Хаосовершенство - Вадим Панов

— А храмовники? — угрюмо спросила Ева.

— Продолжим охоту, — махнул рукой пророк. — Сейчас они дезорганизованы, напуганы, рассеяны, а потому не опасны. Сейчас нужно брать за жабры другую рыбу.

— Но храмовники знают секрет «синдина». Что будет, если они его раскроют?

— Ни за что, потому что в этом случае все жертвы окажутся напрасными, — рассмеялся Сорок Два. — Их психованный бог ни за что не пойдет на такое унижение.

— Когда поймет, что Мутабор на краю гибели, ему станет плевать на такую мелочь, как унижение, — заметила Пума.

— Ну… — Пророк почесал подбородок. — Даже если они и откроют секрет «синдина», мы просто сменим тактику. Перехватить у нас управление процессом они не смогут при всем желании.

«Власть. Власть. Власть. Вот из-за чего погибла Красная — прокладывала маленькому человечку дорогу к неограниченной власти. А еще Крюгер, Дэн, Почтальон. А еще она сама…»

— Никто не говорил, что «синдин» безопасен, — угрюмо процедила Ева.

— Что ты имеешь в виду?

— От «синдина» умирают.

Сорок Два внимательно посмотрел на Пуму. Насторожился, отметив чуть подрагивающие пальцы и странный блеск в глазах. Попытался пошутить:

— От жизни тоже умирают, но ведь это не значит, что не нужно рождаться, правда?

— Ты прав, — прошептала Ева, поднимая пистолет. — Ты прав, любимый, умирают от жизни и от «синдина». Ты ведь знал, не так ли?

А вот теперь пророк перепугался. Попытался вскочить с кресла, но был остановлен резким возгласом:

— Сидеть!

А титапластовая дверь в подземный бункер заперта, охрана снаружи, а внутри лишь одиннадцать трупов да чокнувшаяся метелка с «дыроделом». Сорок Два покрылся холодным по́том.

— Ева, милая…

— Ты знал, — всхлипнула Пума.

«Она с трудом сдерживает слезы? Замечательно! Женщины — существа эмоциональные, возможно, удастся ее уболтать и как-нибудь открыть проклятую дверь».

— О чем ты говоришь, любимая?

— Ты знал, что от «синдина» умирают, ведь так?

«Прелат, сука! „Знаете, почему кашляет ваша Пума? Она умирает…“ Надо было сразу шлепнуть эту дуру! Но ведь верная, сучка, головы откусывала по моему приказу… А сейчас и мне! Б…дь, что же делать-то?!»

— Я не смог тебе сказать, моя любовь. Ты не знаешь, сколько слез я пролил по ночам, когда ты спала на моем плече. Ты не знаешь, как холодела моя душа, когда я слышал твой кашель. Ты…

— Ты знал?

— Мне рассказал прелат во время той нашей встречи. Вот почему я был так мрачен. Я был в шоке.

— Из-за меня?

— Да. — Сорок Два посмотрел Пуме в глаза, изо всех сил стараясь не замечать черное дуло «дыродела». — Я ведь тебя люблю.

И проклял свое субтильное сложение, не позволяющее хотя бы попытаться начать схватку. Он не быстр и не силен, потому вынужден послушно сидеть в кресле, чувствуя, как от страха жгутом сворачиваются внутренности.

— Ты — самое дорогое, что у меня есть.

— А ты у меня. — Ева вновь всхлипнула, но «дыродел» в ее руке не шелохнулся. — Я спасу тебя, Сорок Два, спасу от самого себя, — срывающимся голосом продолжила Пума. — Я не позволю тебе испортить свою жизнь. Я сделаю тебя легендой, хотя ты, любимый, большая сволочь.

— Ева!

Пророк понял, что только что выслушал приговор.

— И не волнуйся насчет Эпохи Цифры, любимый, я расскажу секрет «синдина» всему миру. Сегодня же расскажу.

«Это… это… это… Это конец». Сорок Два понял, что обмочился. Язык ворочался с трудом, внутри было холодно-холодно, он видел лишь черное дуло, но все-таки нашел в себе силы на еще один аргумент:

— Но ведь «синдин» убивает. Ева, ты…

— На Земле слишком много дураков. — Голос Пумы стал очень жестким. — Пусть подыхают вместе со мной.

* * *

Территория: Россия.

Научно-исследовательский полигон «Науком» № 13.

Кайфоград.

Неожиданный ход дает преимущество в дебюте

— Никогда! — зычно провозгласил Бромберг, прижимая микрофон едва ли не к губам.

Динамики грохнули призыв, и колонна послушно рявкнула:

— Никогда!!

— Сохраним Землю для наших детей!

— Сохраним Землю для наших детей!!

— Мы не сдадимся!

— Мы не сдадимся!!

— Остановим Ад!

— Остановим Ад!!

— Как и было обещано, «Остановим Ад!» проводит грандиозную манифестацию, — торопливо передавали следующие за демонстрантами репортеры. — Тысячи активистов выстроились в колонну и направляются к периметру Станции, собираясь заявить решительное «Нет!» планам «Науком». В их руках транспаранты и флаги…

— Напугает ли мирная демонстрация охрану?

— Не менее пятнадцати тысяч безоружных людей движутся вдоль периметра Станции, скандируя лозунги в защиту планеты…

— Акция «Остановим Ад!» подчеркивает обеспокоенность общества…

— Многие видные ученые разделяют точку зрения активистов…

— Похоже, происходящее стало для СБА сюрпризом…

— Где они сейчас?! — спросила Эмира, торопливо застегивая бронежилет.

— Идут к железнодорожной ветке, — уточнила Фатима. — Через тридцать минут ожидается эшелон. Полагаю, они опять попытаются его остановить…

— Нет!

— Что нет? — не поняла Тураева.

— Слоновски не дурак, узнав о манифестации, он тормознет поезд… — Эмира коротко выругалась. — Сегодня Бромберг пойдет на Станцию!

Разведка была проведена, рядовые «зеленые» поняли, что стрелять в них не будут. В СМИ прошла артподготовка, упиравшая на исключительно мирный характер акций движения, и сегодня кукловоды «Остановим Ад!» нанесут удар. Погонят «сдуренных» фанатиков на защитные периметры в надежде проломиться к строительству.

Тураева сжала кулаки и в четких, но весьма грязных выражениях описала Бромберга и его хозяев.

На базе ОКР завывала сирена, запрыгивали в грузовики поднятые по тревоге солдаты. Три бронетранспортера и обе водометные машины уже выехали, но что они могут против пятнадцати тысяч человек?

— У «Остановим Ад!» есть разрешение мэрии Кайфограда на проведение демонстрации.

Значит, разгонять толпу можно только в случае беспорядков, а беспорядков не будет, поскольку они не вооружены и настроены «миролюбиво». Они просто пойдут на безов…