Хроники Пустоши - Алексей Бобл

– Беня.

– Так вот, Беня, знаешь ты, кто я такой?

Охранник не ответил.

– Я – новый хозяин Моста. Всего Моста. Звать меня Макотой, но ты можешь называть меня просто: Большой Хозяин. Все ясно тебе?

Гангрена саданул ногой по двери, своротил ее с петель и нырнул внутрь. Лопасть подступил к окну, ударом кулака сломав ставню, тоже полез в дом. Донесся возглас, потом такой звук, словно бревном саданули в стену, женский визг, быстрые шлепки босых ступней по полу, хриплый окрик Лопасти, удары, снова визг… Он перешел в задушенный клекот и бульканье.

Кабан переступил с ноги на ногу, а Бирюза отвернулся от домика. Макота подбоченился и огляделся. Очень они удачное время выбрали для нападения – почти все на Мосту спали беспробудным пьяным сном, а те, кто не спал, с шумом и гамом догуливали свое по кабакам, им тоже не было никакого дела до происходящего в полутьме снаружи. Недавно прибежавший со стороны восточных ворот Дерюга доложил: посланные туда дикари с охраной разобрались, половину убили, другая валяется оглушенная и связанная. Дом Пузыря тоже захватили, хотя торговца там не оказалось, он, как и предупреждал Гангрена, веселился у Рюрика, а еще бандиты сумели без лишнего шума ворваться в самый крупный местный постоялый двор под названием Квадрат. Туда Макота приказал загнать машины, там же в одной из стоящих вертикально больших цистерн, разделенных на этажи и служащих жилищами для постояльцев Квадрата, решено было устроить командный центр. Но прежде Макота должен был разобраться с двумя главными своими противниками: Пузырем, недавно подмявшим под себя всю торговлю знаменитыми местными арбузами, и владельцем притона «Под Мостом» Рюриком. Он, кроме прочего, содержал большую, хорошо обученную бригаду наемников, которых часто посылал в Пустошь грабить караваны, и потому тоже представлял собой немалую силу.

Беня, часто моргая, наблюдал за тем, как из дома вышли Лопасть и Гангрена с забрызганной кровью рожей. В руках он держал большую тыквенную флягу. Зажав дубинку под мышкой и на ходу вытирая лицо рукавом, здоровяк хорошенько приложился к ней.

– От послала Пустошь еще одного Захара! – воскликнул Макота. – Эй, малый, мы пока дело не сделали! Погоди лакать!

Гангрена с Лопастью подошли к ним.

– Я от выпивки тока быстрее становлюсь, – пояснил бывший охранник. – Быстрее и злее.

– Пить потом будешь, дай сюда! – Макота забрал у него флягу, понюхал и вылил остатки пойла на голову Бени. Тот съежился, втянул голову в плечи.

– Ну что, хлопец, вот и нет у тебя больше дяди. Будешь новому хозяину служить?

– Буду, – прошептал Беня.

– А вот я не уверен, что мне такой служака нужен. Как-то легко ты слишком с прежним хозяином попрощался, да к тому же с родным дядькой своим… Зачем мне такие люди в клане?

– Я буду… – зашептал Беня, едва шевеля губами, мокрыми от пролившегося из фляги пойла. – Я буду верным.

Макота в ответ без замаха ткнул его кулаком по уху, и Беня повалился на бок.

– Здесь до утра лежи, не вздумай шевелиться. Утром решу, как с тобой быть.

Он развернулся и зашагал в сторону, где находился притон «Под Мостом». Лопасть, догнав хозяина, прогудел:

– Может, связать?

– Кого, доходягу этого? Нехай лежит, никуда не денется, разве что с Моста вниз сиганет. Ну, где там этот притон?

До здания оказалось недалеко. Оно напоминало лежащую на боку очень большую бочку с окнами в выпуклых стенах и круглой дверью в торце. Над дверью горел вполнакала прожектор, а из окошек лился свет, который то и дело пересекали тени. Слышались голоса, смех и звон.

Под стеной возле двери лежал мертвый охранник, рядом присели на корточки Дерюга, Вышиба с арматурным копьем в руках и еще трое дикарей. Когда Макота с остальными подошли, вождь и помощник выпрямились.

– Что тут? – спросил атаман.

– Только один охранял, – шепотом доложил бандит. – Я в окно поглядел – на первом этаже человек двадцать, не меньше, но половина с ног уже валится.

– Как они там сидят? Как обычно?

– Не, столы составили таким длинным рядом, во главе Пузырь и Рюрик. Но когда я глядел, Рюрик как раз какую-то девку, ну, разносчицу, схватил и поволок на второй этаж.

– Девок много?

– Да почти нет. Наверное, всех наверх уже по комнатам растащили.

– А Пузырь у этих дверей сидит или на дальней стороне, где лестница?

– У дверей. Спиной к нам он щас получается.

– Так… – Макота попятился, оглядывая притон.

По бокам бочку подпирали две наклонные бетонные сваи. Атаман поглядел на своих людей и решил, что для поддержания авторитета неплохо снова показать силу. Ну и кроме того ему просто нравилось орудовать светопилой, кромсать ею… да все, что угодно кромсать – от кирпичей и железа до человеческих тел.

– Вот что, хлопцы, – сказал он, – с теми, кто внутри, нежничать мы не будем. Сейчас так делаем: обходим бочку эту с двух сторон и под окошками становимся. Оружие приготовить. Я через двери внутрь заскакиваю и Пузыря режу. Как увидите, что голова его с плеч слетела – так начинаете палить внутрь. Меня не бойтесь зацепить, я теперь неуязвимый! Все понятно?

– Ты что, Макота?! Нельзя тебе внутрь одному лезть! – всполошился Дерюга, и атаман, сграбастав его за шиворот, рывком притянул к себе, а сам резко подался вперед – и врезал лбом бандиту в переносицу так, что у того искры из глаз полетели.

– Молодой! – прошипел Макота яростно. – Еще раз скажешь, че Большому Хозяину можно, а че нельзя – и я тебе руку по локоть отрублю. Понял ты?!

Дерюга засипел, откинув голову назад, обмяк в руках атамана и, когда тот разжал пальцы, свалился на бетон. Глаза его закатились, он слепо зашарил вокруг руками, кое-как сел и взялся за лоб. Не обращая больше на него внимания, Макота оглядел остальных.

– Все всё поняли? Тогда – готовсь! – Он сунул руку под рубаху, перевел кругляш доспеха под левой мышкой в среднее положение, потом достал из рукава закрепленную на запястье кожаной петлей рукоять светопилы и врубил ее. Синий круг, тонко свистя, озарил лицо атамана мертвенным светом.

Вышиба с дикарями попятились. Бандиты, уже видевшие оружие, отреагировали спокойнее. А Гангрена его раньше не видал, но все равно не удивился – он просто поглядел на стремительно вращающийся световой диск, отвернулся и зашагал в обход притона.

– Дерюга, хватит сидеть там, работать пора, – позвал Макота.

Бандит поднялся, шатаясь, потопал вслед за Гангреной. Вокруг глаз у него быстро расплывались два синяка, отчего он стал похож на грустного филина.

Дерюжка, Гангрена, Лопасть, Кабан и Бирюза встали по одну сторону от бочки, а дикари во главе с Вышибой – по другую.

– Эй, все! – позвал Макота. – Главное разом начать, неожиданно, чтоб они опомниться не успели и за стволы похвататься. Ясно это? Пали́те, как только башка Пузыря с плеч слетит. Дерюга, глянь аккуратно: он на том же месте сидит?