Вселенная Ехо. Том 2 - Макс Фрай

– Не узнал, – признался я. – Если ты почти год работал в Мохнатом Доме, ты должен был заметить, что я прихожу туда только спать, да и то далеко не каждый день. У меня там живут такие замечательные полезные леди, две сестрички из Пустых Земель, благодаря которым мой дом до сих пор не рухнул. Уверен, они-то тебя отлично помнят. А я вообще долгое время думал, что у меня нет никаких слуг и все происходит как-то само собой.

– Да, вы действительно нечасто появлялись дома, – улыбнулся Карвен. – К моему величайшему сожалению! Когда меня на год выперли из Университета за эксперименты с шестой ступенью Белой магии во время экзамена и я устроился на работу в ваш дом, друзья завидовали мне так, словно я клад нашел. А мне и похвастать особо было нечем. Я видел вас всего пять раз, да и то мельком. К тому же выяснилось, что ваши домочадцы то ли ничего о вас не знают, то ли просто не хотят ничего рассказывать.

– Ишь ты! – удивился я. – Ну, значит, я здорово недооценивал – то ли их, то ли себя.

– Одним словом, во всем виноваты мы с вами, сэр Макс, – весело заключил Карвен. – Ваша таинственность и мое любопытство. Именно поэтому я воспользовался возможностью беспрепятственно входить в вашу спальню. В случае чего я всегда мог бы сказать, что разыскиваю Армстронга и Эллу – они же вечно валяются на ваших подушках.

Я быстро понял, что его давешняя молчаливость проистекала исключительно из желания остаться неузнанным. На деле парень оказался самым общительным и разговорчивым в этой компании. У него была замечательная манера улыбаться краешком рта и обаятельная привычка смотреть немного исподлобья, лукаво и испытующе, словно бы парень решил открыть некую тайну и теперь как раз пытается решить, заслуживает ли собеседник его доверия.

– Ладно, – кивнул я. – Итак, моя спальня неоднократно подвергалась тщательному обыску. Но я не держу там ничего интересного, мой бедный сэр сыщик. Ни заколдованных амулетов, ни тайной переписки с мятежными Магистрами, ни даже поясных портретов на фоне убиенных вурдалаков. Так что я не понимаю, каким образом в моей грешной спальне, дырку над ней в небе, могло объявиться Заклинание Старых Королей?!

– А горячая тетрадка? – торжествующе выпалил Карвен.

– Какая тетрадка? – искренне удивился я.

– Толстая тетрадь в матерчатом переплете. Она такая горячая, что я с трудом удержал ее в руках.

Теперь парень говорил тоном следователя, на руках у которого были неопровержимые доказательства моей причастности к какому-нибудь мировому заговору.

Черт, если бы я уже не сидел на полу, я бы непременно на него рухнул! До меня наконец-то дошло, что он имел в виду. Карвен обнаружил в моей спальне ни больше ни меньше как Дневник Короля Мёнина, «подарочек» сэра Джуффина к моему возвращению из Гугланда. Эта грешная тетрадка чуть было не заставила реальность – или то, что я предпочитаю считать реальностью, – рухнуть раз и навсегда. За ней, знаете ли, водилась эксцентричная привычка назойливым шепотом, здорово похожим на мой собственный голос, рассказывать мне занимательные истории моей собственной жизни – те, которые вполне увязывались с моими воспоминаниями, и те, которые не лезли ни в какие ворота, но в изложении Дневника производили впечатление достоверных.

Но я как-то выстоял. К тому же содержание тетрадки менялось быстро и незаметно, оно ускользало из моего сознания, как пустые утренние сновидения. А в один прекрасный день я открыл ее и, не обнаружив там ничего, кроме чистых страниц, понял, что мне даровали передышку – желанную, как первый глоток воздуха для неопытного ныряльщика. Я забросил Дневник Короля Мёнина на самую дальнюю полку этажерки, подпиравшей стену в дальнем углу моей спальни, и начал жить так, словно никакой тетрадки никогда не было. Я сам удивился, обнаружив, как это оказалось просто.

