Соблазненная тьмой. Гувернантка для демона-2 - Вероника Крымова

Но гусь, кажется, не сильно проникся.

Что же делать? Я и так в долгу перед леди Ванессой, а Ангус и Густав появились в Растер-холле по моей вине… И кто потом будет разбираться — случайность это или нет?

Густав открыл клюв, но тут же закрыл его, как только я нагнулась и погладила птицу по шейке. Пришлось согласиться на вечер азартных игр — всё лучше, чем торчать в комнате и думать о плохом. Отвлекусь от грустных мыслей, заодно присмотрю за этой неугомонной парочкой.

В небольшой гостиной, куда привёл меня Густав, было уютно. Мебель с розовой обивкой и мягкие пуфики выдавали в ней дамский будуар пятидесятилетней давности.

Дедуля Ангус пожурил нас за долгое отсутствие, хотя сам в это время не скучал, предаваясь плотским утехам. Попросту говоря — ел, и вовсе не то, что полагается употреблять в пищу умертвиям (если, конечно, умертвиям вообще полагается что-то употреблять в пищу). Старик особенно налегал на виноград, яблоки, и судя по горстке косточек — вишню в шоколаде.

— Ну-с господа, — лорд потёр руки и, взглянув на нас, добавил. — И дамы. Приступим, пожалуй.

— Только у меня нет денег, — предупредила я, усаживаясь за круглый столик белого дерева. — Впрочем, у вас тоже… Так что будем ставить на кон?

— Как на счёт души?

Незнакомый скрипучий голос заставил обернуться. В гостиной ещё кто-то есть? Почему я сразу не заметила?

Молодая красивая женщина в бледно-жёлтом платье подошла к столу и уселась на край, с той стороны, где расположился Ангус. Длинные тёмные волосы распущены, ярко-алые губы изогнуты в мрачной усмешке.

— Сыграем? — бледные пальцы потянулись к игральным костям.

От незнакомки веяло холодом и безысходностью.

Стук. Стук. Кубики покатились по столешнице.

— Две шестёрки, — дама совершенно спокойно забрала кубики и вручила их умертвию. — Ваша очередь, лорд Ангус Аврелиус де Мортен.

Я смотрела то на потерянного, присмиревшего гуся, то на обескураженного дедулю и вдруг… поняла.

— Нет! Не играйте с ней! — закричала я.

Поздно. Испещрённая морщинами ладонь разжалась, кости запрыгали по полированному дереву.

— Один, один, — скрипел ржавыми петлями голос незнакомки.

— Я…нет…вы не можете…я не готов…

Трясущимися руками лорд схватил кости и снова кинул.

— Один, один.

— Нет. Ещё раз…я…ещё раз!

Сколько бы бедняга не перекидывал кости под издевательский смех — на кубиках неизменно чернело по одной точке.

В жилах стыла кровь от страха и понимания того, кто пожаловал в гости. А ведь Стефани предупреждала.

Мамочки, что же сейчас будет?

* * *

Прохладная вода коснулась разгоряченной, пылающей кожи. Тьма жгла изнутри, подобно раскаленной лаве, наполняя душу нестерпимой жаждой чужих эмоций. Терпкий вкус страсти он искал в похоти, острую горечь лжи впитывал у придворных, но чаще всего лакомился кислым, шипящим на кончике языка страхом.

В детстве Адриану казалось, что внутри него сидит чудовище. Сколько трудов ему стоило сдерживать тьму, отравляющую сердце, пока не понял, наконец, — он и есть тьма.

Зачерпнув ладонью холодную влагу, лорд коснулся лица, смывая дорожную пыль. В ушах всё ещё звенел голосок тёти Нессы: «Адрианчик, сегодня ты должен выглядеть безупречно! На ужин соберутся особенные гости. Ах, не спрашивай кто. Это сюрприз!».

Тёмный лорд мрачно усмехнулся. Все ответы читались в восторженном взоре тётушки — сегодня в доме она собрала всех завидных невест империи. Вот только он подстраховался, так что можно быть уверенным — внимание девиц на выданье будет обращено в другую сторону.

Ванесса продумала всё до мелочей, даже организовала приём в их собственном поместье, лишь бы отрезать племяннику все пути отступления. Сотни объяснений, что женитьба сейчас не входит в его планы, разбивались о стену непонимания. Всего год в должности канцлера, мысли заняты политикой и государственными делами, в них нет места супруге и тем более детям. Когда-нибудь он заведёт семью…возможно… Когда будет больше свободного времени, но уж точно не в ближайшие пять лет, а может и семь…

Неожиданно тьма, клубившаяся вокруг него, налилась энергией. Адриан ощутил чужое присутствие. Совсем рядом. Под языком растёкся горький, немного вяжущий вкус древней магии.

Занятно.

Канцлер накинул на мускулистые плечи шёлковую сорочку.

Жнец смерти. В его доме. Что ж… Старик и впрямь задержался на этом свете.

Смерть всегда забирает то, что ей причитается. Посланник настигнет и вернёт в царство мёртвых, где бы ты ни был.

Впервые Адриан встретился с младшим братом своего дедушки на похоронах последнего. Лорд Ангус возмущался, что почивший родственник оставил фамильный особняк своему сыну и громко скандалил на оглашении завещания.

Будущий канцлер империи, а тогда просто шестилетний маленький проказник, забрался в гостевую комнату с тайной миссией насыпать пауков в дорожный сундук вредного ворчуна. И ему почти удалось! Вернее, едва он открыл банку и вытряхнул содержимое на нижнее бельё, как вернулся лорд Ангус в компании своего слуги. Адриану ничего не оставалось, как затаиться за плотной портьерой.

— Глаза так и светятся пламенем бездны, — бормотал пожилой слуга, дотрагиваясь до оберега, болтавшегося на шее. — Слухи не врут. Мальчишка — исчадие зла.

Ангус сжал тонкие губы, размахнулся тростью и…бам! Ударил своего слугу. Потом ещё раз. И ещё.

— Ай! Больно! Милорд, что я сделал?

— Кто тебе дал право оскорблять моего внука? Развели дармоедов!

— Так вы сами постоянно его так называете, — обиженно простонал слуга, прикрываясь от ударов.

— Мне можно, я — его семья! А тебе не позволено, ясно? Я свою родню в обиду не дам. Проваливай! Без рекомендаций и выходного пособия!

Короткий эпизод из детства. Всего лишь воспоминание, но Адриан стал двигаться чуть быстрее, оделся, вышел в коридор и направился в крошечную гостиную прабабушки.

Уже стоя перед закрытой дверью, глубоко вздохнул, глотая наполненный ароматом цветущей вишни воздух. Сладкий. Ослепительный… Малышка Эми тоже здесь?

Одно касание и дверца распахнулась. Тени жадно хлынули вперёд, окутав стройный женский силуэт. Черноволосая красавица сидела на краю стола, изящно обнажив ногу в вырезе узкого платья. Жнецы являлись в образах разных людей, дабы расположить путника, лишить воли и увести за собой. Иногда это были горячо любимые родственники или просто привлекательные незнакомцы.

Старик Ангус, правда, скорее испугался, чем был очарован красавицей в жёлтом. Язык пощипывало от жгучего ужаса. Умертвие сидел, прижавшись к…гусю? Что здесь делает фамильяр? И… чей он?!