Демон - Василий Горъ

Момент, когда Орлова вытолкнула меня наружу, я почти не запомнил: отрывал голову оказавшемуся особо упорным противнику и искал глазами следующего…

— Все, выбрались! Расслабься! — Счастливый голос Иры показался мне волшебной музыкой. Оглядевшись по сторонам и не увидев ставших почти привычными джунглей, я посмотрел на циферблат коммуникатора и обрадованно воскликнул: — Прошли! Всего за сорок одну минуту!

— Не может быть! — Ко мне подошел Семенов и похлопал по плечу. — Поздравляю!

— А вы за сколько? — поинтересовалась у него Орлова.

— За шестьдесят две! — мрачно пробормотал лежащий невдалеке Гельмут. — Застряли у последнего оборонительного рубежа. Значит, пролетим мимо сюрприза… А мне так хотелось попробовать тортик…

— А где остальные, сладкоежка? — поинтересовался я, оглянувшись на ворота.

— Черт их знает… — пессимистично хмыкнул Игорь. — Стрельба еще слышна…

…Через десять минут из ворот вывалились Гашек и Гомес, причем Гомес довольно сильно хромал, а Яков прижимал к себе разбитую в кровь правую руку.

— Фу! — Марк рухнул на траву у самых ворот и блаженно разбросал руки в стороны. — Успели!

— Что с вами? — Мгновенно оказавшись рядом, Ирина занялась ребятами.

— Зацепило. Еле доковыляли. Хотя в принципе терпимо! — ответил Яков. — А как вы?

— Гельмут с Игорем не уложились, а мы вроде успели…

— Ни фига себе «вроде»! — возмутился Игорь. — Они прошли ангар за сорок одну минуту! Бежали, наверное…

— Ага! От крокодилов… — усмехнулся я.

— Там еще и крокодилы были? — удивился Марк. — Жаль, мне не попались! Ни разу не видел… Ну, если не считать голофильмов о природе…

— Шутит он! Мы только лося видали. Мутанта. Размерами с небольшого слона. Чуть меня не затоптал… — обрабатывая рану, пояснила Ирина.

— Так весна же! У них гон! Самку ищут! — расхохотался Гельмут и тут же схлопотал в ухо. От меня.

— Я тебе дам «самку»! Вон, над Игорем прикалывайся… — Я придавил его к земле и отвесил увесистый щелбан. — Она не самка, а мой напарник! Обидишь — убью…

Выскользнув из захвата, Шварц сразу упал на колени, стал умолять его простить и пополз по направлению к Ирине. При этом строя уморительные рожи и изображая кающегося грешника. Однако повалять дурака ему не удалось: шоу прервал звук подлетающего катера. Видимо, Родригес торопился отправить кого-нибудь побегать.

Судя по выражению лица майора, моя догадка была верна. Ну, где-то наполовину.

— Что ж, господа, разбор полетов состоится в девять вечера в конференц-зале, а пока могу поздравить «четверку» и «пятерку» со сдачей норматива.

— А что с остальными? — спросил я.

— «Двойка» израсходовала боеприпасы и «расстреляна» в трехстах метрах от выхода. «Тройке» не повезло больше: Краузе оторвался от Конти и попал в зыбучие пески. Помочь ему Рикки не успел, и ему пришлось идти одному. В результате он застрял в буреломе и схлопотал пулю в голову. Всех четверых сейчас отправляют в госпиталь залечивать раны. Я думаю, что послезавтра будут уже на ногах. Кстати, по-моему, и «четверке» тоже необходим визит к врачам…

— Да ладно, заживет! — попытался возразить Гашек, но нарвался на выговор.

— Приказы не обсуждаются! Марш в машину! И Волков с Орловой, кстати, тоже. Я довезу вас до вашего бота… А вы, мальчики, можете бежать домой!

