Полночные хроники. Взор теней - Бьянка Иосивони

– Я пленник? – Мне нужно задать этот вопрос. Не знаю почему, но он казался очень важным. Наверное, потому что я находился под постоянным наблюдением с того самого мгновения, как впервые открыл глаза. И хватит с меня этого.

Максвелл обвел рукой парк, улицы, магазины, множество машин, черные такси и небоскребы.

– Посмотри вокруг. Ты в любой миг волен уйти. Я не стану тебя удерживать. – Он указал на свободное место в одном из красных автобусов.

Каким бы мутным ни казался этот тип, он говорил совершенно серьезно. Я мог идти на все четыре стороны. Никто не собирался мне препятствовать. Ни Максвелл, ни Рокси, ни другие охотники.

Может, и надо уйти. Может, лучше перебиваться одному, чем оставаться с людьми, которых я совсем не знал. С людьми, которые на полном серьезе верили в существование призраков, демонов, магии и… и вампиров. Даже в таком состоянии я понимал, какой это бред. Но чем тогда объяснить потерю памяти? Голова у меня целая, так что на неудачное падение не спишешь. И как Рокси устроила тот хаос в больничной палате, если не с помощью магии? Я же видел своими глазами. Почему все еще сомневаюсь?

– Я останусь, – сказал я Максвеллу. – Пока, во всяком случае.

Морщины у него под глазами стали глубже, словно он мысленно улыбнулся, хотя губы остались неподвижны.

– Уверен, ты не пожалеешь.

Время покажет.

Мы вернулись. Раньше я видел штаб охотников только изнутри, а теперь понял, что он находился в многоэтажной башне. Пришлось задрать голову, чтобы увидеть ее целиком. Судя по табличкам у главного входа, здесь располагались разные офисы и компании. Об охотниках ни слова. Либо всех этих фирм не существовало в действительности, либо охотники занимали только часть небоскреба. Поскольку главным входом пользовались какие-то люди в костюмах – бизнесмены, – я решил, что, скорее, второй вариант.

Мы вошли в башню с черного входа, через который недавно ее покинули. Максвелл подтвердил свою личность: ввел код и поднес к устройству левую руку. Я стоял рядом, но ничего не разглядел.

Видимо, этот вход, как и лифт, обособлен от остального здания. Здесь не наблюдалось никаких бизнесменов и бизнес-леди. А еще мне показалось, что камеры в углах висели как-то слишком на виду.

К моему удивлению, доехав до последнего этажа, мы встретили Рокси, ждавшую нас.

– Ингрид вернулась, – сразу же доложила она Максвеллу.

Ингрид? Что за Ингрид?

– Замечательно. – В голосе Максвелла слышалось облегчение. Впервые на его лице появился намек на улыбку.

– Ингрид – наш врач, – объяснил он мне. – Она уезжала в штаб в Эдинбурге. Но теперь она вернулась и может хорошо тебя обследовать, Шоу. Вероятно, она найдет то, что мы упустили.

В этом я сильно сомневался, но не перечил Максвеллу. Еще и новое имя вызывало странные чувства. Но я сам его выбрал, поэтому пока пусть зовут меня так.

– Рокси? – обратился к ней Максвелл, кивком указывая на меня.

Закатив глаза, та скомандовала:

– Иди за мной.

И сорвалась с места. Я успел только кивнуть Максвеллу на прощание и заторопился за ней. Нагнал ее в коридоре рядом с библиотекой.

– Ты не очень-то рада, что я остался, да?

– С чего ты взял? – сухо бросила она и повернула направо, к другому лифту.

Я усмехнулся:

– Не переживай, ухаживать за мной довольно легко. Мне так кажется. Точно не знаю… но мы можем выяснить это вместе.

Рокси посмотрела на меня через плечо. В ее взгляде отчетливо читалось, что она желает мне всего самого плохого. Моя усмешка стала шире. Дразнить Рокси – огромное удовольствие. И я верил, что она ничего против меня не имеет. Или почти ничего. Ее бесила ситуация в целом. Она злилась, что спасла меня и теперь вынуждена со мной возиться, хотя у нее полно других дел. Дел, связанных с охотой на духов. Например, покупка соли?

На лифте мы спустились на тридцать шестой этаж – здесь находилась моя палата. Однако мы свернули не налево, а направо. Прошли по коридору до двух дверей, и Рокси толкнула последнюю из них. В нос ударил запах дезинфицирующих средств, бинтов, резиновых перчаток и чего-то еще. За последние два дня этот запах стал мне родным. Дом, милый дом. Я скорчил гримасу.

– Ингрид? – позвала Рокси. – Я привела к тебе пациента.

Из-за планировки я не сразу понял, что в комнате есть кто-то, кроме нас с Рокси. Стены заняты полками, шкафами, витринами – все аккуратно подписаны и битком набиты. Посередине стоял внушительный письменный стол, освещенный одной-единственной лампой, заваленный документами, заметками, книгами и пустыми чашками из-под кофе. Столешницу почти не видно. С другой стороны – перегородка. Оставалось только догадываться, что за ней. Наверное, койки или медицинские кушетки. Еще была дверь, ведущая в рентген-кабинет. Я ошарашенно уставился на табличку и не сразу заметил женщину, появившуюся из-за перегородки.

На ней белый халат, из-под которого виднелось платье в цветочек, доходившее до колен. Темно-русые волосы с проседью собраны в пучок, несколько прядок выбились на лоб. Лицо миловидное, у рта крошечные морщинки, а глаза ярко-голубые. При виде нас женщина радостно улыбнулась:

– Привет, Рокси.

К моему безграничному изумлению, она заключила Рокси в объятия – и та не выколола ей глаза, а обняла в ответ.

– Как ты? – спросила моя спутница, когда они оторвались друг от друга.

– Все хорошо. – На губах Ингрид появилась слабая улыбка. – Нет ничего хуже, чем хоронить того, в чьей смерти до конца не уверен. Но надо жить дальше.

Поджав губы, Рокси качнула головой и ничего не ответила.

Я смущенно топтался рядом, дожидаясь, когда они закончат с приветствиями и обратят внимание на меня.

Ингрид окинула меня испытующим взглядом профессионала.

– Это?..

– Да, именно. Пока ты отсутствовала, его обследовали доктор Фаулер и Сэнди, но ничего не обнаружили. Шоу в твоем распоряжении.

Я закашлялся:

– А мне дадут слово?

– Нет, – хором ответили они.

Рокси мимоходом потрепала меня по плечу и скрылась, оставив нас с Ингрид наедине. Та натянула на руки резиновые перчатки – бог знает, что у нее в голове, – и указала за перегородку, где действительно стояла кушетка.

– Я быстренько тебя осмотрю. Шоу, правильно? Меня зовут Ингрид Абрахамссон. – Она успокаивающе улыбнулась. – Я здесь врач. Защитила докторскую в Стокгольме и переехала сюда вместе с бывшим мужем и нашей дочерью. Обычно я занята в лаборатории или своем бюро и лечу раненых охотников, а свободное время преподаю в Королевском колледже на медицинском направлении.

Отвлеченный ее рассказом, я и не заметил, как оказался на кушетке. Она померила давление и температуру, посветила в глаза фонариком, ощупала снаружи шею. Только при виде длинной палочки, которую она собиралась засунуть мне в горло, я опомнился и в отвращении помотал головой.