Некромант. Рабочие будни - Галина Гончарова

В лучшем случае — разрыв горла. Эти собачки обладают повышенным человеколюбием, особенно когда проголодаются. И чем больше мучается жертва, тем больше они получают.

Таши привычным движением оседлал Шейсса. Нельзя сказать, что это самое удобное средство передвижения, но уж точно быстрое, незаметное и не норовящее навязать всаднику свою волю. Гончая рванулась вперед с такой скоростью, что некромант даже выругался. Но приказ снизить скорость не отдал.

Лейра в руках подонка и невесть что он с ней сделает. Или — не успеет сделать, если Таши поторопится. А ради такого стоит потерпеть некоторые неудобства.

Городскую стену собаки преодолели не снижая темпа. Их влекла аура девушки, тянула за город, в поле — и они неслись не выбирая дороги.

Таши надвинул поглубже капюшон, чтобы не получить по лицу веткой или какой-нибудь ночной перелетной пакостью — и постарался получить удовольствие от скорости. Потом удовольствия уже не будет, только работа.

Грязная, необходимая… любимая.

Некромант он — или мусорщик? Хотя сравнение неудачное, иногда ей-Раш и не отличишь.

* * *

Привал ближе к утру не состоялся, потому как захромала лошадь. Лиассио был вынужден объявить его чуть раньше — и пока слуги занимались животным, удобно устроился на расстеленном ковре. В шатер ему не хотелось. Ночь такая ясная, чистая, комаров нет, легкий ветерок только добавляет уюта, в черных кудрях Лейры играют отблески костра…

Почему бы и не заняться пока добычей?

— Как ты себя чувствуешь, дорогая?

Судя по бешеному взгляду, Лейре что-то не нравилось. Веревки или кляп?

— Сейчас я освобожу твой ротик, лапочка, — мурлыкнул Лиассио. Но учти — если будешь вести себя нехорошо — я опять его завяжу. Поняла? Ну-ка, моргни глазками, если поняла…

Из-под кляпа донеслось такое рычание, что Лиассио понял — вести себя хорошо девушка не будет. Ну и отлично. Будет повод ее наказать.

Почему бы и не начать ломать гордячку прямо сейчас?

Нож блеснул холодом перед глазами Лейри.

— Сиди и не дергайся, а то я тебе отрежу что-нибудь лишнее, ты поняла? Ушко, например. Или носик…

Лейри замерла. Нет, она знала, что Лиассио неплохо владеет любым оружием, но кто может заглянуть в душу подонка?

Она ведь его считала приличным человеком! А эта мрррразь!!!!

Дайте ей только добраться хоть до чего-то острого — она не задумается. И рука не дрогнет!

Дурацкая тряпка убралась с лица и девушка наконец смогла нормально вздохнуть. Наклонила голову, потерлась зудящим уголком губ о плечо, пару раз сглотнула. И только потом выдохнула не особо длинное, но очень витиеватое ругательство, выводящее родословную Лиассио от жабы и крысы.

Мужчина только рассмеялся.

— Какие слова, оказывается, знают девочки из хороших семей…

Лейри зашипела — и выдала еще парочку. Теперь Лиассио характеризовали уже пристрастия к противоестественным утехам с животными. И это лойрио понравилось намного меньше.

Рука метнулась вперед, пальцы сомкнулись на черной гриве волос.

— Помолчи, девчонка, не то пожалеешь.

Лейри прицелилась — и плюнула. Ну и попала, естественно. В глаз.

Единственное, что ее огорчало — что она не листэрр. По преданию, эти загадочные твари могли плеваться ядом. Вот бы ей сейчас так!

Лиассио сверкнул глазами и залепил девушке хлесткую пощечину. Подумал — и отвесил еще одну.

Из уголка губы Лейри побежала струйка крови. Зуб он не выбил, но удар был сильный — и она прикусила щеку изнутри. Сплюнула еще раз — теперь уже не так точно, но на одежду Лиассио попал некрасивый шмат слюны вперемешку с кровью.

Лиассио злобно дернул девушку за волосы — и повозил прядями по плевку, стирая его.

— Поняла? Следующий — языком слижешь.

— Чтоб тебя Раш сожрала…

— Только в компании с тобой, девочка. Только в твоей компании…

Лейри едва не плевалась ядом. Пафос момента нарушило громкое урчание у нее в желудке. Что поделать — с момента последней трапезы прошло не меньше семи часов — и желудок протестовал против несправедливого ущемления в правах. Лиассио коротко рассмеялся.

— Кушать хочется?

Кушать хотелось, но говорить об этом Лейри не собиралась. Лиассио снял кусочек жареного мяса с огня, повертел его перед носиком девушки — и желудок Лейры отозвался еще более громким урчанием.

— Отдам. Если поцелуешь мне руку.

Лейри послушно опустила ресницы. Лиассио чуть расслабился — пощечины сделали свое дело, Ведь никто и никогда не бил девушку раньше, и отпустив густые пряди, протянул ей руку.

— Целуй.

Лейри медленно опустила голову, коснулась губами холеной руки — и вдруг сомкнула зубы. Проделано это было так быстро, что Лиассио даже не успел дернуться, а потом было уже поздно. Лейра впилась, как адская гончая — и оторвать ее можно было только с большим куском мяса.

Лиассио взвыл, попытался, было, потянуть девушку за волосы, но поди тут, потяни, когда острые зубы впиваются, кажется, уже в кость указательного пальца, перетирают сухожилие, не обращая внимания на хлынувшую кровь…

Лейри кое-как оттащили слуги. Лиассио выл и ругался. Кусок ладони и часть указательного пальца были так измочалены, что казалось, их грыз десяток голодных крыс. Лейри отплевывалась от мерзкого вкуса чужой крови, жалея только, что палец начисто не откусила. Но кто мог подумать, что кость так неудобно отгрызать? Знала бы, раньше бы на мослах потренировалась.

Пока господина лечили, пряча злорадные искорки в уголках глаз, пока перевязывали, пока…

Одним словом — прошло не меньше часа. А то и побольше. И Лиассио наконец смог заняться девушкой. Подошел вплотную, примерился для удара, потом покачал головой.

— Нет, ногами тебя бить не стоит. Еще попорчу что-нибудь внутри — и сдохнешь. А вот кнут… я могу бить так, чтобы шкурку не попортить… Разденьте ее!

Лейри сопротивлялась, как Раш, но силы были не равны. Против троих дюжих мужчин — кучера и двух слуг, она просто ничего не смогла сделать. Прижали к земле, содрали одежду, не особо заботясь о ее целости, попутно полапали, а потом привязали к карете так, что Лейри стояла на носочках, вытянувшись в струну.

Голое тело неприятно терлось о крашеное дерево.

Лиассио медленно, напоказ размотал кнут, размахнулся — и ударил.

Лейри взвыла от боли, понимая, что удар далеко не последний. И не ошиблась. Лиассио занес рууку для второго удара. И снова боль.

А вот третий удар нанести не удалось.

Помешали две стремительные темные тени, вылетевшие на поляну. Первая снесла сначала одного слугу, почти размазав его по дереву, потом второго… вторая не размениваясь на мелочи, прыгнула на Лиассио, повалила — и стояла над ним рыча так грозно, что даже Лейри становилось жутко. Третий слуга оказался умнее всех — и помчался с воплем в глубь леса. Или не умнее? Кто бы эти твари не были, но одна явно помчалась за ним.