Иногда, впрочем, я ловил себя возле этой самой этажерки с протянутой за тетрадью рукой и усилием воли опускал непослушную руку. «Потом, – говорил я себе. – В Приют Безумных ты всегда успеешь».

– Я подумал, что это ваш дневник, – виновато сказал Карвен. – Представляете, как я обрадовался?

– Никогда в жизни не вел дневник, – я выдавил из себя подобие улыбки.

– Да, я потом понял, что вы вряд ли стали бы заниматься такой ерундой, – кивнул он. – Много позже, когда с нами начали происходить все эти чудеса. Я вообще довольно много с тех пор уяснил – о себе и о вас, и вообще… В частности, почему ваши домашние ничего о вас не знают. И почему вы не стали бы вести дневник. Есть вещи, которые просто не могут принадлежать никому, кроме тебя. А когда вытаскиваешь их на поверхность, они тут же теряют ценность – как моллюски импур, извлеченные из своей мягкой раковины на дневной свет.

Мне понравилась его метафора, поскольку я совсем недавно попробовал этот заморский деликатес из моря Укли. Нежное мясо моллюсков импур можно есть исключительно в темноте. Когда на лакомство падает луч света, оно тут же начинает вонять, как тухлая мертвечина.

– Ладно, – кивнул я. – Будем считать, что я уже понял, что за тетрадку ты нашел и почему сунул в нее свой нос. И что ты там обнаружил?

– Но вы сами должны знать. Это же ваша тетрадка! – удивленно сказал он.

– В каком-то смысле моя. Но я знаю о ней очень немного. Например, что ее содержание меняется всякий раз – в зависимости от того, кто ее открывает. И не только от этого… Что, тебе досталось это грешное заклинание?

– Ага, – кивнул Карвен. – На первой странице было написано: «Для тех, кто ищет силу». И еще несколько строчек с непонятными словами. Я их тут же произнес вслух, но ничего не случилось, только ветер распахнул окно. Сейчас смешно вспоминать, но я чуть не навалял на пол, как младенец, честное слово! Я быстро положил тетрадку на место и вылетел из вашей спальни, как снаряд из рогатки бабум.

– Охотно тебе верю, – улыбнулся я. – Но как ты допер, что это заклинание нужно читать над чужими объедками?

– А я бы и не допер. Но через несколько дней я зашел в «Пьяного умника» – это маленький трактирчик возле Высокой Школы – и встретил там Айсу. Мы с ней старые друзья, еще с тех незапамятных времен, когда я спасал ее от гнева молочника с улицы Альбиносов. Он поймал ее у своей тележки, когда эта маленькая ведьмочка испытывала на его товаре какое-то заклинание собственного изобретения. Ей казалось, что молоко можно легко превратить в мороженое.

– Ладно, я уже понял, что вас связывает фронтовое братство, – рассмеялся я. – И что было дальше?

– Я сказала ему, что он дурак, – фыркнула Айса. – Найти тетрадку с заклинаниями в спальне у сэра Макса и не переписать – жуткая глупость! Карвен помялся и без особого энтузиазма пообещал мне, что в следующий раз непременно перепишет. Но я решила, что должна сама посмотреть на эту тетрадку. И он провел меня в ваш дом – не так уж это и сложно. Ваша большая собака сразу признала во мне свою и начала мотать ушами. Остальные слуги были на кухне, а эти леди, которые у вас живут, как раз куда-то ушли.

– Да, зайти в мой дом легче легкого, – согласился я. – А еще там можно заблудиться и бродить по коридорам, пока через несколько дней на вас не наткнется добрая душа, решившая посмотреть, кто так жалобно стонет возле старой библиотеки. Пора менять жилье! – неожиданно для себя заключил я.