Фронтир. Город в степи - Константин Калбазов

— Ты на замену никого не привез? Он‑то вроде как и поутих, но кто знает, чем это все может обернуться. Воду‑то мутит. Мне только Ленина на броневике не хватает.

— Материалы весьма качественные, потому я не подумал об этом. У него ведь еще три года контракта. Написал бы, озаботился бы.

— Забыл. И без того хлопот хватает. Ладно, чего уж теперь‑то.

— Я организую замену. Правда, скоро не обернуться. Ладно, Сергей, я пожалуй пойду, время.

— Иди. А я тут еще посижу, сивона попью.

— До вечера.

Сергей проводил взглядом друга, а затем глубоко вздохнув поднялся из‑за стола. Сивон здесь подавали знатный, но ему сейчас не до него. Есть еще дела. Нужно было посетить одного человечка. Оно бы не помешало начать с него, но пароход прибыл на день раньше, хорошо хоть сам с людьми оказался здесь вовремя. Пришлось сразу нацеливаться на порт.

— Здравствуйте господин Забар.

— Кого я вижу, — с показной радостью, произнес мужчина в годах, худощавого телосложения. — Господин Варакин, возмутитель спокойствия. И каким образом вам удалось организовать столь быструю регистрацию новым переселенцам?

Воровской авторитет, Луйко Забар, откинулся на высокую спинку стула, за своим столом. Они находились в его рабочем кабинете, расположенном в дальней комнате его лавки, являвшейся прикрытием его деятельности.

— Подсчитываете убытки? — Одарив собеседника улыбкой и без приглашения присаживаясь на свободный стул, вопросом же ответил Сергей.

Как и в прошлую их встречу, в комнате они находились не одни. У входной двери замерли двое громил Луйко. Но Сергей и не думал смущаться этим обстоятельством. Чем больше уверенности в себе и своих силах, тем лучше тебя воспринимает эта братия. Главное не перегнуть палку и не преступить черту когда хозяин кабинета попросту не сможет дать задний ход.

— Признаться, я не привык к финансовым потерям. Я приказал не противодействовать данному происшествию. Но вы должны понимать, так дела не делаются, — сокрушаясь и слегка переигрывая заявил Луйко.

Впрочем, сделано это было намерено. Вся фальшивость и несоответствие слов и мыслей, выставлялись напоказ, дабы гость ни в коем случае не принял все за чистую монету. А Сергей и не собирался. Не глупее паровоза.

— Понимаю, а потому лично явился принести вам свои извинения. Хотя, как вы помните, встречаться с вами я больше не собирался.

— Вы принесли мои деньги? — Резанув собеседника стальным взглядом, поинтересовался Луйко.

— Господин Забар, если бы я это сделал, то перестал бы себя уважать. Я ведь говорил вам, что никому не позволю трогать своих людей, а эти люди приехали именно ко мне, и они уже моя ответственность. Но и ссориться с вами в мои планы так же не входит, война никому не выгодна. Поэтому я пришел к вам хотя и не с деньгами, но зато с обоюдно выгодным предложением.

— Именно по этой причине, вы появились в столице в сопровождении своих бойцов? И отчего вы решили, что подобное предложение сумеет меня заинтересовать, а не разозлить?

— От того, что оно позволит не только перекрыть ваши сегодняшние потери, но и сулит большую выгоду. В противном случае… Я не умею отступать. Вы правильно подметили, насчет бойцов. Однако, я здесь вовсе не для того, чтобы бряцать оружием и ставить свои условия. Как я уже сказал, я пришел к вам с предложением. Мне кажется, что дальнейшая беседа в подобном ключе заведет нас обоих в тупик, где слишком тесно вдвоем. Признаться мне бы этого не хотелось. Просто посчитайте до десяти. Уверен — со счетом десять, вы поймете, что меня стоит выслушать, а уж потом принимать решение.

— Я слушаю вас.

— Вы представляете, что значит разработка угольных копей? Скажем так, вы понимаете, сколько для этого нужно рабочих рук?

— Предполагаю, что много.

— Несколько тысяч и это только рабочих, и я не преувеличиваю. Так вот, суть моего предложения в следующем. Я больше не буду организовывать прибытие переселенцев из Рустинии. Вместо этого я собираюсь открыть в районе бараков вербовочный пункт. Зная о состоянии дел в этом месте, я пришел к вам с предложением. Каждый месяц работы вербовщиков, вы будете получать по пятьдесят крон.

— Шестьсот за год, — уточнил Забар.

— Четыреста. Только четыреста. Вербовщики будут работать лишь то время, пока будет открыта навигация на реке. Но в результате вы получите гораздо больше. За каждого переселенца, который обратится ко мне по рекомендации ваших людей, я буду выплачивать премию по вами же установленному тарифу, крона за взрослого и пятьдесят гнедков за ребенка. Разумеется плата будет только за тех, что пройдут через моего человека в Крумле и отправятся в Домбас.

— А вы не думаете, что может так оказаться, что чудесным образом все переселенцы обратившиеся к вашему вербовщику, окажутся там по рекомендации моих людей?

— Не боюсь. Помнится, вы снизошли даже до того, чтобы потребовать от меня, не трогать владельца борделя, только по тому что, там имело место ваше слово. Не думаю, что вы станете размениваться по таким мелочам. Тот кто придет туда сам, сам и придет, другие помянут вас или ваших людей. Уверен, что так и будет.

— А если людей окажется слишком много?

— Думаю, с потоком человек в двести в месяц, я вполне справлюсь и сумею всех разместить.

— А не боитесь, что люди прибывшие туда, будут несколько недовольны сделанным ими выбором. Мне не кажется, что пинкская территория то место, где стоит иметь недовольных.

— Именно по этой причине и не боюсь. Прибыв туда, они станут моей ответственностью, а за своих людей я готов на многое, — правильно поняв авторитета, заверил Сергей.

Кто бы сомневался, что методы вербовки у Луйко будут далеки от идеальных. Скорее всего, людей будут запугивать и буквально заставлять отправиться на угольные копи. Но Варакина устраивало и это. Он просто не видел иного способа, как можно быстро и в сжатые сроки, организовать переселение большого количества людей.

Если бы он пошел по этому пути год назад, то обязательно проиграл бы. Но сейчас, когда у него стоял готовый и пока пустующий вполне благоустроенный поселок, и имелись рабочие места, все будет куда проще. Даже если люди откажутся работать на добыче угля, Высокая Гора предоставит им земельные участки для устройства хуторов. И это будут далеко не худые земли. У куроки все еще просторно и привольно. Варакин был уверен, что пообщавшись со старожилами, как жителями поселка, так и хуторянами, переселенцы поймут, что их заставили сделать верный выбор, сулящий выгоды им и их семействам.

И потом, он никого не собирался удерживать силой. Но одно дело слышать всякие небылицы, что хорошего толка, что плохого, и совсем иное увидеть все своими глазами. Разумеется отток людей будет иметь место, не без того. Вот только он будет незначительным. По иному просто не могло быть. Потому что сегодня даже те, кто ехал туда пребывая в смутных сомнениях, и не помышляли о переезде в более заселенные места.