Семя Ветра - Александр Зорич

Шет сделал шаг. И еще один. Теперь вода доставала ему до колен. Он открыл медальон и извлек Семя. Сколько жадных рук стремилось к нему. Сколько жизней оно сожрало…

Шет бросил Семя Ветра в воды озера Перевоплощений и уста его отверзлись для Истинного Наречия Хуммера.

Вода доставала ему до пояса, но Шет не чувствовал ее жгучих прикосновений. Он не видел ничего вокруг – ибо закрыл глаза. Внешний мир больше не донимал его своей суетой. Весь мир теперь сосредоточился внутри Сиятельного князя.

Его разум заволокла бордовая пелена – словно бы Великая Мать Тайа-Ароан накрыла его своим беспечальным покрывалом. Да и в душе, в двуединой душе самого Шета окс Лагина теперь не осталось почти ничего, кроме пронзительных, словно биение раскаленной стали, и холодных, словно предвечный лед, слов, пробуждающих необоримую силу Семени Ветра.

Он стоял неподвижно, раскинув руки. Слова текли из его уст потоком, складываясь в стихи заклинаний. Его веки были полузакрыты. Серьга в ухе сияла словно утренняя звезда в чистом небе. Пальцы Шета слегка подрагивали.

В трех локтях от него вился крохотный водяной смерч. С каждым новым заклинанием он рос. Становился все больше и больше. Семя Ветра было принято водами Озера Перевоплощений и это не сулило Сармонтазаре ровным счетом ничего хорошего.

– …И да воскреснет забытая мощь, укрытая предками, отвергнутая потомками… – шептал Шет окс Лагин.

Губы его едва двигались, но Семя Ветра слышало его. Вот уже на месте воронки возник водяной столб, и Священный Остров Дагаат задрожал от самой базальтовой подошвы до вершины Алмазного Гвоздя. Но Шет лишь улыбнулся. Это значило лишь то, что все идет так, как должно идти.

– …и да исполнятся пророчества, явные и неявные, и да услышит меня, попирающего ныне обе половины Круга Земель, все и вся…

Но на сей раз Шету не случилось завершить заклинание – мощная когтистая лапа вонзилась ему в плечо. Но даже чувствуя яростную боль, Шет не сразу открыл глаза. Он был полностью поглощен Истинным Наречием Хуммера!

И только когда огромный нетопырь потащил его на берег Озера Перевоплощений, словно коршун цыпленка, с губ Шета окс Лагина перестал сочиться яд магических формул, чтобы уступить место одному-единственному имени, сказанному на языке людей. На языке Харрены.

– Элиен? – в полнейшем недоумении спросил Шет окс Лагин, разлепляя тяжелые веки.

13

– Остановись, любезный брат мой! – прогремел голос Элиена, когда он спрыгнул со спины Хегуру и направился к лежащему в траве Шету окс Лагину.

– Не лезь не в свое дело, харренский выскочка, – бессильно прохрипел Сиятельный князь, предпринимая отчаянную попытку подняться на ноги и выхватить из ножен Коготь Хуммера.

В руках Элиена сиял обнаженный Поющий меч. В глазах горели решимость и несгибаемая воля. Желваки нетерпеливо играли на его гладко выбритых скулах.

«Где это он успел? – промелькнуло в голове у Шета окс Лагина, – На спине у нетопыря, что ли, брился?»

– Если ты отказываешься величать меня братом, то и я назову тебя твоим истинным именем, Длань, Уста и Чресла Хуммера. И повторю. Отзови Семя Ветра, Октанг Урайн! – сказал Элиен и в его глазах блеснули искры ненависти.

Неожиданно для самого себя Шет окс Лагин расхохотался.

Этот человек прилетел сюда верхом на нетопыре. Словно старый ведьмак, словно грютский обжора Аганна! И он, этот комедиант, предлагает ему, Сиятельному князю, отозвать Семя Ветра?!

Если ему нужно остановить его, пусть попробует сам. Это не так сложно, как может показаться.

Хохоча, словно буйнопомешанный, Шет окс Лагин указал Элиену в сторону пока скромного, но стремительно набирающего силу водяного смерча, который уже захватил своими ревущими крыльями треть Озера Перевоплощений. Отозвать Семя Ветра – что может быть глупее?

Изумруд в правом ухе Шета окс Лагина засиял еще ярче. Пусть попробует остановить. Он не будет мешать ему, пускай…

Шет окс Лагин снова сел на траву. Похоже, Коготь Хуммера ему не понадобится. Все разрешится само собой. Не нужно суетиться…

– Ты прав – я сделаю это сам, – кивнул Элиен.

Земля под его ногами вновь задрожала. Откуда-то сверху просыпались остатки хрустального купола. Скалы пошли трещинами. Жуткий, утробный гул вырвался из провалов, которые изъязвили берега озера. Похоже, чудовищный шторм, что разбушевался на море, теперь грозил захватить и саму сушу. Дагаат уходил под воду.

Истинное Наречие Хуммера вошло в уста Элиена.

Шет окс Лагин не знал, как остановить рвущийся к свету Красный Алустрал. Не знал, как остановить яростное совокупление стихий. Не знал этого и Октанг Урайн, овладевший телом Шета. Но то, что туманно для одних, ясно другим.

Элиен, преемник Леворго, Элиен, новый Хранитель Диорха, знал нужные слова и он произнес их.

14

Казалось бы, не случилось ничего примечательного. Водоворот, порожденный Семенем Ветра, не исчез. Земля по-прежнему стонала и тряслась. Трещины исправно ползли по земле. Ветер завывал, бросая в лицо Шета, по-прежнему сидевшего на траве у берега, соленые брызги. Внешний мир остался таким же.

Но Шет окс Лагин понял, что слова Элиена достигли цели, и биение стихий, достигнув своей наивысшей точки, скоро пойдет на убыль.

Элиену удалось то, в саму возможность чего Шет окс Лагин не верил!

Это означало, что Семя Ветра сгинуло в пучине Озера Перерождений. Растворилось. Как если бы оно было кусочком сладкой патоки. Это означало, что он, Шет окс Лагин, посрамлен и как маг, и как человек – Элиену удалось пустить вспять время…

– Да ты стал силен, братишка, – с недоброй усмешкой сказал Шет окс Лагин, вскочив на ноги. – Ишь ты, видать, Леворго тебя не калачи печь учил.

Коготь Хуммера покинул ножны. Теперь ему снова нашлась работа.

Элиен промолчал. Дальнейшее развитие событий он предвидел еще в тот момент, когда его взгляд впервые встретился со взглядом брата. Теперь Шет окс Лагин, разумеется, захочет произнести все требуемые заклятия вновь и постараться вновь оживить Семя Ветра, отменив все сказанное Элиеном. Но это произойдет не раньше, чем…

– Что ж, сразимся как брат с братом? – С этими словами Шет окс Лагин поцеловал лезвие своего клинка.

– Я бы сразился с тобой, брат, если бы прежде ты согласился извлечь из своего уха серьгу. Покуда ты с ней, мой поединок останется поединком с герверитским царьком и Хуммеровым прихвостнем Октангом Урайном.

– Что ж, можешь оставаться при своем мнении, брат. Мне не нравится, когда кто попало поучает меня, какие украшения носить, – спесиво процедил Сиятельный князь.

Его клинок птицей взлетел вверх и, начертав в воздухе дугу ледяного огня, встретился с клинком Элиена. Брызнули изумрудно-зеленые искры размером с круг аспадского сыра.