Правила боя. Исток - Анна Московкина

А вот и книги. Майорин внимательно вгляделся в корешки.

Фарт оторвался от писанины, заговорил с Айрин. Колдун дернулся, чуть не вылетев из сознания. Но только перескочил. Айрин одна. Сидит, читает, откладывает книгу, идет меж полок.

Дурная привычка собирать пальцем пыль. «Генетические изменения при магическом воздействии», «Архитектура человеческого тела», «Принципы наследия», «Установки в наследовании».

Другая полка: «Любовь под солнцем», «Легенда о Сермиконе Храбром», «Страницы другого мира» и другие романы.

Третья: «Основы боевых заклинаний», «Щиты. Принципы и конструкции», «Стихия без стихий. Амулеты».

На четвертой полке Майорин снова вздрогнул, сознание опять взбрыкнуло норовистой лошадкой.

Следующее воспоминание. Опять Фарт, опять язвительная, полная взаимной нелюбви беседа. Она смотрела ему в лицо, смотрела в глаза.

Картинка расплылась, не изменились только глаза мага. Насмешливая уверенность сменилась ужасом. Пахло снегом. И силой. Если сила может пахнуть. Фарт рванул вперед, прыгнул на своего сына, сбил того с ног. Сила понеслась к ним, бешено, зло. Но чуть опоздала, нагнав гаснущий портал. Почти наверняка исказив направление.

Фарт ушел, но сила продолжала бушевать, выливаясь будто вода. Выли стражники, с которых заживо сдирало кожу, их волнами бросало о стены. Крошился камень.

Айрин ничего не могла сделать, выпущенная ею сила ей больше не подчинялась.

«Ты сильнее своего истока, это же только часть тебя, неужели ты не сможешь ее подчинить?»

«Страх, азарт, паника — твои враги. Только логика, только спокойствие».

Сила билась о стены, раз за разом сдвигая камень.

Она дышала ровно, медленно. Представляла грозу, постепенно стихающую грозу. Вот кончился дождь, перестали мерцать молнии. Гроза не ушла, просто закончилась.

Колдун открыл глаза.

— Все? Насмотрелся? — Она спрыгнула со стола.

— Ты куда?

— Пойду, книги запишу, пока не забыла.

— Айрин. Ты видела то же, что и я? Ты видела это сейчас?

— Да… видела… — равнодушно отозвалась Айрин.

Майорин не знал, что еще сказать.

Может, Летта и права, может, прав и Хорхе. Уже поздно.

Воин шел медленно, осторожно, бесшумно. Еще три шага, потом дверь. Дверь не скрипнула.

Она его ждала.

— Пришел меня убить?

— Прости.

— Не стоит. Я все понимаю. Не тяни.

Она встала на ноги, меч уже был в руке.

— Решила облегчить мне задачу?

— Да. Но и затруднить тоже. Как-то глупо не защищаться.

Воин вытащил саблю из ножен.

— Было бы неплохо, будь у нас одинаковое оружие.

— Так не бывает. — Айрин положила левую руку на рукоять.

Сходились долго, медленно и неохотно. Первым напал воин, сделал выпад, рубанул, отпрянул. Айрин ушла из-под удара — уклонилась. Сабля завертелась.

У девушки не было шансов, она это знала. Воин снова атаковал. В этот раз кончик сабли чуть не задел бедро.

Хорхе сшибло с ног. Сильный удар в живот коленом, рывок.

Айрин досталась пощечина и удар по запястью. Меч и сабля шипели, истлевая в путах белой плети. Колдун часто дышал.

— Ты обещал подождать!

— Я тебя обманул. Ты не сможешь ее убить, слишком долго был рядом. — Хорхе говорил прерывисто, толчками выпуская слова сквозь сжатые зубы.

— Надоели! — рявкнул Майорин. — Устроили честные поединки, воины. Одна строит из себя бесчувственную травмированную душу, другой ей честно верит. Сопли за вами с кровью подтирать? Деритесь. Вот вам ваше оружие. — Плеть опала и растворилась в воздухе. — Убивайте друг друга. Давай, Айрин, принеси себя в жертву истории. Стань одной из тысячи таких же дур, как ты. Не пожелавших бороться за собственную жизнь. Да с кем — с самой собой! А ты убей эту дуреху. И потом расскажи об этом своей жене, которая вместе с ней росла и училась. Расскажи матери Айрин, пусть послушает, какой ты герой. Тебя даже никто не осудит.

Хорхе сплюнул прямо на драгоценный хордримский ковер.

— Ты всегда выбирал правильные решения. Решения наиболее логичные и верные!

— Выбирал. И сейчас выберу.

— Для кого же оно верно, Майорин?

— Для меня.

Хорхе ушел. Его сабля лежала на ковре.

— Я вижу тот зал, стоит только закрыть глаза. Я не могу смотреть на Валью, не могу смотреть на Жарку. Я их пересчитала, тех, кто там был. Двадцать три человека. Четверо выжили. Дарт меня охранял, он был единственным, с кем я разговаривала все это время. Сын Киаты, я так ей и не сказала. Не смогла… Он был на руках у бабки, которая за ним смотрела. Его должны были переправить. Я не заметила их, вспомнила только потом. Уже позже… Я помню всех. Лица, имена… Если бы он меня убил, было бы проще. Я просто бы проиграла поединок. А ты хочешь заставить меня с этим жить.

— И ты сможешь. Но для этого надо хотя бы попытаться. — Майорин прикрыл за собой дверь.

Девушка закрыла лицо руками и тихонечко заскулила.

Колдун свернул в коридор, вошел в пустующую комнату, сел в кресло и закурил.

— Почему не остался? — удивилась Летта.

— Не знаю, — мрачно буркнул мужчина.

Драконица уселась на подлокотник, поцеловала колдуна в висок, он слегка отстранился, посмотрел на нее. Зрачки заняли почти всю глазницу, Летта улыбалась.

— Зато я знаю, мой исток.

Кое-как наладили связь с Инессой. И получили весьма четкие инструкции: во-первых, замок занять и территорию до него считать инесской. Во-вторых, выгнать вон всех посторонних, как следует припугнув, чтобы молчали. Здесь встрял колдун, который сообщил, что посторонних не только припугнет, но и самолично проводит до Вирицы. Владычица задумалась, но колдуна отпустила.

Незадача вышла с источниками. Вроде как надо бы было источники вернуть, а вроде как и не хотелось. Проблему решил Хорхе.

— Кому обещали, тем вернем, остальные пусть так сидят.

— И много вы наобещали?

— Русалкам и в Истоковицы.

— Хорошо. Хорхе, ты и займешься. Возьми Филиппа.

— Угу.

— Я пришлю отряд, вычистить долину от магов, пусть идут в свою Цитадель!

— Я против! — опять перебил колдун. — Наши враги не Цитадель, а их оппозиция.

— У тебя есть специальное сито, через которое ты просеешь плохих и хороших? — ядовито парировала Ильма.

— Нет, — поскучнел колдун. — Но это не повод…