Птица в клетке - Таис Сотер

— Я поймал ее! — донесся торжествующий вопль белобрысого. — Я…

— Дебил! — прорычал Нижинский, с силой отшвыривая его к стене. Шприц, уже пустой, выпал из рук Хога и покатился по полу.

— Надеюсь, у тебя есть антидот, — нервно усмехнулся Юрий, незаметно поддерживая меня, чтобы я не упала, и при этом стараясь не упускать Владимира из виду. Я поспешно ставила эмпатические блоки, надеясь хоть немного защититься от фантомной боли, принадлежащей не мне: судя по всему, Хог сломал руку, а Олег заработал черепно-мозговую травму — в отношении своих людей их предводитель не сдерживался. Так что и мне не стоило ждать пощады.

— Я убью ее!

— Подожди несколько минут, и твое желание убить сменится жаждой любви.

Юрий явно не умел останавливаться.

Юрий Цехель

Ядгар нередко корил его за излишнюю самоуверенность. «Реально посмотреть на ситуацию и отступить, если видишь, что все идет не в твою пользу, — не значит сдаться», — говорил Альге, когда гардарик почем зря рисковал собственной жизнью и жизнью подчиненных.

Так вот, если реально взглянуть на ту задницу, в которой он оказался, следовало признать, что она была глубока и безвылазна.

Эрика буквально висела на нем, мешая и ограничивая в движениях. Владимир, хоть и «угостился» афродизиаком, едва ли растерял свою прыть и был опасен. Двое прихвостней еще не отошли от внушения, но это вопрос времени, когда кто-то из них схватится за оружие, которое валялось на полу, находясь в недосягаемости.

Если бы он сам не был прикован, можно было бы на что-то надеяться — шанс уделать Владимира был. А так… все зря.

Но отступать некуда, как и нечего терять. Такого Владимир Эрике не простит. Поэтому Юрий предпочел бы сейчас сдохнуть сам, чем допустить, чтобы этот пес добрался до девушки.

— Эй, этот страстный взгляд предназначен мне? — съязвил он, пятясь от разъяренного гардарика, в руках которого появился деструктор. Владимир играл серьезно. — Прости, дорогой, но ты не в моем вкусе.

«Злишь его?» — устало спросила Эрика, разжимая пальцы на плечах защищавшего ее симаргла.

— Развлекаюсь, — коротко бросил Юрий в ответ. И вдруг до него дошло, что вслух вопрос не прозвучал. — Что?!

Эрика, трусливая, вечно жмущаяся девочка, выскользнула из-за его спины и шагнула прямо к Владимиру. Ствол деструктора уперся в ее обнаженную грудь.

— Думаешь, не выстрелю? — страшно улыбаясь полупарализованным ртом, спросил Нижинский.

— О нет, выстрелишь, обязательно выстрелишь.

Холодное спокойствие в голосе девушки казалось странным и… знакомым. Обычно с такими интонациями говорил Альге, когда был на кого-то зол. Очень зол.

Эрика медленно подняла правую руку и положила на запястье Владимира. Отведя его кисть, держащую оружие, в сторону, сделала еще шаг, прижимаясь всем телом к Нижинскому. Теперь Юрий мог видеть его лицо, бледное и застывшее.

— Нет, — почти умоляюще прошептал Владимир. Он приставил ствол к своему виску. Пальцы на курке дрожали.

— Постарайся не задеть меня, — так же тихо велела Эрика.

Нижинский прикрыл глаза, пластик скользнул вниз по щеке и коснулся бледных тонких губ.

Деструктор стреляет беззвучно. Легкая вспышка, и у симаргла вместо затылка зияет неровная дыра. Юрию не нужно было видеть — он знал, как действует это оружие. Тело откинуло назад прямо на поднимавшегося Хога. Судя по полному ужаса вскрику, тот увидел бывшего командира не с лучшей стороны…

Какое-то время Эрика держалась на ногах, но потом зашаталась и начала медленно заваливаться на бок. Цехель удержался от неуместного рыцарского порыва ее поймать и вместо этого нырнул за деструктором. Цепь натянулась до предела, но пальцы все же зацепили оружие. Как раз вовремя. Олег успел поднять парализатор, но на мгновение растерялся, не зная, в кого стрелять: в Эрику, скорчившуюся на полу, или в Юрия. Его сомнения были понятны. На первый взгляд симаргл выглядел опаснее нездоровой девушки, но после непосредственной демонстрации способностей этот эспер внушал осторожность. Как бы то ни было, заминка стала для Олега роковой.

— Стой! — целясь в него, резко приказал Цехель.

Парень послушно замер.

— Кинь сюда свою игрушку. И у этого губастого забери… Его там что, рвет? Фу…

Обезопасив себя, пленник с помощью деструктора тут же избавился от удерживающей его цепи. Это оказалось не так просто: к тому времени, когда звенья распались, браслет на ноге так раскалился, что Юрия самого уже начало подташнивать от запаха сожженной кожи и плоти. Болевой сигнал он заранее частично заблокировал, но все же ощущения были не из приятных.

— К стене и на колени, — скомандовал, осторожно наступая на поврежденную ногу — слушалась она с трудом. — И снимите свои комы. Не люблю сюрпризы.

Уничтожив гардарийские коммуникаторы, Юрий наконец смог проверить Эрику. Жива, в сознании. Только опять кровь пошла носом, залив подбородок и комбинезон.

— И давно ты так умеешь? — негромко спросил он, помогая сесть дрожащей девушке.

Она вяло пожала плечами.

— Сегодня впервые попробовала.

— А если бы тебя задело откатом? Если бы смерть Нижинского ударила по тебе?

— Мне… — Она тяжело сглотнула и сплюнула розовую слюну. — Мне сложно чувствовать вас, симарглов. Тяжело было пробиться в сознание Владимира. Заблокировать легко.

Рыжий вздохнул.

— Ты безумная, знаешь? Спятившая, абсолютно съехавшая с катушек эмпатка. К тому же жутко опасная. Но я тебя обожаю.

Он не удержался и привлек ее к себе, поцеловал в висок.

— Не надо. — Эрика неприязненно отстранилась. — Что нам теперь делать?

— Да нет у меня плана на такой случай! Но кое-какие идеи есть, — заверил Юрий. — Эй, ты! Белобрысый! Жить хочешь?

Олег повернулся.

— Я достаточно долго вам служил, тай Цехель, чтобы знать, что вы не оставите меня в живых после предательства.

— Полагаю, вряд ли ты предал добровольно, — мягко сказал симаргл.

Олег кивнул.

— На Гардарике мне не оставили выбора, приказав подчиняться Нижинскому. Не скажу, что я был рад этому.

— Тогда почему бы тебе не помочь нам выбраться с корабля? — тоном искусителя предложил Цехель.

— Боюсь, что тогда меня повесят на Гардарике, тай. Так что извините, но нет, — вежливо ответил Олег.

— Я, я вам помогу! — быстро предложил Хог.

Юрий посмотрел на девушку, но та покачала головой, скривившись.

— Прости, но мой ручной эспер против… Ай, Эрика, не щипайся!

— Вместо этого я могла бы поджарить вам мозги… — прошипела она.