен на них отвечать. И я, посидев еще пару минут в задумчивом бездействии, решила не тратить попусту время, а заняться чем-нибудь полезным в дороге. Например, наделать заготовок, как в доме Акиллара, которые скорей всего пригодятся нам на следующей же станции. В то, что Рурк так легко смирится с поражением, верилось с трудом, наверняка его ищейки уже мчались по автостраде, стремясь обогнать экспресс. И, как это ни печально, у них подобный трюк вполне мог получиться. Так что к новой встрече с самодовольными блондинами надо было как следует подготовиться.

На вокзале…

— А не оборзел ли ты, Нечаев? — мрачно поинтересовался блондин, сжимая в руке непригодную для использования сеть — ту самую, которой он несколько минут назад пленил ведьму. Тонкая капроновая паутинка, зачарованная от разрывов и порезов обычным лезвием, казалась легкой и почти незаметной, но без помощи специального ножа ее было не повредить. В арсенале этого сыскаря хватало подобных штучек, а у Александра, в свою очередь, имелся клинок, способный с ними справиться. — Использование дара — это как удар в спину, — не скрывая презрения, бросил «волк». — Нечестная игра!

— А окружать беззащитную девчонку троим здоровым лбам, значит, честно? — прямо глядя в лицо собеседника, спросил «кот».

Выждав максимальное время, на которое был способен, бьерн выпустил пленников из ловушки своего дара. Двое, крепко выругавшись и пообещав рыжему непременно вернуть должок, рванули к брошенной на стоянке машине, чтобы броситься в погоню за поездом. А один остался выяснять отношения с Нечаевым, вступившимся за девицу, которую требовалось доставить к белому вожаку.

— Вельская принадлежит Акиллару, — с нажимом напомнил блондин. — И у нас был приказ вернуть ее хозяину.

— Во-первых, Анна пока что невеста Ильи, о чем свидетельствует белый рисунок на ее лице. А во-вторых, она — свободная женщина, а не рабыня. Человек, а не комнатная собачка, чтобы принадлежать кому-то, — холодно заметил рыжеволосый сыскарь. — Единственный, с кем действительно связана эта женщина, — ее маленький сын.

— Закон есть закон, — развел руками беловолосый.

— Ну тогда представь на ее месте свою младшую сестренку, Демьян, — без иронии предложил Александр. — Или свою возлюбленную. А потом вспомни, что закон, написанный каким-то давно почившим самодуром, есть закон. Или, по-твоему, если Аня не модифицированная, то и права на свободу выбора не имеет? Вы бы хоть шанс ей дали… — неприязненно поморщившись, проговорил бьерн. — Возможность защититься, сбежать, а не вязали руки при первой же попытке сплести заклинание. Не стыдно загонять в угол хрупкую девочку, а, охотничек? — ядовито поинтересовался «кот».

— У нас был приказ, — отведя взгляд, упрямо повторил «волк», а потом раздраженно рявкнул: — И из-за тебя мы его не выполнили! Сам будешь объяснять Акиллару почему!

— Да я в общем-то и не возражаю, — равнодушно отозвался Нечаев. — Хотел бы избежать разговора с твоим вожаком, давно бы ушел.

— Вот только потому, что не ушел, мы с ребятами тебе морду и не начистили, — проворчал Демьян и, махнув рукой, сказал: — Идем. На моей тачке поедем.