Убить эльфа - Оксана Демченко

— Кира. Очень приятно.

— Ну, это точно. Значит, вот какое дело… — гном дернул длинный ус, заплетенный в косичку и украшенный искристой подвеской. — Грузитесь. Десять минут на все, а то не выберемся отсюдова до рассвета, дай вам время хоть на пару слов или мыслей. Не уйдем в нужный эшелон, если по-вашему, по глупому-самолетному.

— Мрыж, спасибо тебе, — улыбнулся "Лорран". — Извини, тоже спешу. Мне еще тут трупы выращивать. Эльфийский погром с пожаром имитировать. Так что здравствуй, рад видеть и — до нескорой встречи.

— Ну погоди же, а тебя как зовут? — расстроилась Кира. — Вот скрытный! Ненастоящий, я точно знаю! Никакой не Лорран.

— Мне нельзя быть настоящим. Мало ли, кто увидит, случайно узнает, — виновато развел руками "Лорран". — До свидания, послушный ребенок. Пожалуйста, сходи к королеве. Она болеет. А ты, может быть, и есть самое лучшее и сильное лекарство. Ты очень хорошо умеешь светить и согревать.

— Схожу, — пообещала Кира. — А как же моя Нора? Она ведь не знает, что нас спасли.

— Извини. Не могу помочь. Где я буду её искать? Нас мало. И к ведьмам, в их колледж, мне соваться — ну никак.

— Понимаю. Ладно, она умная, догадается, — понадеялась Кира. — Я ей приснюсь и все объясню. И зачем ты погром будешь имти… имимтировать, а? Опять скажут, что эльфы злодеи, что все беды от вас.

— Все равно скажут. А так получится, нас и не было. Вы погибли. Не будет разбирательства, не возникнет подозрений. Сильных. К тому же внушение мне всегда хорошо удавалось… Опять же, подобия тел, мертвые, способен создать любой толковый маг. Особенно имея в своем распоряжении хотя бы малого мальта. Или жбрыха. Не карманного, само собой, а уже взрослого и опытного.

Кира не стала просить пояснения. Какой смысл? Она скоро заберется в брюхо живого ската Эгли. Замечательного, вон как он гонит приязнь по хвосту — здоровается. И полетит в другой мир, так похожий на сказки бабушки Лоры, а может, и лучше, чем эти самые сказки, потому что все станет по-настоящему, наяву… О чем еще можно мечтать? Там живут волшебные добрые мальты и жбрыхи. Там гномы ругаются непонятно и не злобно, а эльфы не обижают маленьких девочек. И даже наверняка маму вылечат. Кира требовательно дернула за пояс отказавшегося назвать имя нового знакомого — она уже не сомневалась, что имеет дело с настоящим эльфом. Тот послушно сел рядом. Погладил по голове, улыбнулся, пообещал быть осторожным. Получил последнюю печенинку, удачно найденную в кармане платья.

Мимо уже шли по гибким пластинам люди, недоверчиво и смущенно озираясь. Библиотекарь волоком тащил свои книги. Бабушка Лора гордо несла горшки с фиалками. Кира взбежала последней, нехотя отпустив хвост мальта.

Эльф остался на поляне, он помахал рукой на прощанье. Усердно — как сама Кира махала сестре. Смотрелось это замечательно. Точно так должен был бы кончиться настоящий хороший фильм о Тиэле. Он спасает целый город и остается на залитой лунным светом поляне, чтобы еще кому-то помогать, он ведь очень добрый, а в Альянсе многим нужна помощь…

Пластины с легким шелестом сошлись, образуя ровный гладкий пол. Из недр огромного мальта вынырнула женщина-гном, стройная и симпатичная, ростом чуть выше самой Киры. Улыбнулась всем и, выговаривая слова с легким акцентом, сообщила:

— Доброй ночи! Я ваша мальт-проводница, Дора Пффтур. Приветствую вас в корпусе нашего друга, мальта Эгли. Сейчас ребра жесткости будут приведены в предполетное положение. Подушки и сиденья я выдам вам сама. Прошу рассаживаться так, как будет рекомендовано. На взлете имеет большое значение развесовка. Когда мы наберем высоту, я подам завтрак. Итак, начнем.

