Напряжение сходится - Владимир Ильин

Многое можно было приобрести — недвижимость дополнял практически весь промышленный кластер клана, поделенный на крупные лоты. Небывалое событие, слухи о котором за пару дней облетели всю столицу и страну, плеснувшись волной даже за границу империи. Настолько редчайший, уникальный шанс, о котором возбужденно рассказывали на всех светских раутах и приемах зависимые от Черниговских аристократы и нанятые светские бездельники, что многие солидные личности невольно задумывались над приобретением. Клан не экономил на рекламе, спешно доводя информацию до тех, кто традиционно был слишком инертен для торгов, и до тех, у кого приглашение на аукцион могло и вовсе затеряться среди третьестепенных бумаг — кто-то уже имел все, чего желал. Но именно у них были живые деньги, и именно в них клан нуждался более всего.

Не все проходило идеально — в общество все-таки попала информация, что Черниговские остро нуждаются в наличных, глумливо вывалив правду об обязательствах перед Императором. Местами слух удалось высмеять, местами — заговорить древностью и богатством рода, который просто списывает ненужные ему активы. Но беда в том, что это была правда — и аналитики крупных кланов легко доходили до истины, доводя ее до сведения своим хозяевам. А нет ситуации хуже, когда покупатель знает, что продавцу необходимо что-то продать любой ценой.

Тем не менее, клан надеялся на азарт и естественную конкуренцию среди великих князей, которые просто не позволят отхватить дорогой актив за бесценок. Подготовка только усилилась.

Ночами печатались буклеты на продаваемые лоты, и фотографии угрюмых заводов и фабрик спешно перерисовывали в чистые и современные, дополняя суммой годового дохода крупным шрифтом и возможных потенциальных прибылей при весьма скромных инвестициях. Клеились масштабные макеты комбинатов, курьерами доставлялись образцы продукции и наводили лоск на директоров заводов, проговаривая с ними сценарии бесед с потенциальными клиентами — и директора с удивлением узнавали, что на них предприятиях нет никаких проблем.

Ночами же шептали соблазненные деньгами и подарками фаворитки, обращая внимание своих кавалеров, что если не купят они, то купит старый соперник и враг, изрядно усиливаясь во вред ее любимому и обожаемому кумиру.

Огромная масса усилий и вложений — все ради того, чтобы потом, в день аукционных торгов, сказать:

— Где все?

Голос был тих и спокоен, не отражая той ярости и обескураженности, что царила внутри князя Черниговского.

Стоит отметить, что аукционный зал при этом был достаточно неплохо наполнен людьми, курсирующими от своих мест возле аукционного подиума к столикам с напитками и снедью вдоль стен. Велись беседы, лился смех и раздавались радостные приветствия узнавания, а атмосфера перед началом торгов казалась заряженной азартным предвкушением.

Но князь Черниговский отлично знал, какой процент из присутствующих составляют зависимые от него аристократы, призванные повышать ставки в чужих торгах и вовремя выкупать те объекты, за которые не давали настоящей цены. На браслетах подставных лиц были десятки миллиардов условных единиц — но ни одна из них не подкреплялась настоящими деньгами и золотом, так необходимыми клану.

Более того, князь знал, сколько денег на депозитах суммарно разместили все приглашенные. Воистину астрономическая сумма. Владельцы львиной доли которой просто не пришли. Зарезервировали деньги — методично и пунктуально. С профессионализмом и похвальной деловой хваткой забрали себе все копии материалов по продаваемым лотам, провели предварительные переговоры с директорами. Некоторые даже откомандировали на интересующие предприятия аудиторов — и князь Черниговский, скрипя зубами, дозволил им пройти по заводам с обзорной экскурсией. Столько суеты и усилий, чтобы просто не прийти в последний момент.

Их нет — а значит все не потраченные суммы этим же вечером вернутся из резерва обратно хозяевам, а браслеты со всеми их единицами можно будет выкинуть.

— Время еще есть. — Флегматично отметил порученец, завороженно глядя на вход в зал. — Основные лоты идут после обеда.

Будто сейчас там появится кто-то от Панкратовых или Юсуповых, Галицких или Долгоруких, Шуйских или Шуваловых. Или кто-то еще из десятка фамилий, так или иначе связанных с этими великими князьями.

— Почему их нет? — Повторил князь. — Ты звонил им? Они опаздывают?

— Контактные лица не берут телефон. Я звонил в приемную, там не знают. Сами их сиятельства в отъезде.

Черниговский чуть повел плечом, стряхивая неприятное ощущение, прицепившееся к позвоночнику. Беда всегда привлекает к себе охочих до легкой наживы — и князь был готов к тому, что с многим придется расстаться не за полную стоимость. Однако сейчас дыхнуло холодом, как от внимательных взглядов хищников, приглядывающихся к захромавшему бизону.

Ерунда. Он еще крепко стоит на ногах.

— Сколько денег мы сможем получить?

Он уже знал, что недостаточно. Но было важно знать, насколько.

— Если торги пройдут по запланированному сценарию, половину, — осторожно вымолвил порученец.

И это «если» обесценивало любую оценку. Не более трети от необходимых клану двухсот сорока миллиардов, отдать которые нужно не позднее вторника.

Скверные мысли развеяли подошедшие гости — из числа тщеславных, но бедноватых, которым следовало уделить толику внимания и улыбок уголками губ. Князь не особо помнил фамилии и имена — их подсказал наушник в ухе, равно как и сумму, которую те вложили в депозит. Номинал. Может быть, что-нибудь купят. Может, пройдутся по залу, выпьют бесплатное вино и пообщаются с иными гостями и уйдут, не потратив ни копейки.

Совсем не те гости, которых он ждал. И тем не менее, может — те действительно явятся позже?

Господин и слуга продолжили находится в зале, приветствуя гостей, ведя разговоры по одиночке в кругу равных себе, курсируя к парам и аплодируя по завершению очередного аукционного раунда, приветствуя новых владельцев клановой собственности. Но непременно сходились в одну точку каждые двадцать минут, чтобы вместе посмотреть на двери и обменяться отсутствием новых сведений. Напряжение — невысказанное, не отраженное на лице, в манерах, улыбках и дежурных комплиментах — тем не менее росло от часа к часу, накапливаясь к моменту подхода к самым крупным лотам.

— Перенести аукцион? — Предложил порученец, аплодируя вместе с князем неизвестной ему группе молодых людей в красных бабочках, за неплохую сумму выкупивших все молокоперерабатывающие предприятия на территории княжества.

Даже настроение поднялось — не настоящая цена уплачена, но сумма выходила круглая. Пусть даже покупатели не из аристократов, а из числа тех самых, кто купил себе приглашение — однако у них есть золото, и это главное.

— Ты выяснил, нам дадут кредит? — Поджав губы, произнес Черниговский, не став объяснять о бессмысленности переноса.

Уже во вторник будет слишком поздно, а полагаться, что крайне ответственные и хваткие представители великих князей просто разом заблудились и потерялись в Москве, но завтра обязательно будут — несусветная чушь.