Ухмыльнувшись «единичке», он первым влез в катер и, задержавшись в дверном проеме, помахал им ручкой:

— Не забудьте, разбор полетов — в девять! Вы должны успеть…

Сюрпризом, обещанным Родригесом, оказалось разрешение принять у какого-то полковника Эдвардса спроектированные специально для нас корабли. Естественно, мы согласились и через полчаса уже подлетали к крупнейшему космодрому ВКС на Нью-Джорджии — так, оказывается, называлась планета, на которой располагался лабораторный комплекс.

Космодром поразил меня обилием совершенно разной техники — от тяжелых крейсеров эпохи Первой Галактической до новейших линкоров класса «Викинг-2», которые я видел только в Академии. Причем в учебных голофильмах. Уже на подлете к Башне — контрольно-диспетчерскому пункту — я наткнулся взглядом на пять одинаковых корабликов с совершенно незнакомыми обводами корпуса. Сравнив их координаты с полученными от майора Родригеса, я образованно ткнул сидящую рядом Орлову и взглядом показал на весьма отличающиеся от стандартных «Торнадо» машины.

— Обойди по кругу… Хочу посмотреть на их внешний вид… — попросила меня она. И включила наплечные камеры. Видимо, чтобы иметь возможность проанализировать увиденное позднее.

Я послушно снизил скорость, приблизился к посадочному квадрату и, завершив необходимую ей эволюцию, аккуратно втиснул бот между крышкой погрузочного терминала и одним из новых кораблей.

Полковник Эдвардс выглядел слишком белым, слишком чистым и слишком аккуратно выбритым. Заметив его лицо в люке небольшого катера, припаркованного прямо под оружейным пилоном одного из истребителей, я недоуменно покосился на Иру и мысленно поинтересовался причиной такого странного цвета лица.

— День второй после процедуры омоложения. Идет процесс восстановления нормальной пигментации. Наверное, вышел из госпиталя раньше, чем надо…

— Ясно… — Первым выбравшись из бота, я подошел к полковнику и, не дожидаясь, пока он поинтересуется целью нашего прибытия, скинул ему на комм наши допуски…

— Лейтенанты Волков и Орлова, сэр! Прибыли для совершения пробных полетов, сэр! На всех кораблях по очереди!

— Вольно! А вам мало одного?

— Полковник Родригес разрешил мне выбрать себе машину, сэр!

— Что-то я раньше не замечал за Рамоном такой доброты… — удивился Эдвардс и тут же усмехнулся: — Какая тебе разница, они ведь только с завода. Что ты в них поймешь? Кстати, что ты заканчивал, мальчик?

— Восемь курсов Академии Оборотней, сэр. Минус один месяц.

— И кто учил тебя летать? — новый вопрос звучал немного уважительнее.

— Капитан Кощеев, сэр!

— Алексей? Тогда понятно. Есть смысл выбирать. Бери ключ-карты и пробуй два крайних. Остальные чуть похуже.

— Спасибо, сэр! Можно начинать?

— Угу. Значит, так: за границу зоны ответственности орбитальных крепостей не выходить, в гиперпространство не прыгать, гражданские корабли не пугать. Собственно, все. Я буду на связи. Частоты сейчас скину. Кстати, кораблик называется «Кречетом»…

…Все время, которое потребовалось, чтобы прогреть двигатели и запросить разрешения на взлет, Ира мучила меня вопросами:

— Скажи, а зачем выбирать? Какая разница, ведь эти «Кречеты» только с завода. И все абсолютно одинаковы!

— Щаззз… — усмехнулся я. — У каждой машины есть характер: какая-то чуть лучше набирает высоту; какая-то немного хуже реагирует на эволюционники, в какой-то может немного привирать дальномер и т. д. Погоняешь каждую и начинаешь понимать, что она собой представляет. Конечно, какие-то мелкие недочеты сборки могут проявиться и позднее, но главное — характер машины — можно понять сразу. Лично мне нужна самая буйная!