Ричард Длинные Руки - граф - Гай Юлий Орловский

– Вы когда виделись с леди Элинор… последний раз?

Он запнулся, в глазах сверкнуло знакомое бешенство, но сдержался и ответил ровно:

– Пятнадцать-шестнадцать лет тому. А что…

– А не четырнадцать лет и десять месяцев? – спросил я. – Кстати, не хотите ли взять в оруженосцы… сперва, правда, в пажи – собственного сына? Да вот он, всмотритесь. Каждый, глядя на него, скажет, чей он сын. И еще такой пустячок… Вы могли бы заодно побеспокоиться и о матере, что его воспитывает одна. Как вы понимаете, я говорю о леди Элинор, которая все еще зачем-то хранит вам верность. Ей, кстати, жить будет негде, замок снесут, претворяя в жизнь прогрессивный путь перехода от феодальных вольностей к просвещенному абсолютизму.

Он нахмурился:

– Что за неуместные шутки? Ее сыну, которого вы передали сюда в заложники, не больше пяти лет. А я в последний раз виделся с леди Элинор, как вы утверждаете, четырнадцать лет и десять месяцев назад.

– Вашему сыну, – произнес я ровно, не двигая ни одним мускулом на лице, – четырнадцать лет и один месяц. Можете убедиться, поговорив с этим ребенком. Он уже сам вопросами пола интересуется. Расспросите всяких Раймонов, которые еще десять лет тому вместе с ним драли раков. Если понимаете, что леди Элинор сумела продлить молодость, то почему и ребенку не продлить счастливое детство, самый очаровательный возраст которого, как все мы знаем, от двух до пяти?

Я посмотрел поверх его головы, чтобы не видеть внезапно изменившееся лицо. Даже самые сильные мужчины нуждаются в минутах полного одиночества, потому я вскинул руку в прощании всем-всем, челядь тоже люди, пустил Зайчика в сторону ворот.

– Бобик! – крикнул я. – Хватит разбойничать на кухне! Труба зовет.

Из кухни выметнулся Пес, бока раздуты, облизывается на бегу, глаза сытые, довольные. Зайчик заржал и пошел легкой рысью. Не торопись, сказал я ему мысленно. До порта – рукой подать, но надо успеть в дороге разобраться, что же я навыучивал в книге Уэстефорда. И вообще со всем, что нахапал.