Мой огненный и снежный зверь - Ева Никольская

Поддержание Равновесия миров и наблюдение за хранилищем корагов были главными обязанностями любого Хозяина. Тюрьмы для демонов, потерявших контроль над собственными силой и телом, являлись неотъемлемой частью каждого Дома. Затерянные в пространственно-временной петле, эти Дома-лаборатории после окончания работ над созданием связанных миров служили лучшим местом изоляции темных сущностей, опасных и для себя в частности, и для всего живого вообще. Дар Творца имел две крайности: способность рождать из пустоты души и… способность их уничтожать, обращая в чистую энергию. А еще только демиурги могли создавать специальные ловушки для взбесившихся корагов, поэтому черный туман их душ и хранился в тюрьмах, построенных создателями лично. Первой стадией защиты было зачарованное особым способом стекло контейнеров, второй – стены хранилища, третьей – магическая печать и код на двери, четвертой – сам Дом. Ведь ни один дух не в силах был навсегда покинуть его без тела. А кораги не способны иметь собственную материальную оболочку, следовательно – ловушка оказалась надежной. Так было, есть и будет во все времена. Пока живы Дома, пока они имеют Хозяев и… пока целы миры, завязанные на них.

«Это нечестно!» – возмутилась Ин, скосив свои черные глаза в сторону собеседника. Не синие, как у демонов, и не лазурные, как у богов, а именно черные – отличительный знак дара демиурга.

Она выглядела сейчас свежей и юной, будто пятнадцатилетняя девочка. Фиолетовые косы были небрежно откинуты за спину, а верхнюю половину лица закрывала темно-лиловая маска.

«Что именно, Мастер?» – пряча ироничную улыбку в уголках губ, поинтересовался желтоволосый мужчина, маска которого, в отличие от маски собеседницы, имела насыщенно-бордовый цвет.

Этим двоим не требовались слова, чтобы понимать друг друга, они общались с помощью мыслей. Творцы молчали, позволяя звонким бубенцам на одежде спорить с нежными переливами крошечных колокольчиков, но глаза их – блестящие озера вечной тьмы – сейчас говорили, и разговор этот был полон не свойственных демиургам эмоций.

Когда-то давно, на заре семи миров, он едва не совершил самое страшное по законам демиургов преступление – чуть не уничтожил в гневе себе подобную. Не демоницу, не богиню, а другого творца, так элегантно плюнувшего ему в душу. Но, к чести этой мелкой стервочки, поймать ее Дэ смог не сразу. А когда смог, уже успел остыть и обдумать ситуацию. Тогда-то они и заключили то роковое для Ин пари. Он назвал созданную ею расу несовершенной и хрупкой, а она предложила проверить это временем. С тех пор и проверяли… Погружались в многовековой сон и пробуждались вновь, чтобы убедиться в собственной правоте. Странный спор, подкрепленный магией крови, стал ловушкой для обоих. Покинуть связку, не дождавшись ответа на поставленный вопрос, означало признать свое поражение. А на это ни один из создателей не готов был пойти.

Пока были целы миры под покровительством Карнаэла и пока оставался в живых хотя бы один представитель проклятой расы, оба демиурга, на время спора ставшие Мастерами Снов, мирно почивали в своих Кругах Забвения, изредка просыпаясь и покидая их для важных дел. К таким делам относились: устранение явной угрозы Равновесию (обычно этим занимался Дэ, который упорно не хотел, чтобы из-за политики какого-нибудь сумасшедшего мира связка развалилась раньше, чем они решат свой спор), ненавязчивая помощь кровникам (об этом заботилась Ин), такие же ненавязчивые пакости галурам (снова дело рук Дэ), ну и традиционные поединки Волков, избранные хозяевами в качестве альтернативы для собственных стычек. Демиургам было запрещено сражаться, тем более биться насмерть. И тем не менее двое из них исчезли из жизни своего народа, став заложниками глупого пари.

А может, кому-то из творцов после создания последнего шедевра просто захотелось взять отпуск? На несколько миллиардов лет. Здоровый сон, периодическая разминка и бесконечная игра с равным противником – чем не каникулы среди бесконечных рабочих будней древнего существа, над которым не властно время?

«Это ты заставил Карнаэл уснуть!» – обвинила его Ин, гневно сверкнув глазами.

«Конечно. – Улыбка Дэ стала шире. – В отличие от тебя, Тень, – нарочито упомянул он ее прозвище, с удовольствием заметив, как сжала губы собеседница, – я знаю не только то, что происходит рядом с моим Волком, но и то, что творится в моем Доме. Было глупо пытаться захватить над ним власть с помощью той вирты. А уж накачивать ее магией твоих созданий, дабы увеличить потенциал галуры, это вообще из ряда вон! Кстати, кто тут говорил о честности?» Темные прорези его глаз насмешливо сузились.

«Попытка не пытка, – пожала плечами Ин и отвернулась. – Если бы Мая стала Хозяйкой Карнаэла, я бы выиграла пари, доказав тебе, что кровники – достойная нас раса».

«А если бы Хозяйкой стала та маленькая Арэ? Достойной оказалась бы раса людей?» Мужчина усмехнулся. От легкого движения колокольчики на его шелковом халате заволновались.

«Может быть, и так, – совершенно искренне хихикнула Ин. – Тогда бы мы оба проиграли. Или выиграли?»

«Или это была бы честная ничья. Хм, не стоило, наверное, внушать той мстительной покойнице, которая похитила тело Катерины, как именно и когда ей следует устроить диверсию».

«А! Так это все-таки сделал ты?! То-то я думаю, что человеческая девка если и способна снять печать, то нарушить чары на ловушках-контейнерах без особых знаний она не сможет! Ты играл нечестно!» – вновь возмутилась демиург.

«Ты тоже»! – парировал оппонент.

«А ты… ты…»

«Хватит, Ин. Мы оба хороши».

«Пожалуй», – вздохнув, кивнула она.

«И что же? Опять в спячку?»

«Как всегда, – медленно кивнула собеседница, а потом, чуть склонив набок голову, спросила: – Зачем ты пытался снять перчатку Лу с Катерины? Ее связь с Карнаэлом в таком случае превратила бы твою связку в решето».

«И?» Черные глаза Дэ искрились от смеха.

«И Равновесию пришел бы… – Ин запнулась от внезапной догадки. – Ты хотел уничтожить свой шедевр собственными руками?!»

«Чем не способ разорвать наше затянувшееся пари?»

«Дэ. – Ин помолчала, переваривая информацию. – Я не думаю, что оно того стоит».

«Знаешь… – Дэ как-то странно посмотрел на нее и чуть улыбнулся. – Я тоже больше так не думаю».

А потом они еще долго молчали, стоя рядом на краю обрыва, и смотрели, как тонет в темной воде алый диск светила. Близко-близко… почти соприкасаясь руками. Два создателя, переставшие создавать, два соперника, упорные в своем противостоянии, два врага, не желавшие перестать враждовать, ибо это стало бы концом их связи. Этот спор дарил болезненное удовольствие им обоим, несмотря на все сопутствующие лишения и разочарования.

Заколдованный ветер бросал под ноги необычной паре душистые лепестки вишни, где-то вдали пела грустную песню райская птица, а под соседним деревом мирно дремали черноволосая девушка и маленький белый волчонок – потерявшая вторую ипостась Лаванда и новый питомец Ин – Дух Лесов Саргона. В следующей жизни их ждал смертельный поединок. В следующей… не в этой.