Ключ для пешки - Ирина Кайлес

— Сволочь волосатая…

— Больно?

— Да нет, мне по кайфу.

— Ян, что теперь делать?

— Не знаю, — Шабуров нервно и мрачно принялся распутывать паутину на ногах.

— Я не могу, — Ирина взялась за ручку двери.

— Стой, блин! — Шабуров схватил девушку за ногу. — Мы только так можем сейчас ему помочь! Неужели до тебя не доходит?! Думаешь, мне легко?! Я никогда еще себя таким дерьмом не чувствовал!

Саммаэль, сжав губы, смотрел на экран. Его глаза метали молнии. Злоба и раздражение готовы были в любую секунду выплеснуться наружу. — Тварь бестолковая, — тихо пробормотал он, — упустил…

Федя развернулся и сломя голову побежал по коридору. Что бы ни произошло, Ирина с Яном не должны это услышать. Он бы и сам так не выдержал… Только пока он здесь один, остается шанс сохранить и Ключ, и собственную жизнь. Литвинов попробовал было открыть ближайшую дверь, но тут же его ноги опутала паутина. Резко дернуло вверх, и юноша повис вниз головой. Извернувшись, он смог перерубить мечом стягивающий ноги канат, рухнул на камни, сильно ударившись спиной. Комки зеленой слизи полетели в него один за другим. Федя с трудом поднялся на ноги, поскользнулся, снова упал… Паук подобрался совсем близко, ударил юношу лапой, перевернув его на спину. Меч вылетел из руки. Паук прижал многочисленными лапами руки и ноги Литвинова к полу, навалился сверху тяжелым мохнатым телом… На лицо капала слизь… Нет, он не закричит… Они должны быть там, за дверью…

— Отдай Ключ, — послышался рядом с ухом вкрадчивый мягкий голос. — Яд действует медленно, и, если впрыскивать его маленькими дозами, то будет очень больно… У тебя нет выхода…

— Замолчи, — прошептал Федя. — Я не отдам Ключ.

Острые челюсти приблизились к шее… Он не закричит!!!!

В зал вбежал бледный как смерть Дэмиаль.

— Что еще? — процедил сквозь зубы Саммаэль, не поворачивая головы.

— Ариас… ему удалось… — от волнения Дэмиаль не мог подобрать подходящих слов.

Саммаэль презрительно поморщился:

— Это я позволил ему уйти.

— Вы?!. — Дэмиаль замер в недоумении.

— Надо же кому-то спасать… этих…

Минута молчания затянулась.

— Что ты так на меня смотришь? — усмехнулся Саммаэль. — Не самому же мне это делать!

— Но… вы… в пятом туре…

— Вот там и надо было его убивать! — в гневе, Саммаэль вскочил с кресла. Дэмиаль попятился назад. — Надо было мне самому тогда изменить программу! — повелитель Тьмы нервно, большими шагами прошелся по залу. — Никому ничего нельзя доверить!

— Но ведь сейчас… еще не поздно… — пролепетал ангел.

— Поздно!!! Поздно, дорогой мой! И неужели ты действительно думаешь, что, если бы я хотел убить его сейчас, когда я сам контролирую Игру, он до сих пор был бы жив?! — Саммаэль перевел дыхание. — Вспомни, каким тогда был его Сосуд, и посмотри, какой он сейчас! Да даже если бы Сосуд и оставался таким же! Мальчишка теперь знает, он знает, что такое Ключ и какое значение он имеет! А это меняет все. Если он сейчас погибнет, это будет жертвой! Жертвой!!! Это ты понимаешь?!! Это означает для меня автоматический проигрыш!

Саммаэль сел обратно в кресло. Дэмиаль боялся пошевелиться. Он невольно кинул взгляд на экран и тут же, поморщившись, отвернулся: зрелище действительно было не из приятных.

— Сейчас единственное, что можно сделать, это сломать его, заставить отдать Ключ, — задумчиво произнес Саммаэль. — Только как — я уже не знаю. Вон, посмотри! — Саммаэль указал на экран. — Подохнет ведь через пять минут, надежды — ноль, и все равно Ключ отдавать даже не собирается! Наверняка здесь блондинка поработала. Надо же так парня запугать! Интересно, что она ему показала?.. Тут есть чему поучиться.

— Я… пойду?.. — робко спросил Дэмиаль.

— Стой. Ты должен сделать одну вещь. О! — Саммаэль отвлекся на экран. — Герой появился.

На экране напротив паука стоял Ариас с перекошенным от ужаса и отвращения лицом.

— Думает, сам успел, — презрительно кинул Саммаэль. — Так вот, продолжим. Я сейчас еще немного их попугаю, но надежды, что это сработает, почти нет. Это уже так… больше, чтобы Ариаса выбить из колеи перед финалом. Дальше действовать будешь ты. Мы сделаем по-другому. У меня на руках сейчас есть один козырь. Он последний, но весьма эффективный. И, что самое интересное, Ариас сам мне его, можно сказать, подарил. Теперь сядь и слушай…

Внезапно все залил яркий свет. Паук резко отпрянул назад, развернулся и со всех ног умчался по коридору. Ничего не понимая, Федя сел, обернулся.

— Ариас?!!

— Кажется, я вовремя?

— Еще как… — Литвинов стер с лица слизь и понял, что не может встать, — до такой степени его трясло. Тяжело дыша, юноша уперся руками в пол, опустил голову, пытаясь прийти в себя.

Ариас опустился рядом на колени. Из его ладоней полился красноватый свет, слизь будто растворилась в воздухе. Ангел аккуратно снял повязку с Фединой руки, прокушенной гледом, снова повернул ладони. Мягкий золотистый свет быстро залечил все раны, ссадины и ожоги. В завершение, Ариас положил руки на голову юноши. Стресс прошел. Страх испарился.

— Ну, так лучше? — ангел оглядел пациента.

Федя кивнул:

— Спасибо.

Он вскочил на ноги, по комку слизи, оставшемуся на стене, нашел дверь, за которой от страха за него с ума сходили Ирина с Яном. Открыл. Рашевская, вся в слезах, кинулась юноше на шею. Ян выдохнул с облегчением.

— Шабуров, ты чё? — Федя удивленно взглянул на друга.

— Ничего, — буркнул Ян, отвернулся и вытер слезы.

— Не надо, — Ариас положил руку на плечо Яну. — Ты даже не представляешь, насколько правильно вы поступили. Откуда такие мысли?! Это не предательство и не трусость, это было самое разумное, единственно верное решение. Главное, у вас хватило духу это сделать.

— Ариас… вы… — Рашевская сама не поняла, что хотела сказать.

— Я полагаю, они позволили мне уйти, только чтобы спасти Федю. Вот если бы вы не вошли в дверь, а остались…

— Да поняли мы, — перебил его Шабуров.

— Ян, ты… извини… — пробормотала Ирина.

— Да ладно, — улыбнулся тот наконец.

Ариас принялся за лечение. Раны и ожоги быстро затянулись, слизь исчезла.

— М-да… — Ян был вполне счастлив. — Вот если бы в реальной жизни все так просто можно было исправить…

— Бежим, — прервал его Ариас. — Нужная дверь еще далеко. Надо спешить. Это уже война. В полном смысле этого слова.

Коридор казался бесконечным. Ребята бежали, быстро шли, снова бежали, снова шли, не останавливаясь ни на минуту. Они уже не чувствовали усталости. Страх подгонял их вперед, а где-то глубоко внутри тихо светилась надежда, что скоро все это наконец закончится.