Все лорды Камелота - Владимир Свержин

– Входи-входи, сэр Кархейн, – улыбаясь, позвал Мерлин-Каранток.

– Ой, ваше высочество, вы здесь!

– Вон твоё место, – указал отец премудрости, и я невольно кинул взгляд туда, куда он указывал. На глазах золотая надпись «Лукан» растворялась, так, будто и не было, а на её месте появлялась новая – «Кархейн».

– «Прямо крестный ход какой-то!» – не замедлил прокомментировать увиденное Лис. – «Оруженосцы прут нескончаемым потоком, по дороге становясь рыцарями Круглого Стола. Принимаю ставки! Кто следующий?»

– Вот, – измученно произнёс новоиспечённый рыцарь Круглого Стола, выкладывая оставшийся двенадцатый кусок.

– «Блин! Сыскался-таки! Сыскался след Тарасов. Значит, Каранток, улепётывая от примаса, пергамент прихватил, а затем Кархейну вручил. Эх, Каранток, Каранток! Знал бы ты, сколько мы гектаров лопухов выкосили, сколько буераков-оврагов с Годвином, как с миноискателем, облазили! Не мог промаяковать, а ещё святой называется!!!»

В этот момент на Круглом Столе свершилось небольшое, но вполне зримое чудо. Лишь только двенадцатая часть коснулась среза векового дуба, как все они, точно капли ртути, начали сползаться, светясь в полумраке зала.

– Вот видишь, Ллевелин, – улыбаясь, сказал Каранток, – чтобы сложить этот пергамент, не понадобилась твоя помощь. Ну что, Моргана, не желаешь ли прочесть?

Фея приняла сросшийся пергамент из рук великого мага и, зашептав над ним что-то едва слышное, начала делать пассы руками. Все заворожёно следили за ней, один лишь архиепископ, поморщившись, отвернулся, чтобы не видеть богомерзкого колдовства.

– Умница, девочка, – похвалил её Каранток, по-прежнему не спуская с лица насмешливой улыбки. – Одно заклинание сняла. Теперь второе.

Моргана провела рукой над пергаментом.

– Нет, не могу. Но мне известно, что там написано. Ты сам дал знать.

– Нехорошо, Моргана. Твои слова могут ввести в заблуждение кого угодно, но меня-то тебе не обмануть. Неужели же ты могла подумать, что, заперев моё тело в склепе на Авалоне, ты сможешь остановить Мерлина. И неужели же ты думаешь, что то, что ты смогла считать из моей памяти, есть истина. Ты действительно знаешь лишь то, что я дал тебе знать. Для того же, чтобы узнать, что написано в истинном пророчестве, нужно иметь ключ. Надеюсь, вы принесли его, сэр Торвальд?

Я опустил очи долу.

– Прошу прощения. Он был у меня, но…

– Но мой дорогой брат, – раздался за спиной нежный голосок Лендис, – разумно счёл неосторожным брать его с собой в битву. Однако лишь только закончилось сражение, он тотчас послал за ним своего оруженосца. Прошу простить эту задержку. Я не могла явиться в столь высокое собрание, не одевшись соответственно, – из-за спины королевы Каледонии выглянул смущённый Годвин.

– «О, вот ещё один оруженосец! Капитан, развей мои сомнения: куда я глядел, когда ты посвящал его в рыцари и где его большая миска за этим столом?»

– «Да не посвящал я его в рыцари!» – попытался откреститься я.

– «Ну-у, так нечестно! Всех посвящали, а его нет. Ты ещё скажи, что он Лендис сюда привёл, чтобы она, не дай боже, с дороги не сбилась. Или чтоб какой дурак в пути не обидел на свою голову».

– «А что, думаешь, её уже и сопровождать не нужно?»

– «Да нет, что ты! Нужно, конечно. Необходимо заботиться о личном составе… здешних вооружённых сил. А то захочет с ней кто-нибудь по дороге познакомиться, и пойди отличи его от местных жаб».

– Что делает здесь эта мерзавка?! – вскипая на глазах, процедила Моргана.

– Я принесла ключ, тётя, – глядя на Моргану нежно, как кошка на мышь, промурлыкала Лендис. – Так что не менее вашего имею право находиться в этой зале. Поэтому извольте держать за зубами свой змеиный язык.

– Испепелю! – коротко заявила Моргана и поспешила претворить свою угрозу в жизнь.

– Глупости, тётя! – отчеканила Лендис, и две молнии, столкнувшись над Круглым Столом, переплелись и, взмыв к кровле, проделали в ней изрядную дыру.

Сквозь отверстие в кровле немедленно втиснулась голова виверны, недоумённо обведшая собравшихся взглядом и скрежещуще-недовольно каркнувшая, чтобы выразить своё несогласие с производимыми разрушениями.

– Девочки, не ссорьтесь. После того, что произошло в Кордуэле, я бы на вашем месте не стал баловаться с огнём.

– Мы ещё встретимся вне этих стен, – поприветствовала соперницу ученица Мерлина.

– Конечно, дорогая тётя.

– Прошу прощения, господа. Сэр Торвальд, если я вам больше не нужен, позвольте уйти, – поклонился Годвин.

– Нет-нет, мой мальчик, – подходя к нему, произнёс Мерлин. – Останься. То, что здесь происходит, касается и тебя. Спасибо, что принесла книгу, Лендис. – Он принял из рук королевы Каледонии знакомый нам фолиант и, подойдя к столу, вложил в него пергамент. – Только здесь можно снять второе заклятие. Ты знала об этом?

– Да, великий Мерлин, – кивнула Лендис.

– Умница. – Он сделал над книгой несколько пассов руками и вынул из неё пергамент, покрытый несколько иными письменами, чем прежде. – Итак, вот оно, истинное пророчество. – Он начал читать зычным, хорошо поставленным голосом:

Когда великие начнут спасать оружьем честь, —

гласила первая строка.

– «Ну-ка, ну-ка», – оживился Лис, – «шо сия аллегория означает?»

– «С этим всё понятно», – вздохнул я, – «великие всю историю только этим и занимаются».

– Принцесса грёз покинет этот мир, – продолжал Каранток.

– «С этим, увы, тоже ясно».

Собравшиеся у Круглого Стола молчали, очевидно, эта часть пророчества у них не вызывала вопросов.

Златой дракон вонзит клыки в грудь алого дракона,

Коварная змея отравит кровь его. —

Чтец обвёл глазами Ллевелина и Моргану, точно вопрошая, понятен ли им смысл сказанного. Те молчали, напряжённо глядя на говорившего.

– «Ну хорошо, с драконами ты мне уже объяснял. А что ещё за история со змеёй?»

– «Ну-у, может, это намёк на доллар, использование которого в качестве платёжного средства подрывает британскую экономику. В конце концов это вопросы не ко мне, а к специально обученным толкователям».

– «Во как загнул! Ладно, допустим».

Ушедшие вернутся ради вести,

Подкошены падут две башни над водой…

– «С башнями, к сожалению, всё понятно. А что за ушедшие?»

– «Лис, очнись! Ушедшие – это мы с тобой. Мы вернулись ради вести! И вернёмся в свой мир, так что строка работает и там, и здесь. Кстати, для Магэрана с Сабрейном тоже».

Два полумесяца грозят последним часом,

Но мягкие добавят твёрдым силы жить.

– «Ерунда какая-то получается! Это что, те полумесяцы, что мы видели в Зачарованном лесу, что ли?»