Советская Британия - Андрей Максимушкин

— Интересный взгляд на проблему, товарищ Тимошенко. Пока тигр дерется с китом, умная обезьяна ест яблоки. Занимательно, но политически неграмотно. Нельзя обманывать союзника. А что на это скажет товарищ Кузнецов?

— Как я уже говорил, без нашего участия шансы немцев на победу невелики. Если война затянется на несколько лет, плохо будет всем. Плохо будет немцам. Плохо будет англичанам. Плохо будет и нам.

— А что для нас плохого? — вмешался Носенко. Про себя нарком надеялся, что Сталин и Молотов охладят запал флотских товарищей, вразумят и убедят не спешить. А там, глядишь, удастся за срыв планов оправдаться, своих корабелов в положительном свете выставить.

— Разрешите? — поднялся Малышев.

— Слушаем вас, товарищ.

— Товарищ Сталин, советская промышленность задыхается без нефти.

— А Баку? — удивился Чкалов.

— Разработанных бакинских и грозненских месторождений нам пока достаточно, но только на сегодняшний день. Дальнейший рост объемов производства, индустриализация потребуют увеличения добычи. Нам уже не хватает нефти для переработки в бензин. А где ее брать? Покупать у американцев?

— Волжско-Камский регион, — усмехнулся вождь.

— Регион перспективный, — согласился заместитель председателя Совнаркома, — но практически неразведанный и требующий серьезных вложений. Сначала нужно провести георазведку, пробное бурение, оценить запасы нефти и ее извлекаемость. Только потом осваивать регион и строить мощности по переработке. Придется заново создавать инфраструктуру, регион бедный, неразвитый. Надо прокладывать железные дороги, расширять речные порты, строить города и перерабатывающие заводы.

— Так сложно? Сколько времени это займет? — изумился Николай Кузнецов.

Нарком флота сразу понял, что Малышев сделал хитрый и верный ход. Заинтересовать, подкинуть на первый взгляд верное решение. Показать его сложность, дать оппонентам возможность выговориться и только затем выдвигать основную идею. Главное в этом методе — ограничить восприятие оппонентов до предложенных вариантов: одного правильного и одного ошибочного. Пока непонятно, куда клонит Вячеслав Александрович, но нефть — это сильный козырь. В случае чего, не стоит пренебрегать этим аргументом.

— Восемь лет, если отдать месторождение в концессию, или пять лет, если разрабатывать собственными силами. Второе выгоднее.

— Долго, очень долго, товарищ Малышев, — процедил Иосиф Виссарионович, — нефть нам нужна сейчас.

— Мы при любых обстоятельствах обязаны освоить наше месторождение и создать инфраструктуру, — Малышев спокойно выдержал тяжелый взгляд вождя, — но не стоит забывать, что благодаря нашей армии и верному политическому ходу товарища Сталина…

— Пустое, — коротко бросил вождь.

— …мы контролируем Персию и Месопотамию. Это большие разведанные запасы нефти. Налаженная добыча, качалки, баки, насосные станции. Причем в Месопотамии идет нефть легких фракций, в ней незначительное содержание серы и других вредных примесей. Это означает, что проще будет перегонка, меньше неприятностей с очисткой, из нефти получается больше высокооктанового бензина, — пояснил нарком.

— Я слышал, у нас не так много железнодорожных составов, чтоб наладить доставку нефти из Южного Ирана, а морской путь перекрыт англичанами, и Суэцкий канал в их руках, — заметил Молотов. В глазах Вячеслава Михайловича блеснули холодные искорки. Знаменитый «каменнозадый» председатель Совнаркома сразу понял, куда клонит заместитель. Дело хорошее, но связанное с большими внешнеполитическими сложностями.

Взваливший в последнее время на свои плечи обязанности наркома иностранных дел Вячеслав Молотов понимал, что просто так никто нам не позволит удержать за собой Персидский залив и Месопотамию. Слишком много желающих установить свой флаг над стратегически выгодным, перспективным регионом. Будут проблемы и с местными племенными вождями. Советская идеология им непонятна, а вот у немецких товарищей давно налажены контакты с бедуинскими наибами. Вплоть до прямой поддержки и контрабандных поставок оружия.

Регион сложный, настоящий гордиев узел противоположных интересов, завязанный на страшненьком местном самосознании. Восстановить добычу из английских скважин — это одно, впрочем, товарищи на местах уже давно запустили английские перегонные установки и обеспечивают потребности нашей армейской группировки за счет местных ресурсов.

Доставить бесценное топливо в СССР — это другое. А удержать за собой район Персидского залива — это третье. Последний вопрос наиболее сложный, англичане никогда не согласятся отдать нам Ближний Восток. Французы в свое время сами планировали потеснить англичан. Немцы тоже не прочь закрепиться в Египте, районе Суэца и Сирии. Непонятно, какова будет реакция американцев, когда они поймут, что мы не собираемся уходить из Месопотамии. Вопросы, вопросы, вопросы, и все, как снег на голову, Наркомату иностранных дел. А мы еще до сих пор литвиновские конюшни не разгребли. Грустно.

— Мы можем расширить железную дорогу через Тегеран. Проложить вторую колею. Это будет быстрее и дешевле, чем… — Малышев вовремя остановился и схватил стакан с водой. Увлекся и чуть было не ляпнул лишнего. Сталин слишком близко к сердцу принимает все, отдаленно напоминающее прожектерство Троцкого. Молотов тоже не любит, когда люди лезут в его дела и дают советы по внешней политике.

— И для того, чтобы удержать за собой этот район, мы должны гарантированно пресечь любые попытки англичан вернуть под свой контроль Ближний Восток. Самым лучшим и единственным способом является разгром Британской империи, — поддержал Малышева Кузнецов.

Нарком флота сообразил, что речь Вячеслава Малышева как нельзя лучше подкрепляет планы моряков. Сегодня тяжелая промышленность на нашей стороне. «А что? Удержание Месопотамии — это хороший козырь. Можно поставить на карту нефть. Тем более что флоту она тоже нужна», — мелькнуло в голове наркома Кузнецова. Естественно, Малышев впоследствии потребует от моряков некоторые уступки в обмен на сегодняшнее выступление. Николай Кузнецов уже догадывался, что именно. Но все это ерунда, главное сегодня — убедить товарищей в своей правоте.

— Интересная точка зрения. Скажем так, империалистическая, — заметил Сталин и, выдержав паузу, добавил: — Или антиимпериалистическая. Смотря с какой стороны глядеть.

Сталин умел выдерживать в разговоре нужные паузы, привлекая внимание к своим словам и делая акцент на определенной фразе. Хорошее умение, освоенное им еще в юности на уроках в семинарии.

— Хотят ли народы Персии и Месопотамии строить коммунизм? — взгляд вождя уперся в Молотова.

— Много несознательного элемента. Феодальные пережитки. Отсталая экономика и засилье азиатской коррупции. У нас и в Прибалтике полно дел, приходится этих свинопасов подтягивать до нашего уровня, — недовольно пробурчал председатель Совнаркома.

— Есть мнение не заострять внимание на этом вопросе. Какая разница, что выберут арабы и персы: народную республику или Советскую Союзную республику?