Клинки у трона - Сергей Садов

– Это которая к ведет к Рек-Ктаргу?

Я сверился с картой.

– Да.

– Что по ней можно сказать? Это караванная дорога, которая связывает остальную часть империи с портом. Она широка и удобна, правда в ней есть одно место… Там идет плавный подъем, который резко переходит в крутой спуск. И это место не самое широкое, относительно остальной дороги, конечно. Но вообще-то это самый опасный отрезок на всей дороге. Только если вы захотите там устроить засаду, ничего у вас не выйдет, – поспешил добавить крестьянин, увидев мою заинтересованность. Спрятать армию, даже такую небольшую, там можно только на спуске и в этом случае вам придется атаковать снизу вверх.

– Не слишком ли ты хорошо разбираешься в тактике, для простого крестьянина? – подозрительно спросил Святополк. Меня это тоже заинтересовало, и я вопросительно посмотрел на Трела.

Тот пожал плечами.

– Я и не говорил, что всю жизнь был крестьянином. Я довольно долго служил в имперской армии…

– И не рядовым, – заметил я. – Хотя и не старшим офицером. Скорее ты был сержантом.

Трел удивленно посмотрел на меня.

– Как вы догадались, милорд?

– Просто, – улыбнулся я. – Ты иногда употребляешь очень характерные словечки, которые я уже наслушался от младших командиров как в нашей, так и в рогнарской армии.

– Да, – Трел озадаченно почесал затылок. – Придется следить за собой.

– А почему ты помогаешь нам? – Сбить Святополка было трудно.

– А потому, что меня разыскивают за преступление, которое я не совершал, потому, что я знаю, кто его совершил и у этого человека хватит власти, чтобы меня повесить. А мне этого не хочется. К тому же я никогда не относился с восторгом к Сверкающему. Возможно, будь он не черный маг, я бы и сохранил ему верность, но не в этом случае.

– И мы должны тебе верить?

– У нас пока не было возможности усомниться в нем, Святополк. – Я поспешил прекратить дискуссию. Сейчас меня больше заинтересовало то опасное место, про которое говорил Трел. Но карта не давала о нем полного представления. Однако какая-то мысль никак не давал мне покоя. – Ладно, всем отбой, мне нужно побыть одному.

На следующем привале я всматривался в линии карты до рези в глазах. Я вытребовал самую подробную карту того места и изучил ее самым внимательным образом, пока не понял, что я занимаюсь ерундой. Главное было даже не то, что там можно устроить засаду. Главное было в том, что делать дальше. А дальше могла быть только гибель, даже если мы разобьем авангард вражеской армии. Впереди нас ведь будут все равно ждать, к тому же враг, даже разбитый, наверняка сможет убежать и предупредить впереди стоящие дозоры. А позади уже будут подходить главные силы. И окажемся мы между двух огней. Возможно на менее удобной дороге до Рек-Нарт нам больше повезет? Я достал оперативную карту и посмотрел на нее. Нет, та же проблема. Полностью разгромить врага нам не удастся и те успеют предупредить дозоры. Дорога же здесь гораздо более удобна для сопротивления и в этих ущельях даже двести солдат смогут задержать целую армию. В этом эта дорога даже хуже первой. Я в раздражении бросил карандаш на карту. Подумал и снова посмотрел на карту. Черт, карандаш мешает. Я протянул руку, чтобы убрать его и замер. Карандаш лег так, что пересек обе дороги. Один его конец лежал как раз на том опасном участке дороги на Рек-Ктарг о котором говорил Трел. А если… Я даже затряс головой. Возможно это невозможно, но эти горы все же не могут быть совсем непроходимыми! Не Кордильеры же они, в самом деле, и не Памир. Я отбросил карандаш и снова стал ползать по карте. Рискованно, но другого выхода, похоже, нет. Осталось получить ответы только на два вопроса: сможем ли мы справиться с авангардом и возможно ли сделать то, что я задумал. На следующем привале я потребовал тактические карты всех двух дорог и снова засел за них. Несколько раз Герхардт пытался отвлечь меня какими-то проблемами, но я прямо послал его к черту, велев разбираться самому. Наконец, к моей радости, я на одной карте отыскал еле заметный пунктир, который должен означать тропинку. Правда на смежной с ней карте этой тропинки не оказалось, но все же уверенность в успехе моей авантюры появилась.

Так, а что дальше? Я снова полез в оперативную карту. Вот дорога выходит из гор… Стоп, а зачем нам покидать горы? С той стороны они пологие и там перемещаться можно даже без дорог. А если повернуть вот сюда, то куда мы попадем? Я проследил путь и едва не охнул от неожиданности. Потом расхохотался. Вот так сюрприз. Если кто-то решил держать мост через реку Уру, то для них это и в самом деле может оказаться сюрпризом. Кто сказал, что прямая, самый короткий путь к цели? Я быстро достал линейку и измерил все нужные мне расстояния. Потом прямо на полях карты, за неимением листков, я посчитал то время, которое мы можем затратить на путь и на всякий случай накинул дня два. Преимущество моего плана было еще в том, что он практически исключал возможность появления на поле боя главных сил противника. Недостатком… да-с, недостатком было то, что если на каком-то этапе он сорвется, то эти самые главные силы и не понадобятся. К счастью мой план был не очень сложен и не требовал каких-то уж очень согласованных действий, точности во времени и не подгонялся к тем или иным действиям врага. Хорош он был тем, с моей точки зрения, что был рассчитан на те действия, которые и делал сейчас враг, которые обеспечивали ему победу. Но в каждой ловушке есть выход и я надеялся, что именно эту щелку враг пропустил. Я сложил карты и сунул их подбежавшему начальнику штабу, оставив у себя только оперативную карту.

– Ну что, надумал что-то? – ко мне подъехал Герхардт.

Мне захотелось прямо сейчас поделиться с ним своими мыслями, но огромным усилием воли сдержал себя. И дело было вовсе не в недоверии. Виной всему был мой проклятый характер. Мой план не был безупречен, более того, не был проработан. Я слишком много оставил на импровизацию в будущем, все-таки трудно заранее сказать, как отреагирует противник. Герхардт обязательно начнет разбирать этот план по косточкам и найдет много неувязок и ошибок. А, зная себя, я понимал, что начну сомневаться, а потом откажусь от него. Но и молчать нельзя. Все-таки я не профессионал. Мой план – это импровизация, замешанная на логике с толикой интуиции и здравого смысла, а также знаний, почерпнутых из немногих приключенческих книг. Слишком слабый фундамент. Поэтому я просто поделился своими рассуждениями о возможности ловушки для противника на любой из горных дорог и возможных последствиях. Потом попросил обдумать ситуацию и представить планы по возможному выходу из этой ловушки.

Ночью, когда мы остановились отдохнуть и выставили усиленную охрану из-за близости врага, я заметил, что теперь уже Лекор, Святополк и Герхардт обложились картами и ползают по ним при свете факелов, о чем-то оживленно споря.

В пять утра, когда мы стали собираться в дорогу, все трое подъехали ко мне. Все были довольно угрюмы. Это было так заметно, что солдаты с тревогой поглядывали на них.

– Милорд, – начал Герхардт. – Мы обдумали ситуацию. Мы почти всю ночь просидели. У нас есть одно предложение. – Герхардт отвел глаза.