Заря над бездной - Александр Рудазов

— Извини, — сумрачно ответил Креол.

— Думаешь, обойдешься одним извинением? — ткнула пальцем ему в грудь Ванесса. — Ты одним извинением не обойдешься!

— Извини, — повторил Креол.

— Слушай, ты серьезно задолбал извиняться.

Креол ничего не сказал. Видимо, решил, что двух извинений и без того чересчур много. Ванесса вздохнула, некоторое время еще поджимала губы, а потом прильнула к мужу и прошептала:

— Спасибо, что… ну… вытащил, и все такое.

— Ты таскаешь в животе кое-что мое, — хмуро буркнул Креол. — Думаешь, я куда-то тебя отпущу?

Инанна тем временем распахнула небольшой портал. Креол не стал спрашивать, куда он ведет, — просто молча переступил светящуюся черту. Не в силах взглянуть Инанне в глаза, он чуть слышно произнес:

— Прекраснейшая, я… я ошибался.

— Все мы порой совершаем ошибки, — кивнула богиня.

— Я… очень сильно ошибался. Наверное, теперь ты никогда меня не простишь.

— О человек, — улыбнулась Инанна. — Даже если твои грехи достигнут облаков на небе и ты попросишь прощения у меня, я прощу тебя. Даже если ты придешь ко мне с грехами, равными земной тверди, я дам тебе прощение. Нет такого человека на свете, которого я не простила бы.

— Пусть так. Но…

— Незачем больше об этом, друг мой, — отмахнулась богиня. — Ступай с миром. И ты, дитя мое… я рада, что наш общий знакомый отпустил тебя еще раз.

— Кстати, он же сказал, что больше исключений не будет, — вспомнила Ванесса.

— Да, с каждым разом уговорить его все труднее, — согласилась Инанна.

— Кого? — не понял Креол. — Вы о ком?

— Да не обращай внимания, мы о своем, о девичьем, — отмахнулась Ванесса. — Ну что, пойдем?

— Ты ничего не забыла, дитя мое? — строго спросила Инанна.

— Да нет вроде бы… а, точно!.. Где Бриллиант?! Хуби я вижу, вот он… спит, что ли?… а где мой вемпир?!

— Вернулся на Серую Землю со своими собратьями, — ответила Инанна. — И я говорю не о нем. Ты разве не собираешься вернуть то, что я тебе одолжила?

— А, — разочарованно сняла диадему Ванесса. — Вот, возьмите…

— Надеялась, что я не вспомню?

— Немножко, — честно призналась Вон.

Инанна укоризненно покачала головой, но в ее глазах притаилась смешинка. Вновь украсив свое чело божественной диадемой, она посмотрела туда, где еще недавно высился Кадаф, и удовлетворенно произнесла:

— Все-таки я не зря верила в тебя, Креол Урский. Думаю, я все-таки выбью тебе Высшего мага…

— Не надо, — с трудом выдавил из себя Креол. — Я… я не заслужил.

— О-о?.. — вскинула брови Инанна. — Ну что ж, как пожелаешь…

Она повела дланью, и портал закрылся. Ванесса успела только помахать Инанне напоследок. А Креол… Креол расцарапал себе щеки и взвыл:

— Чрево Тиамат, зачем я отказался?!

Он уже безумно сожалел о своих словах.

Оставшись посреди темной равнины, Инанна еще некоторое время стояла, задумчиво улыбаясь. Она бросила лукавый взгляд в сторону Храма Ночи, чуть слышно усмехнулась и наконец негромко сказала:

— Пойдемте, друг мой, нас ждут дома.

Стоявший обок лод Гвэйдеон почтительно кивнул, и богиня удалилась рука об руку со своим верным паладином.

За спиной у него распахнулись крылья.

Носящий Желтую Маску смотрел им вслед довольно долго. Жрец Древних уже давно сидел на ступенях своего храма и пытался понять — как так вышло? Он был абсолютно уверен, что не ошибся в этом смертном. И Йог-Сотхотх был абсолютно уверен.

Чего же они не учли, где просчитались?

Рядом негромко звякнуло. То переступил с ноги на ногу Астрамарий. После гибели Шаб-Ниггурата Король-Палач отправился именно сюда, в Храм Ночи. Здесь он и переждал последующие события — отстраненным наблюдателем.

Это место оказалось великолепной точкой обзора. Весь Инкванок как на ладони.

— Похоже, вы проиграли, — безразлично произнес Астрамарий.

— Да, похоже на то… — неохотно согласился Носящий Желтую Маску. — Уже второй раз не срабатывает. Наверное, пора что-то менять в системе.

Жрец Древних устало вздохнул. На какой-то миг он пожалел, что не смог в свое время совершить то, что когда-то совершил Мардук, а сейчас повторил Креол.

Не смог отвергнуть соблазн.

— Знаешь, у меня ведь когда-то было имя… — пробормотал архидемон.

— Полагаю, что было, — согласился Астрамарий. — Вряд ли при рождении тебя назвали Носящим Желтую Маску. Разве что твои родители тебя ненавидели.

Носящий Желтую Маску издал горький смешок. Обратив к Астрамарию гладкий лик своей маски, он спросил:

— А почему ты все еще здесь?

— Я так и не получил обещанной мне платы, — напомнил Астрамарий.

— Теперь уже и не получишь, — хмыкнул Носящий Желтую Маску. — Предприятие обанкротилось.

— В таком случае, хотя бы переправь меня в другой мир, — потребовал Астрамарий. — У меня нет желания торчать с тобой на пепелище.

— Мне ты здесь тоже не нужен, — равнодушно кивнул Носящий Желтую Маску. — Я могу отправить тебя куда угодно. Куда ты хочешь, бывший король?

— Мне все равно. Доверяю твоему выбору.

Носящий Желтую Маску снова усмехнулся. Он на миг задумался, глянул туда, где раньше светились порталы Инанны, и щелкнул костлявыми пальцами. Прежде чем Астрамарий успел что-либо сообразить, чернота Лэнга сменилась изумрудным лугом и белыми пушистыми облаками…

— Прощай, бывший король… — донеслось ему вслед.

На раскопках стоял полуденный зной. Работники из местных разошлись на сиесту, или как там это у них называется, в лагере остались только иностранцы.

Профессор Адальберт Грин потел в палатке, обмахивался платком и досадливо думал, что даже в этих широтах ноябрь не имеет права быть настолько жарким. Черт же его дернул отправиться через полпланеты в какое-то забытое богом место! Работал бы сейчас в тиши своего кабинета, под кондиционером…

Сидящий напротив Саймон Чарлтон деловито намазывал на хлеб мармелад. В отличие от профессора, он был несказанно рад факту своего присутствия здесь, поэтому на погоду не жаловался. Первая в его жизни настоящая экспедиция! Первые настоящие раскопки! Первая настоящая гробница!

Что такое в сравнении с этим какие-то девяносто градусов по Фаренгейту?

— Саймон, ты ничего не слышал? — вдруг спросил Грин. — Мне что-то показалось… какой-то звук…

— Вроде бы нет, хотя… какое-то постукивание?.. — откликнулся ассистент.

— Да-да, постукивание. И еще вот это шлеп-шлеп… слышишь?..