Люди ошарашено смотрели на энергичную маленькую женщину, безропотно слушались её вежливых распоряжений. По животу мальта пробегали волны, мягкие и не выглядящие опасно. Гнома суетилась, устраивала пассажиров, снабжала их подушками и пледами. Крепила в нишах книги, расставляла в самом надежном месте горшки с цветами. Обсуждала с каждым меню завтрака. А время шло. Кира начала уже волноваться — когда же взлет?

Но тут по спине-потолку пробежали тонкие нити голубоватого сияния, разрослись в узор приятного дневного света. Из переднего салона, который Дора именовала "грудным отсеком" важно выбрался, ласково поглаживая складки-перегородки, Мрыж.

— Ну, значится, как там у вас говорят? Экипаж, то есть я и Эгли, приветствует вас. Мы набрали высоту сорок девять тыщ двести футов. По-вашему, по глуполюдскому, это пятнадцать километров.

— Дядя, прекрати свои колкости! — возмутилась Дора.

— Мой мальт, любимейший, везет всех. Кого хочу, того колю, — упрямо сообщил гном. Складки за его спиной согласно шевельнулись. — Ага. Значится, идем по графику. Скорость триста ваших километров в час без малого. Расчетное время в полете десять часов. По нужде посещаем…

— Дядя!

— Дык, лучше сразу все толком, они ж не летали мальтами, — возмутился гном. — Посещаем левое крыло. Хвостовые складки для женщин, так заведено. Бегать по Эгли строго запрещается всем, — гном широко расплылся в улыбке. — Кроме детей. Скапливаться группами более пяти человек по одному крылу, заходя за красные ограничительные световые контуры и нарушая развесовку, не рекомендуется. Курить запрещено вообще, не то возьмусь за секиру.

— Дядя…

— Сто тридцать лет уже дядя, — беззлобно буркнул гном. — Эй, прищепка! Пошли смотреть на облака.

Кира мгновенно забыла про маму, оставшегося в городе эльфа и вообще все вокруг! Добежала, вцепилась в широкую руку гнома и пошла рядом с ним в грудной отсек. Эгли её опознавал, бережно поднимал складки-перегородки, освобождая путь. За спиной уже шумели прочие, допущенные к бегу по брюху мальта. Они тоже хотели смотреть на облака. И торопливо избавлялись от родительской опеки.

Чего можно бояться в мальте? Он живой, в отличие от бездушных самолетов, склепанных из металла, — охотно подтвердила Дора, успокаивая старших. Разве рыбы тонут в море? Нет! Вот и мальты никогда не падают. Единственная угроза — лучи смерти, зенитные системы и иное оружие АОП. Но едва ли Эгли позволит себя увидеть. Он опытный, взрослый мальт. Его тренировали и гномы, и эльфы. Сам Лоэльви ставил защиту, а технику маневра прорабатывал Жависэль! Люди не знали столь важных имен, но Дора не обижалась. Еще разберутся. Для них сейчас все — впервые.

Кира тем временем миновала обширный грудной отсек и попала в головной, относительно небольшой, размером с домик бабушки Лоры. Здесь были удобные выросты, похожие на кресла. Тело мальта, изгибающееся в виде купола, оказалось прозрачно. На большом наросте, заменяющем стол, размещалась красиво светящаяся сфера. Гном гордо ткнул в неё коротким пальцем.

— Навигация. Наша с Эгли карта, общая.

— А он говорить умеет?

— Голосок у него низковат, — вздохнул гном. — И язык не наш, трудно понимать. Он-то нас слышит и разбирает речь. Достаточно подробно. Хоть и не по-нашенски соображает. Интересов у мальта немного. Дружба нас связывает от первого дня жизни. Еще он любит день, потому как солнышко светит и тем он кормится. Кроме света — зерном, травой. Кстати, торф обожает. Сверх того заряжается от гроз. Иной раз, баловник, до того заиграется, хоть плачь! — без злости пожаловался Мрыж, гладя шкуру у нароста. — Летает и хвостом ловит молнии. Год назад сорвал поставку, неустойку мы платили. Два рейса не в зачет, значится…