Собиратель зла - Виктор Ночкин

Дальше пошли мощенные камнем улицы старой застройки, а трехэтажные здания, кажется, были возведены еще во времена Повелителя. Пешеходов стало меньше, зато в окнах там и сям торчали скучающие горожанки. Жизнь здесь сытая и спокойная — так что у хозяек есть досуг наблюдать за улицей.

— Почтенная женщина, — окликнул Хагней одну, которая показалась толстяку приятней соседок, — не скажешь ли, как мне отыскать представителей Ордена?

Хозяйка, дородная, крупная женщина, оглядела толстого магистра с головы до ног и, должно быть, осталась довольна зрелищем.

— Вы верно едете, добрый господин, — низким грудным голосом протянула горожанка, — вам во-он туда, там направо свернете, и дальше все прямо и прямо. Попадете на площадь, увидите ратушу, это самое большое здание, а по правую руку — дом поменьше, это и есть представительство. Ваши, стало быть.

Указывая, куда ехать, толстуха высунулась из окна, и Хагней с удовольствием наблюдал, как ее бюст колышется при каждом движении.

— Спасибо, почтенная, — с достоинством кивнул магистр.

Он смотрел на крупную горожанку, но из памяти не шла тощая девчонка с невольничьего рынка. Элина, надо же, как прицепилась… Вот заноза! Хагней поехал согласно совету толстой горожанки и в самом деле вывел кавалькаду на площадь. По левую руку лежала широкая набережная, там протекал Бодель. Вдоль набережной двигались пестро одетые горожане. Наверное, обычное место прогулок лучших людей города. А здание представительства Ордена смотрелось довольно скромно рядом с высоченной ратушей, украшенной многочисленными статуями.

В представительстве высоких гостей не ждали, Хагней собрался второпях, послать гонцов никто не догадался. Поэтому появление магистра застало местных братьев врасплох. Они спешно принялись одергивать белые плащи, без надобности кланяться доброму Хагнею… Магистр остановил ненужную суету и велел:

— Сперва пообедаем. Сумеете накормить мою свиту?

Старший из раамперльских братьев оправился и — снова с многочисленными поклонами — предложил располагаться. Он велит накрыть стол в большой зале, но если высокий гость проголодался, можно подать легких закусок… Хагней любил поесть, но решил не портить аппетит наспех собранной снедью.

— Пусть ваши люди поторопятся. Я подожду обеда. Ну а уж после и поговорим. На пустое брюхо разговор не ладится.

Стол накрыли с похвальной поспешностью, да и приготовлено все оказалось отменно. Гостям подали свинину под острым соусом, пирог с дичиной, вдоволь было и вина. Здешние края славились виноградниками, так что старший из раамперльских братьев, по имени Астус, щедро подливая в кубки гостей, сопровождал трапезу занятными рассказами — он прекрасно разбирался в сортах вин, мог красочно и увлекательно описать, из какой местности доставлен тот или иной бочонок, какие легенды бытуют в помянутых краях и каковы традиции тамошних виноделов. Обед удался на славу, настроение Хагнея улучшилось, и, насытившись, он заговорил вполне благодушно:

— Меня привели сюда жалобы, направленные в Дом Света.

— А, волк-оборотень! — кивнул Астус, снова подливая магистру вина. — Попробуйте, добрый Хагней, этого. Легкий приятный сорт, к мясу я бы не советовал, а на сытый желудок, к славной беседе — то, что требуется! Так вот, что касается волка… Видите ли, добрый Хагней, у меня просто не хватает людей, чтобы уследить за всем. Честно сказать, с ног сбился. Больше всего хлопот с переселенцами.

— С переселенцами?

Магистр прежде занимался делами на севере, здешних проблем не знал.

— Ну да, — принялся объяснять Астус. — После того, как пал Кордейл, тамошний край остался без господина, и Ордену пришлось взять на себя заботу о восточной области. Наше отделение осуществляет протекторат над областью Кордейла… Когда я принял здесь дела, ситуация была крайне запущенной. Если б вы знали, с каким трудом мне удалось навести порядок…

Братья, подчиненные Астусу, с жаром принялись поддакивать — мол, в самом деле, их добрый предводитель ночей не спит… да и вовсе не ведает покоя, зато на востоке власть Ордена наконец-то установилась полностью! Хагней отметил, что здесь знают, как угодить начальству, — вон как своего главу нахваливают!

— В самом деле, — продолжил Астус, — ведь некоторые общины области Кордейла вздумали оказать неподчинение! Захотели сами управлять! Это прислужники Лорда Тьмы-то! Представляете?

— Не подчинялись воле Ордена? Ай-яй-яй, как глупо, — покачал головой Бремек. — Ведь наш доблестный магистр одолел Крыло Ночи! Как же вассалы Графа посмели после этого не слушаться приказов победителя! Впрочем, я понимаю… после этой славной победы силы Ордена были подорваны… воистину, эта славная победа едва не погубила братство. Смутьянам могло показаться, что удастся отстоять свою самостоятельность… Да, брат Астус, я понимаю — вам нелегко пришлось.

Хагней поморщился — слишком уж прытко берется за дело ловчий. Астус отнес недовольную гримасу магистра на свой счет и торопливо принялся оправдываться:

— Разумеется, мы вколотили в бунтовщиков почтение к новым господам, но это потребовало времени и сил. Теперь мы постепенно заселяем восточный край, отправляем отсюда, из Раамперля, конвои беженцев — во главе с нашими людьми и под нашей охраной. Сюда сходится народ из северной и западной четвертей Круга. Зима наступает, солдаты Капитана Ройнгарда тоже, знаете ли…

— Знаю, бился с ними не раз, — кивнул магистр.

— Стало быть, представляете, что тамошние людишки бегут сюда, надеются прокормиться… О наших краях идет добрая слава… но она преувеличена! Раамперль не в силах дать работу всем желающим, а округа заселена достаточно плотно. Беженцам приходится туго, они голодают… я слыхал, иногда отцы продают сыновей и дочерей в рабство, чтобы прокормить семью!

Хагней припомнил крики Элины на невольничьем рынке и снова помрачнел.

— И Орден, разумеется, приходит на помощь беднягам, — закончил Астус. — Мы даем беженцам возможность поселиться во владениях поверженного Графа Кордейла, под нашей опекой. Я писал об этом в Дом Света… просил помощи…

Астус развел руками.

— И ваши письма, разумеется, осели где-то в канцелярии великого магистра, — злорадно заметил Бремек. — Добрейший Могвид чересчур озабочен судьбами Круга, ему не до мелочей.

— Не мне судить, к чему обращены думы добрейшего, — осторожно откликнулся глава раамперльского представительства, — но сами судите, есть ли у меня возможность заниматься этими нападениями? Оборотень — такая трудная добыча…

— Изловить оборотня — задача весьма сложная, — согласился ловчий, — по плечу только настоящему специалисту, да и для него — великий труд.

— Об этом животном поговорите с братом Бремеком, — объявил Хагней, — он отлично разбирается во всяких охотничьих премудростях. И вообще, толковый брат, прислушивайтесь к его словам. А меня больше интересуют доносы относительно собирателя. Давайте поговорим об этом.