Уникумы Вселенной - Юрий Иванович

Юниус замер от этого прикосновения – и не сразу понял, что она насмехается.

– У вас здесь от постоянных нажимов инструктора вся кожа в мозолях. Видать, трудно вам давалось обучение?

Он выдернул свою руку, но тоже не удержался от сарказма:

– Несуществующие мозоли вы нащупали, а нужные символы замка – не можете. Может, у вас не все в порядке с осязанием?

– С осязанием у меня нет проблем! – Теперь уже Абелия стала постепенно терять над собой контроль и злиться. У нее даже губы стали подрагивать от обиды. – Проблемы у меня только с вышестоящим начальством. Точнее, лишь с одним, и то только с «чуть вышестоящим»!

Как ни странно, ее тирада еще больше укрепила мнение Юниуса о его превосходстве. Уже больше не обращая внимания на приятные или неприятные ощущения от ее прикосновений, он сухо и деловито показал системы работы первого замка, потом второго, третьего и четвертого. В заключение он сунул ей в руки еще один листок, с обозначениями мест нажима и сказал:

– Тренируйтесь! Когда справитесь с этими четырьмя, позовете меня. Я буду на верхней палубе, в первом служебном отсеке. Желаю удачи!

И упругой красивой походкой направился в носовую часть грузового трюма, где ловко поднялся наверх по винтообразной лесенке. Он старался не оглядываться, ибо даже спиной чувствовал испепеляющий взгляд своей подчиненной. Этот взгляд хоть и покалывал, но приятно тешил его мужское самолюбие. А девушка в этот момент действительно чувствовала ненависть. От злости она едва не скомкала листки со списками и схемами и только огромным усилием воли сдержала себя, чтобы не изорвать их и не раскидать по палубе. Это был воистину переломный момент в ее работе на ведомство Тасона: еще миг – и она отказалась бы от поездки в Хардию. Но только она об этом подумала, как ее руки, уже готовые мять и рвать, замерли. А мысли приняли совсем другое направление. И неожиданно для самой себя она истерически захихикала. Она смеялась тихо, изо всех сил закрывая себе рот одной рукой: «Не хватало еще, чтобы он услышал! А ведь вывел меня из себя, достал! Вот гад… Но я тоже хороша! Чего нервничать? Ведь давала себе слово не поддаваться на его провокации! Сама виновата: не смогла увидеть в этом нечто смешное и поучительное. Так мне и надо. А теперь – за работу! Хватит хихикать, будто я полоумная! Остается одно: доказать, что я на что-то способна!» И она, со всей присущей ей настойчивостью и рвением, принялась учиться открывать тайные замки.

Юниус поднялся в служебный отсек, огромное помещение, расположенное сразу за пилотской кабиной, и тоже занялся делом, постоянно прислушиваясь к шумам, доносящимся снизу. Вначале ему даже показалось, что кто-то исподтишка хихикает, но он тут же отогнал от себя эту слуховую галлюцинацию. На самолете ведь никого больше нет, а чтобы смеялась девушка… В это он ни за что бы не поверил. Усмехнувшись своим мыслям, советник открыл большой пузыритовый футляр у борта и достал сложный многофункциональный штатив. Установив его в центре отсека, снова прислушался. Теперь снизу слышалось какое-то поскуливание, перемежающееся иногда глухими ударами. «Ага! Наверное, в бешенстве колотит ногами по переборке. Ха-ха!» Вернувшись к футляру, Юниус достал из него солидную трубу переносного телескопа и закрепил на штативе. Замер. Ничто не нарушало тишины. «Все! Выдохлась птичка! Э-э! Если она так будет копаться, то и до завтра ничего не добьется. А ведь скоро взлет… Неужели она такая тупая?..» Неожиданно снизу раздался щелчок, и Юниус даже вздрогнул от женского верещания:

– А-а-а! Открыла, открыла, открыла!..

Доставая и накручивая на телескоп сменные объективы и окуляры, советник заулыбался: «Смотри-ка! Все-таки молодец! Неплохо для дилетанта! – и тут же сам себя стал приструнивать: – А с чего это я так обрадовался? Ведь чем ей хуже, тем мне веселей! Хотя и будет немного ее жалко, если она не посмотрит старт…» И в тот же миг где-то глубоко проснулась совесть и завопила: «Ну хитрец! Сам себя обмануть хочешь?! Ты ведь с самого начала планировал ей старт показать!» В ответ Юниус отчаянно застучал себя по голове и принялся лихорадочно разыскивать недостающую деталь. «Где же этот чертов окуляр? Неужели потерялся? А, нет, слава Пирамиде! Вот он! Повезло!»

А снизу все чаще доносились щелчки и все более резкие и громкие удары крышек при их захлопывании. И когда телескоп был собран полностью, по лестнице раздались звонкие, вызывающие шаги. Абелия поднялась наверх. Она собиралась доложить четко, по-военному, но не сдержалась и воскликнула:

– О! А это что такое?!

– Хороших работников в нашем ведомстве поощряют и даже награждают, – нравоучительно произнес советник и добавил, не удержавшись: – Иногда, правда, посмертно…

– Ну, я до такой степени выслуживаться не собираюсь! – успокоила его Абелия.

– И поэтому мы вместе понаблюдаем старт отсюда. Все-таки это эпохальное событие.

Он жестом фокусника повернул один из рычажков. В тот же момент потолок словно раскололся пополам, и правая половина стала съезжать вниз. Весь верх отсека был совершенно прозрачным, и когда было необходимо, просто убирались затемняющие створки. Их взору представилась уходящая вдаль гигантская чаша. Вернее, не измеримое взглядом взлетно-посадочное поле Западного бастиона, на котором базировались почти все наличествующие летные силы Океании. Именно отсюда и намечался старт первого корабля с человеком на борту и, почти одновременно, целый каскад последующих взлетов с модулями космической станции, которая, по плану, должна автоматически собраться на орбите в ближайшие сутки.

– Дух захватывает от этого зрелища! – призналась Абелия. Ее щеки порозовели, дыхание стало прерывистым, а глаза заблестели, как две звездочки.

Юниус почувствовал себя почему-то польщенным и гордо расправил плечи. С трудом отведя взгляд от личика девушки, он сосредоточил его на летном поле. И стал комментировать:

– А людей-то понабежало! Не иначе как вручную корабли будут подкидывать. Вот уж Панаис накомандуется!

– А разве космосом заведуют не гражданские ведомства? – удивилась Абелия.

– Конечно заведуют! – с сарказмом стал объяснять советник. – Но все они числятся на балансе военного ведомства. А кто платит, тот и заказывает музыку.

– Смотрите, смотрите! – воскликнула девушка, указывая рукой направление. – Вон там! Поднимается огромный воздушный шар!

– Это не шар. И не воздушный. И не поднимается – его только начали накачивать газом…

– А я и не знала! – Глаза Абелии округлились от чистосердечного удивления.

– Вы разве не читали об этом в газетах и спецвыпусках? – удивился в свою очередь Юниус.

– Ну, там так много пишут… – Девушка замялась и умильно сложила губки бантиком. – И каждый о своем… И все разное… Я совсем запуталась! Спросила у отца, а он стал мне наглядно демонстрировать: зажег старые газеты и принялся загонять дым под легкую газовую косынку: мол, смотри, как она поднимается. А при чем тут дым? – Видя, как советник снисходительно посмеивается, она перешла на тон просящего ребенка: – Если вам не трудно – просветите меня в технических подробностях.