Дежавю - Татьяна Шмидко

Она критически осмотрела меня и спросила:

– Откуда будешь? У тебя странный акцент…

Я стала лихорадочно соображать. Если назовусь французом, она мне не поверит, так что я сказала правду:

– Я испанец, возвращаюсь из паломничества. Злые люди напали на меня и обобрали. Я третий день иду через лес и чувствую, что тут и останусь, если вы, добрая госпожа, не поможете мне, – сказала я с почтением, встав с мокрой земли.

Пожилая леди окинула меня взглядом с ног до головы и сказала:

– Ну что ж, монах…

– Альвадорас де Кастилья.

– Альвадорес. Интересное имя, знаменитое. Я могу провезти тебя до следующего города, больше лошадь просто не выдержит, хоть ты и легкий, как я погляжу.

Я склонилась в поклоне, искренне сказав:

– Господь милосердный услышал мои молитвы! Да воздастся вам в трое за ваш добрый поступок!

– Ну ладно тебе, Господь и так мне всегда помогает. Пора и мне кому-нибудь помочь! Залезай, давай! – сказала она, делая нетерпеливый жест рукой, поглядывая по сторонам. Видимо, волки были реальный угрозой в этих краях.

Я мигом подбежала к лошади и забралась в седло.

– Меня зовут Мария! – сказала женщина и пришпорила лошадь.

Я схватилась за нее и познала всю радость от быстрой езды на лошади без седла. Меня трясло и подбрасывало, я стучала зубами и не думала даже пикнуть – мне и так неимоверно повезло! В лесу за нами послышался вой волков, от чего Мария пришпорила и так уставшую лошадь. Я нащупала на поясе свой кинжал, готовая в случае нападения отбиваться от волков. Но внезапная мысль пронзила меня: а вдруг это оборотни? Волосы на голове встали дыбом и я сильнее прижалась к Марии. Она не обратила на это внимание – впереди были огни небольшого города.

– Это Трир! Мы в безопасности! – сказала Мария, и мы поскакали дальше. Значит, и она слышала волчий вой.

Я обернулась и увидела две большие тени – нам в спину со злобой смотрели два огромных волка-оборотня, остановившись на кромке леса! Я чуть не закричала, но вовремя закрыла рот рукой. Значит, они все-таки выследили меня и знают, куда я направляюсь! Весь мой камуфляж, переодевания и слой грязи не помогли мне удрать от их суперчувствительного обоняния. Мысли хаотично метались в голове, и я абсолютно не понимала, что же делать дальше. Что им от меня нужно? Неужели они узнали, что я бывшая невеста Прайма и хотят отомстить мне за гибель Венецианца? Или убить как ненужного свидетеля? Или знают о сокровищах Прайма? Что же мне делать? Я зажмурилась и мне вдруг захотелось открыть глаза и проснуться в Калелье или Барселоне – там, где нет этих монстров с их войнами.

Когда мы с Марией подъехали к Триру, ее лошадь уже готова была пасть под нами от усталости. Мария ее просто загнала! Я спрыгнула на землю первой, а следом спустилась и она, взяла лошадь под уздцы и повела следом за собой. У бедного животного бока тяжело вздымались и опускались, а изо рта капала белая пена.

– Вы спасли нас, Мария! – сказала я с благодарностью. Та только кивнула в ответ и молча повела лошадь в центр города. Она остановилась около постоялого двора и сказала:

– Мне нужно отправляться дальше, и ищи себе попутчиков! Я дам тебе денег на ночлег и пристойную еду, но ты обещай мне путешествовать более осторожно!

Я от удивления не смогла ничего сказать и только Мария протянула мне маленький кошель с деньгами и спросила:

– Тебе есть куда возвращаться?

Я согласно закивала головой:

– Да, конечно! Я бегу от чумы, у меня есть родственники во Франции, – безбожно врала я. Не хватало мне еще и Марию втянуть в мои неприятности. Вероятность дожить до завтрашнего утра была минимальной, а взять на свою совесть еще и ее жизнь я не хотела.

Мария промолчала, сдвинув брови. Мы молча стояли, а она о чем-то размышляла, я же тем временем поглядывала по сторонам. Уходить с улицы не хотелось, потому что оборотни не станут нападать посреди белого дня у всех на глазах. Я неосознанно прижалась к стене дома и, казалось, перестала даже дышать.

Прятаться я всегда умела и сейчас это умение мне пригодится как никогда.

– Ну, удачи тебе, Альвадорас! – сказала наконец-то Мария и добавила: – Вымойся как следует и не броди по лесу ночью!

Я с готовность кивнула головой и сказала:

– Благодарю вас, Мария! Вы спасли мне жизнь сегодня.

Она посмотрела на меня со странным выражением лица, которое я не смогла прочитать, но мне стало не по себе. Она вдруг криво улыбнулась, так… плотоядно, как волк! Сердце запнулось и я поняла, что встреча с ней не была простым совпадением.

– Я послушаюсь вас, Мария, и эту ночь проведу в этой гостинице, приведу себя в порядок и, пожалуй, напишу родственникам. Глупо вот так бродить по Люксембургскому графству. Пора возвращаться домой.

– Вот именно! – сказала она и добавила: – Из гостиницы ни шагу!

Я кивнула головой и вошла во внутренний дворик. Трое лошадей перегораживали вход в двухэтажное деревянное здание. Я осторожно обошла их шагнула в темень холла под пристальным взглядом Марии, от которого у меня почему-то пошли мурашки по телу.

Я услышала, как копыта ее лошади зацокали вниз по грязной улице, вымощенной гнилыми досками. Сердце все еще гулко ухало, но в голове созрел план – мне нужно было срочно бежать отсюда! Нехорошее предчувствие говорило мне, что Мария неслучайно встретила меня в лесу. Я сжала в руке ее кошелек. Если она как-то относится к преследовавшим меня оборотням, то этот кошелек будет для них прямой наводкой.

Не долго думая, я зашла в ближайшую таверну, усевшись за более-менее чистый стол. Я вытрясла на стол содержимое кошелька. Было три монеты – одна золотая и две серебряных. Их действительно должно хватить на постой и на еду, но золотая монета была лишней. Она привлекла мое внимание – слишком уж необычная она была. Под портретом носатого императора я прочитала надпись на латыни «CAESAR». И выронила ее на стол, будто она была раскаленной. В голове мелькнуло воспоминание, вернее слова Прайма: «Трое напавших оборотней пришли из Северной Италии».

А золотая монета была римской! Да еще и древней, судя по портрету Цезаря на обороте. Я схватилась за голову и подумала, что виной всему моя наивность и беспечность! Мне не следует доверять никому! Перестать верить в чудо и очень постараться, чтобы выпутаться из этой истории живой. Ко мне подошел трактирщик и сказал довольно грубо:

– Ну чего расселся, рвань подзаборная? У меня приличный трактир! Или заказывай еду, или проваливай!

Я рассеянно сказала:

– Подай мне ужин, я заплачу!

– Деньги покажи!

Я убрала ладонь и показала золотую монету.

Трактирщик тот час же ответил:

– Сейчас подам, благородный господин! – и убежал на кухню.

Через минуту, которую я безуспешно отгоняла от себя воспоминания о Прайме, он вернулся с миской каши и тушеных овощей. Это был просто царский пир! Он принес еще вина и хлеба. Я жадно набросилась на кашу, вспоминая давно забытый вкус свежей еды.