Принцесса помойки - Вячеслав Шалыгин

– Не разбудили, – старушка улыбнулась ровной фарфоровой улыбкой. – Я вообще мало сплю. Возраст, знаете ли...

– Разве у вас есть причины сетовать на возраст? – отвесил он изящный комплимент.

– Ах, юноша, сетовать можно даже на молодость, – Аглаида смущенно зарумянилась. – Все зависит от взгляда на жизнь.

– Если смотреть просто, то и сетовать не на что, – догадался молодой суперманоид. – Вы такая замечательная собеседница... Неужели вам никто не составляет компанию? Я бы, например, не отказался.

– Так в чем же дело? – Старушка открыла дверь пошире. – Входите, скрасьте мое одиночество.

– Извините, – суперманоид окинул взглядом прихожую и видимую часть гостиной, – служба... Но как-нибудь я обязательно загляну.

– Буду рада, – Аглаида снова улыбнулась и захлопнула дверь.

Жить на Супертрахбахе было легко и приятно. Даже мегаполиция здесь была просто воплощением учтивости.

– Карловна! – проревел из ванной Петька. – Инструмент кончается, а мы еще ни разу не закусили!

Аглаида выпала из сусальных мечтаний и больно ударилась о грешную твердь. Вежливые и тактичные суперманоиды были где-то там, снаружи реальности, а внутри ее Аглаиде приходилось довольствоваться общением с вечно пьяными хамами-соотечественниками.

Когда Аглаида Карловна вернулась в гостиную, звуки производимых в ванной работ уже стихли и на смену бряцанью железок пришел молодецкий храп. Уставшие работнички отдыхали от праведных трудов. Старушка заглянула в оккупированное ими помещение и, убедившись, что течь устранена, решила сэкономить хотя бы на закуске. Стараясь не шуметь, она вышла в общий коридор и снова прислушалась. В доме наступила подозрительная тишина. Ни шагов, ни голосов вежливых мегаполицейских слышно не было. Аглаида Карловна выглянула на пожарную лестницу, проверила лифты, но следов присутствия агентов не обнаружилось и там. Немного поразмыслив, она пришла к выводу, что, даже если полиция и ушла из небоскреба, она не могла не оставить пост или, как ее... засаду в потенциально опасной квартире 7595.

Старушка поднялась на этаж выше и осторожно приблизилась к висящей на одной петле двери в жилище Безногого. То, что предстало перед ее взором, не поддавалось никакому описанию. Квартира Зигфрида была приведена в полный упадок. Обои, линолеум, и навесной потолок были сорваны и изрезаны в мелкие кусочки, словно кто-то искал впрессованную в них иголку. Мебель превратилась в щепки, а от бытовых приборов остались только обломки и груды микросхем. Аглаида опасливо прошла по коридорчику и заглянула в одну из комнат. Там картина была ничуть не лучше. Старушка вернулась к входной двери, и тут из кухни донеслось негромкое ругательство на незнакомом языке, а затем грохот и жалобный звон посуды. Видимо, тот, кто устроил все это безобразие, по-прежнему находился в квартире. Старушка бросила прощальный взгляд на лишившееся штор окно и засеменила прочь...

* * *

...Супруги Слизняковы пребывали в состоянии близком к экстазу. После всего, что они увидели через окно, рейтинг Безногого поднялся до запредельных высот. Драки, убийства, суперманоиды, люди, гундешманцы... Но и этого великолепному капитану оказалось мало. Он пригласил к себе еще и старушку! И это глубокой ночью, после всех приключений!

– Я его обожаю! – простонала Анабелла. – Учись, Филимон!

– Конечно, Белочка, – промямлил супруг. – Но я давно предлагал пригласить его соседку Машу, она такая одинокая...

– Машу?! – Анабелла возмущенно заколыхалась. – Разве можно сравнивать ощущения от близости с какой-то там Машей и восторг от обжигающих прикосновений капитана?!

– Ну, тебе, возможно, нет, но мне...

– Даже не думай! – отрезала супруга. – Смотри, опять гундешманец!

В окне напротив мелькнул силуэт мечущегося по квартире чужака.

– Что он еще не испортил? – пробормотал Филимон. – Разве что люстру?

– Ах, какие они выдумщики! – Анабелла томно вздохнула. – Ну, где же капитан?! Неужели он так и бросит это тоскующее по ласке существо наедине с его неутоленной страстью?!

* * *

– Зигфрид! – Аглаида Карловна потрепала Безногого по небритой щеке. – Зигфрид, голубчик, проснись!

– А?! – капитан открыл один глаз и тупо уставился на старушку. – Смерть?

– Соседка, – ответила Аглаида. – У тебя в квартире настоящий погром! И кто-то ходит...

– «Гундосы», – сквозь сон предположил Петька, устраиваясь под ванной поудобнее.

– Порву на паззлы! – пообещал Зигфрид, поднимаясь с сырого кафеля. – Чумкин, подъем!

Первым в разгромленную квартиру ворвался хозяин. Увидев, во что превратилось его жилище, Зигфрид взвыл, словно мотор доисторического болида «Формулы-1» и рванулся к шкафчику-бару. Точнее, к тому, что от него осталось.

– Разбили! – простонал он, выкапывая из груды хлама осколок бутылки. – Все разбили, гундосманоиды проклятые!

– А что это у вас под кроватью? – заинтересовалась старушка. – Вернее – под ее обломками? Ящики какие-то?

– Это вещи...

– Вещи?

– Ну, штаны, носки, белье...

– А почему написано «взрывоопасно»?

– Мало ли что там написано? – Безногий уже едва сдерживался, чтобы не начать громко браниться и топать ногами. – Вы, Аглаида Карловна, идите к себе. Не то здесь сейчас разыграется неприятная сцена...

– Какая еще сцена?

– Допрос с пристрастием, – заявил некто, приставляя к затылкам капитана и Петьки стволы лазерных разрядников. – Бросить оружие!

Товарищи покорно выронили винтовки и подняли руки вверх.

– Ху бес нычка? – не оборачиваясь, спросил Зигфрид.

В переводе с гундешманского это означало: «Где ты прятался?»

– Неважно, – ответил некто. – Где вещи моего дяди?

– Какого дяди? – удивился капитан.

– Того, что лежал в твоей ванной!

– Ах, этого! Ну там, в ванной, наверное, и лежат.

– Нет там ничего!

– Значит, их унесли вместе с самим дядей и еще семью трупами, – Безногий пожал плечами. – Тут час назад знаешь какое побоище было?

– Знаю, – ответил гундешманец. – А еще я знаю, что дядю моего, единственного и любимого, унесли почти голого. Где вещи, горилла?!

– Ставки растут, – капитан усмехнулся. – Суперманоиды называли меня макакой. В стиральной машине его вещи.

– Там я смотрел. Мне не нужен пиджак или штаны. Мне нужен дядин ключ. Где хачик, тьфу... ключик?!

– Какой еще ключик? – Внутри у капитана закипала большая кастрюля с желчью. Он очень не любил, когда ему к затылку приставляли оружие, и потому сдаваться не собирался. Этому «гундосу» предстояло пройти все стадии нервного расстройства. От нетерпеливого подпрыгивания до тихого помешательства.