Скалолазка и мертвая вода - Олег Синицын

А вдруг эта темноватая жидкость и есть «мертвая вода»?

По спине заструился нехороший холодок.

Бред, Алена! Взрослая девочка, а в голове одни глупости… Может быть и так… Но фужер с той водой до сих пор находится на крыше!

Я взволнованно поднялась с кресла, чтобы рассказать обо всем Жаке. Не хотелось больше никаких проблем. Скоро полечу домой, в Москву. Местным полицейским предстоит расследовать убийство Энкеля. Информация о странной жидкости им пригодится. Пускай они голову ломают о ее назначении – это их работа.

Едва я успела открыть рот, как дверь распахнулась и в кабинет ворвался начальник охраны. Игнорируя наши вопрошающие взгляды, быстрым шагом он приблизился к Жаке и стал что-то шептать ему на ухо. Я различила только слова «метан» и «Северное крыло». Лицо Анри побледнело, глаза нервно забегали. Кажется, гонец принес нерадостную весть.

– Проклятье, – произнес этнограф. – Немедленно эвакуируйте людей из здания. Северное крыло сейчас пустует, но я не хочу, чтобы еще кто-то из гостей пострадал.

– Что случилось? – произнесла Верочка заспанным голосом.

Этнограф вымученно улыбнулся.

– Ничего страшного, – ответил он. – В Северном крыле ощущается запах газа. Где-то образовалась утечка.

Ну, конечно, ничего страшного! Совершенно ничего! Хоть детей приводи на экскурсию!

Если эвакуируют людей, значит, достаточно искры – и Северное крыло фамильного особняка останется только в воспоминаниях.

Иллюстрируя этот вариант, Верочка грохнула свой фужер с шампанским на пол. Словно мои мысли прочитала. Ничего удивительного. Мы с ней давние подруги. Близкие – почти как сестры. А мысли близких людей часто очень схожи.

Брызнувшие по ногам осколки встряхнули мужчин.

– Нужно перекрыть задвижку на линии, которая питает здание, – сказал начальник охраны. – Вы можете показать, где она находится?

– Не уверен, что знаю наверняка, но попытаюсь. Кажется, где-то на улице…

Анри обернулся к нам с Верой:

– Пожалуйста, покиньте дом через Южное крыло.

– Южное… это на юге? – неуверенно спросила Верочка.

– Это крыло, где проходил прием. Дверь, в которую вы вошли. Найдите лимузин, доставивший вас, и ждите в нем.

Правильно. Так будет лучше всего. К тому же в лимузине осталась моя одежда. Хоть переоденусь в сухое. Сниму, наконец, это Светкино платье. Сил больше нет носить его.

– А как мы отыщем тот самый лимузин? – спросила я.

– Помните шофера? Его найдите.

Помню ли я шофера? Сомневаюсь, что смогу узнать нашего африканца среди других таких же…

Мои мысли оборвались и полетели куда-то в пропасть. Я вдруг увидела, как Жаке протянул руку к одной из полок и взял с нее…

ЧЕРНУЮ ШЛЯПУ!

Окружающие краски сразу поблекли. Комната и стеллажи с книгами закружились. Будто кресло, в котором я сидела, и не кресло вовсе, а сани американских горок.

– Оставайтесь в лимузине, – произнес Анри, надевая шляпу. Его голос сделался для меня вдруг невероятно громким и отчетливым. Я вслушивалась в каждое слово, в каждый звук, произносимый Жаке. – Я вас найду, – закончил этнограф.

Он нас найдет!

От ужаса я не могла пошевелиться. Элементы мозаики последних событий сложились в зловещую картину.

Анри и начальник охраны спешно вышли из кабинета. Я ошеломленно проводила взглядом черную шляпу на голове француза.

Неужели примерный этнограф Анри Жаке и есть тот человек, который инструктировал лысого убийцу Чиву?!

Невозможно поверить!

Но все сходится. Анри Жаке отлучался из зала как раз в тот момент, когда я, заляпанная икрой, наткнулась на подозрительную парочку в коридоре. Представилось, как он говорит Чиву: «Я подниму занавес экспозиции, все будут хлопать, и ты прирежешь спокойно моего старого друга!»

Меня с самого начала удивляла наглость, с которой преступники орудовали в чужом доме. Теперь все встало на свои места. Ведь они действовали по указаниям хозяина дворца! Неудивительно, что служба безопасности никого не поймала. Как можно поймать самих себя?!

Я вспомнила усмешки и странные взгляды этнографа. Сопоставила с тем, как смотрел на меня человек в шляпе… Не знаю, чем доктор Энкель насолил Анри Жаке. Возможно, причина кроется в странной жидкости, которая осталась на крыше?

– Алена, – подала голос Верочка. Похоже, она действительно переусердствовала с шампанским, потому что говорила заплетающимся языком. – Я не понимаю, что происходит?

Я принялась рыскать по кабинету. Распахивать дверцы шкафов, выдергивать ящики стола.

– Мы в серьезной опасности, Веруня! Твой дружок-лягушатник организовал весь этот переполох.

– Кто? – удивилась Шаброва. – Жаке?

– Нет, конь во фраке!

Вера пьяно рассмеялась.

– Ну ты и выдумщица! Он же ученый, Алена. Зачем ему это?

Я прервала на мгновение поиски и повернулась к ней:

– Знаешь, каких ученых я встречала? Был у меня такой знакомый – профессор Йоркского университета Майкл Гродин. Археолог. Вроде бы милейший старикан… Пытаясь найти древний тайник, продался всем, кому только можно было, и руки перепачкал в крови по самые уши!.. Разные ученые бывают, Верочка.

Вера нахмурилась, пытаясь переварить информацию. А я, наконец, нашла то, что упорно искала. Квадратный хрустальный графин с каплеобразной пробкой. Пойдет!

Воду из графина вылила прямо на ковер – нечего церемониться с имуществом этого мерзавца.

Не знаю, что они там задумали с начальником охраны. Зачем устроили этот переполох с утечкой газа. В любом случае, нам с Верой необходимо выбраться из особняка и забрать вещи из лимузина. Там же моя сумочка, деньги, документы. Эх, предчувствую, что покинуть Францию, станет в копеечку. Новая страховочная беседка катастрофически отдаляется.

– Ведь не хотела ехать во Францию! – пробурчала я.

Двигаться по коридорам особняка, волоча за собой Верочку, было тяжело. От шампанского, которым она пыталась залить стресс, ее качало, шатало и заносило на поворотах. Во время редких остановок подруга заводила свое осточертевшее «и все-таки я не понимаю!». Я молча упрямо тащила ее за руку, как непослушного ребенка, а она прижимала к груди полбутылки шампанского.

– Вера, неужели тебе не стыдно? – не выдержала я. – Брось бутылку.

– С ума сошла? – ответила она, уставившись на меня сквозь толстые линзы. – Это же настоящее французское шампанское! Не наш лимонад.

В знакомой галерее, где находилось панорамное окно с видом на реку, путь преградил охранник. Он жестом остановил нас.

Едва я успела открыть рот, чтобы произнести какую-нибудь вразумительную ложь, как Вера пьяно заявила: