Университет вредной магии. Пособие по выживанию - Ника Ветрова

И это Университет вредной магии?! Вот это вот?!

— Это мы с главного входа подъезжаем, — начал посвящать меня Емельян Иваныч, — потому что ты поступать будешь, а вот коли бы из налоговой да с проверкой, я бы с другого конца завез, а тама виды ух — огонь из земли прорывающийся, змеи с дракона размером, стены черные, закопченные, призраки наглые.

— Хм, — откровенно говоря, я удивилась. — А еще какие-нибудь входы есть?

— А как не быть? — удивился Емеля. — Для водников вход с моря, подводный, для воздушников — верхний, для тех, кому от ворот поворот, им справа подъезд, для гостей, кто к студентам намылился, — слева.

Сижу и ушам своим не верю. Нет, если тут все так, надо писать в школу, пусть остальных ведьмочек присылают, правда… Диплом магистра Вредительства — он же вообще нигде не котируется, с таким в приличное место не устроишься.

Но чем ближе мы подъезжали, тем больше восторга в душе вызывало это учебное заведение. И трепет какой-то. Помнится, когда я поступала в межрасовую академию, там тоже потрясное здание было — белый мрамор, переходы в ста метрах над землей, башни, вспарывающие облака, но ощущения чуда не возникало. Да, красиво, да, архитектура в стиле ангелов и эльфов, но вот сказочности не было. Но я все равно недели три проревела, когда провалилась на вступительных. Потом дядя помог поступить в Керимскую ведическую школу, и, несмотря на то, что в ней ни пафоса, ни мраморных башен не было, там оказалось как-то уютно и по-домашнему приятно, мы любили преподавателей, они души не чаяли в нас… Да, хорошо было. Но я очень рада, что и теперь будет все вроде бы очень даже неплохо. По крайней мере, УВМ мне с первого взгляда понравился.

Однако я даже представить себе не могла, что со второго взгляда я в него просто влюблюсь!

Мы проехали по хрустальному мосту через озеро, покрытое цветущими кувшинками, вместе с Емелей радостно помахали резвящимся русалкам, но моя улыбка несколько померкла, едва одна из хвостатых крикнула:

— О, новая кикимора! А где грибочек потеряла?

После этого я занялась прической. Космы пригладила, лицо кое-как рукавом обтерла. Нет, у меня все было: и гребень, и платки, но все находилось в сундуках, а сундуки в печи. Так что к воротам, огромным, кованым, подъезжала все такая же страшная, а вот только приехали…

На воротах оказалось изображено лихо одноглазое! Да не простое, а с тремя огненными мечами в руках, которые над головой чудища и скрещивались. Странненько. Нет, я все понимаю, кроме одного — а каким макаром он третий меч держал?

На этом странности только начались, ибо, едва ворота открылись, к нам запрыгал черт. Запрыгал. Черт!

Нет, опять же, я все понимаю, сатиры в последнее время в моде и все такое, но прыгающее к нам полуголое рогатое создание сатиром не являлось. Это был черт! На каблуках, имитирующих копыта, в меховых трусах, округляющих бедра и прячущих хвост, с гладко выбритыми грудью, плечами и спиной, но островками торчащей из подмышек растительности, с рогами, явно нахлобученными на его собственные, и круто завитым париком.

Так вот это нечто пропрыгало по сверкающему, словно покрытое льдом озеро, двору, кривовато поклонилось нам и пропело тоненьким голосом:

— Зло пожаловать в обитель вредоносной магии, разврата, шабаша, анархии и лени!

Я испытала некий шок, вследствие чего севшим голосом поинтересовалась:

— А сатир где?

Чертик как-то разом скуксился, испуганно оглянулся на главный вход, понизил голос до шепота и затараторил:

— Да что я виноват, что ли? Я ему сразу сказал — винцо на поганочках настояно, кикиморы одолжили, а он: «Жажда у меня, жажда» — и выпил. С первого глотка его и вырубило, бегает теперь по саду, жар-птицу изображает, а мне декан, коли узнает, хвост в ж… в смысле куда не надо запихает…

В моей душе впервые шевельнулось что-то сродни жалости к черту. К черту?! Бр-р! Этот университет уже плохо на меня влияет. Однако под влиянием чувств я и сказала:

— Молочка ему после селедки, и бегать вмиг перестанет, а там уж за два часа очищения и хмель пройдет.

Чертик присмотрелся ко мне, кивнул, развернулся и поскакал прочь, да шустро так.

Сурровенько тут, если чертей — и тех запугать умудрились.

И это было только начало — распахнулись входные двери, в проходе показалась пьяно пошатывающаяся ведьма в черном балахоне, которая, глянув на меня, сходу спросила:

— Абитуриентка?

Заробевшая я слезла с печи, сделала реверанс и скромненько ответила:

— Да.

— Ненавижу! — в сердцах сообщила ведьма, всем своим видом демонстрируя, что ненавидит конкретно меня. — В «неудах» сгною! Ночами пахать заставлю! Зубрить, как помесь эльфийки с ангелом, будешь! Зло пожаловать, отребье!

И, развернувшись, ушаталась обратно.

— Э-э-э, — протянул Емеля.

Черт, а если так подумать, лорд Тиаранг не так уж и плох. И опять же, диплом АБМ очень даже в империи котируется, как закончу, пойду в войска служить, зарплата там знатная…

— Чего встала?! — раздался вопль ведьмы. — Шевели копытами, бестолочь тугодумная!

Я испуганно замерла.

И тут ведьма как заорет:

— ЖИВО СЮДА!

И меня как подорвало, остановилась я только возле ведьмы, которая, недовольно постукивая ногтями по створке открытой двери, с ненавистью ждала меня. А стоило подойти, прошипела:

— Брысь в кабинет, недоразумение. Звать как?

— С-с-станислава, — пробормотала я.

— А, — безразлично отозвалась ведьма. — Тогда брысь в кабинет, Славка бесхозная.

Вошла я на негнущихся ногах, так и остановилась.

В небольшом кабинете уже находилось примерно два десятка существ — парочка царевичей в обнимку с жабами, трое поджарых демонов, семеро гномов, две кикиморы, эльфийка, демонесса, еще одна ведьма, то есть я тут не единственная, и тролль, судя по цвету лица, явно с похмелья.

— О, кикимора, — сказал этот самый тролль и указал на место рядом с собой, — подваливай.

Собственно, мест еще было полно, троллей ведьмы не переваривают, а за кикимору обидно, так что я прошла к партам и села за первую, уже даже и не зная, чего можно дальше ожидать.

Ждать пришлось недолго — вскоре открылась дверь, и в кабинет вошел старик в длинной темно-зеленой мантии, с короткой седой бородой и веселыми, по-старчески мутными голубыми глазами. Дед обвел нас всех внимательным взглядом, хмыкнул и заявил:

— Господ из налоговой и службы поиска пропавших преступников просьба удалиться самостоятельно. Не заставляйте меня вызывать нашего декана чертового факультета, он с утра не в духе и чертовски зол.

Я, как и все, тут же начала оглядываться, чтобы узнать, кого это так, но тут поднялись оба Ивана-царевича, вместе с лягушками, и бодренько двинулись на выход.