К чему приводят девицу... Ночные прогулки по кладбищу - Анна Рассохина

— Не-эт, — повела я пальчиком. — Я еще хочу-у-у…

Орин и Лисса перестали разговаривать, а Корин поднялся из-за стола и протянул мне руку:

— Пойдем погуляем, маленькая!

— Думаешь, это необходимо? — серьезно спросила я.

— Знаю!

Я сделала вид, что раздумываю, затем призывно улыбнулась и приняла его руку:

— Раз знаешь, то пойдем!

Корин обнял меня за талию. Вслед нам раздалось недовольное фырканье кузины и досадливое хмыканье Орина.

Шли медленно по петляющей среди деревьев, кустарников и клумб дорожке. Воздух был свеж, отчего дышалось свободно. Освещенная полными лунами тропинка вывела нас к озеру. Оно было небольшим, на его темной зеркальной глади плавали осенние листья и отражалось ночное небо. По берегам росли деревья, среди которых были и яблони. Я прислонилась к гигантскому стволу одного из дубравников, спиной ощутив его шероховатую кору. Пока рыжик отошел к соседней яблоне, я подняла голову и сквозь листву увидела небо с рассыпанными по нему бусинами-звездами.

Вернулся Корин и протянул мне наливное желтое, с красным бочком яблоко.

— Вот возьми, перекуси немного!

Противиться я не стала, моего носа уже коснулся душистый аромат спелого яблока, а само оно оказалось сладким с легкой кислинкой, а еще хрустящим и сочным. Так что я не заметила, как съела весь плод.

Корин все это время молча, с затаенной в глазах тоской наблюдал за мной. Потом подошел близко-близко ко мне, одну руку согнул в локте и прислонил к стволу, а пальцем другой нежно провел по моей щеке. Я ощутила его дыхание на своем лице.

— Хочешь меня поцеловать? — срывающимся голосом поинтересовалась я.

— Возможно, — прошептал он.

— Когда хотят поцеловать девицу, то сначала просят у нее разрешения, — назидательным тоном проговорила я.

— Прошу, — прохрипел он.

Я на ирну закрыла глаза, и мое сердце пропустило удар. Эта волшебная ночь! Эта нежданная осень посередине зимы! Этот таинственный свет лун! И наконец, это дурманящее состояние души и тела! В общем, я решилась и выдохнула:

— А давай!

Рыжик отчаянно потянулся ко мне и прикоснулся своими губами к моим. Вихрем пронеслись в голове воспоминания: нежный, словно прикосновение мотылька, поцелуй Ильяна, мимолетный, словно дуновение горячего ветра в пустыне, поцелуй Андера и этот… сметающий все на своем пути стремительный горный поток. Бурный, ошеломляющий!

И вот Корин отпустил меня, я глупо моргала, а затем попросила:

— Поцелуй меня еще раз!

Теперь глупо захлопал глазами Корин, а затем прошептал:

— Что же ты творишь со мной, маленькая? — и со стоном вновь приник к моим губам, и мне снова стало очень хорошо.

Парень крепко прижимал меня к себе, где-то на задворках сознания мелькнула мысль, что это неприлично, но она быстро потонула в головокружительных ощущениях, которые дарили его губы.

Не знаю, долго ли это могло продолжаться и чем бы все закончилось, но внезапно в кустах послышался смех, и веселый голос сообщил кому-то:

— Ребята, пойдем за яблоками!

Корин, с неохотой оторвавшись от моих губ; взял меня за руку и потянул в противоположную голосам сторону.

— Корин, а скажи мне одну вещь? — спустя какое-то время попросила я.

— Какую именно?

— Вот твои родственники принадлежат к высшей эльфийской знати, но все-таки вы с братом часто гостите в Астрамеале. Значит ли это, что вас воспринимают как равных?

Парень задумался, мы шли рядом, держась за руки. Потом он ответил:

— Это непростой вопрос. Знаешь, я и сам не могу определить, как мои эльфийские родственники ко мне относятся!

— А сам ты как к ним относишься?

Корин, снова подумав, произнес:

— Сложно сказать. Да и как я могу относиться к той же бабушке, если по виду она всего лет на десять-пятнадцать старше меня?

— М-да, проблема, — согласилась я.

— Так оно и есть!

— А себя ты кем больше считаешь, эльфом или человеком? Вот я, например, себя больше человеком ощущаю, но оно и понятно, во мне слишком мала доля эльфийской крови!

— Кем я себя ощущаю? Здесь — я человек, а в Норуссии… хотя и в Норуссии тоже человек.

— Да, вы с братом не слишком похожи на эльфов. Я даже удивилась, когда услышала вашу фамилию, — призналась я.

Корин усмехнулся, а я поежилась, так как на улице заметно похолодало. Рыжик, заметив это, произнес:

— Утро на подходе. Пора возвращаться, да и ты совсем замерзла.

— Зато протрезвела, — тихо отметила я.

Он рассмеялся:

— Вот видишь, я же говорил, что прогуляться тебе не помешает!

Я кивнула, а Корин обнял меня за талию и сказал:

— Так теплее будет!

Протестовать мне совершенно не хотелось.

— Тогда последний вопрос? — Я выжидательно посмотрела на него.

— Давай.

— Кем бы ты хотел быть — эльфом или человеком?

— Эльфом! — не раздумывая, ответил он.

— Почему?

— У них способностей больше. Они быстрее, хитрее, ловчее, неслышнее…

— Высокомерные снобы! — прервала я поток его эпитетов.

— А я был бы мягким и ласковым, — шепнул парень.

Я представила и прыснула со смеху:

— Ну ты и придумал! Мягкий и ласковый эльф, не котенок ведь!

— Я был бы именно таким! — с уверенностью заявил мой рыжик.

— Пошли уже, а то там, наверное, наши сестрица с братцем заскучали совсем, — улыбнулась я.

Но Орин и Лисса вовсе не скучали. В этом мы убедились, едва заглянули в беседку. Наши родственники упоенно целовались, причем они не заметили даже нашего возвращения. Пока я изумленно взирала на это, Корин подмигнул мне и деликатно кашлянул.

Орин и Лиссандра отпрянули друг от друга. Черноглазый братец моего рыжика, ничуть не смутившись, тут же осведомился:

— Нагулялись? Как прогулка?

Лисса густо покраснела и потупилась. «Ну, рыжая, я тебе это еще припомню!» — Я бросила в сторону сестрицы выразительный взгляд, а Корин между тем ответил:

— Погода была чудесная, но к утру похолодало. Пора расходиться.

Орин согласно кивнул, и мы быстро отправились к летающей повозке. Попрощавшись с кавалерами, мы с кузиной пошли в отведенное нам крыло дворца Владыки. Старались не шуметь, крадучись пробираясь по коридору.

— А я пьяная! — глупо хихикала Лиссандра. — Вот чес-слово первый раз так напилась!