День Вампира - Олег Дивов

– Ерунда. Мы…

– Костя, я уже видел это. Первый был, когда вы меня привезли сюда. Помнишь? Второй на днях. «Тихо, мальчики!» – и вы действительно становитесь очень тихие и послушные. Вспомни. Постарайся вспомнить, я тебя очень прошу. Вспомни и тщательно обдумай.

Костя снова затих. Гош мучительно прислушивался, стараясь поймать ритм его дыхания. Задышал Косте в унисон. Представил себе, как тот сидит за дверью с клещами в руке. И произнес – ритмично, мягко, слегка нараспев:

– В следующий раз, когда ты услышишь от Сан Сеича «Тихо, мальчики!», ни в коем случае не шевелись. Сначала оглядись по сторонам. Испугайся этих слов.

– Как это – испугайся? – вяло перебил Костя.

– Эти слова – знак беды. Когда Сан Сеич их произносит, значит, опасность рядом. И ты легко увидишь, где она. Только посмотри внимательно по сторонам. Посмотри испуганно, готовый защищаться сам и выручить ребят. Запомни, «Тихо, мальчики!» – это значит, что ты можешь попасть в беду. Разгляди ее и устрани. Разгляди сам. Прислушайся к своим ощущениям. Сам ищи. И ты увидишь, что происходит в действительности.

Костя тяжело вздохнул.

– Я же не дурак, – сказал он обиженно.

– Я в курсе. Ты хорошо от Сан Сеича нахватался – прямо юный друг психиатра.

– Не знаю, чего я там должен пугаться, но вот ты меня сейчас здорово… – Костя помедлил и вместо «испугал» сказал: – Озадачил.

– Замечательно. А теперь иди и думай. Если понадобится, думай всю ночь. Пока не согласишься, что я все угадал правильно. И пока не подготовишь себя к верной реакции на ключевую фразу.

– Да не может быть такого! – шепотом заорал Костя.

– Это нормально, Костя. Ты слишком много знаешь о психотехниках, чтобы предположить, будто они применимы к тебе. Сколько ты взял сеансов терапии у Сан Сеича?

– Вагон.

– И замечательно. Сан Сеич профессионал, он на полном серьезе из вас сделал людей. Он и мне очень помог. Так что я на него не в обиде. Нужно просто осознать – он всего на свете боится. В том числе и нас. Я представляю, какими злобными типами вы были, когда он вас отловил. Могу хотя бы себя вспомнить. Как вспомню – так вздрогну… Поэтому Сан Сеич и решил обезопасить себя… Давай относиться к этому его желанию как взрослые и понимающие люди, хорошо?

– Верится с трудом, – признался Костя. – Но я подумаю. Ладно, мне тут еще…

– Не нужно, – мягко попросил Гош. – Воткни гвозди на место, забирай инструмент и иди к ребятам. Поблагодари их от моего имени и перескажи во всех подробностях то, что мы сейчас с тобой обсудили. И думайте. Думайте вместе. Сколько будет нужно, чтобы подготовить себя, вот столько и думайте.

– А ты? – спросил Костя ошарашенно.

– Ты же сам говорил, что выигранная драка – это та, которую погасил в зародыше.

– Ну?

– Если я убегу, это в глазах Сан Сеича подтвердит его подозрения. Тебе нужно, чтобы старик тронулся рассудком? Мне – нет. Я ему здорово благодарен. Так что когда Сан Сеич захочет меня допросить, я буду разговаривать с ним. И я готов ждать.

– Псих, – заключил Костя.

– Может быть. Но это мой выбор. Я попытаюсь как-то переломить ситуацию. Еще не знаю как, но придумаю.

– Точно решил?

– Поверь, так будет умнее. И лучше для всех. Слушай, ты здесь не засиделся? Вдруг он проснется и явится проверять?

– Ничего он мне не сделает! – заявил Костя. – Где хочу, там и ночую. Слушай, ты, страдалец. Решил сидеть – ладно, сиди. А ты не подумал, что старик с тобой, может, разговаривать не захочет? А решит тебя… э-э… того? Втихую?

– Ну вы же этого не допустите, правда?

– Мы-то да, а вот Белый… Он на тебя готов все наши беды свалить, вплоть до закрытия Тулы.

– Город закрыт?! – встрепенулся Гош. – Как?

Костя в двух словах описал события у бензоколонки.

– Интересный симптом, – пробормотал Гош озадаченно. – Там ведь не было явного лидера. Тем более – достаточно умного. Может, кто-то пришлый? Или появился новый фактор… Внешняя угроза, а? Странно. Ничего не понимаю. Разведка нам позарез нужна, Костя. Хорошая разведка. А то, неровен час, явятся сюда какие-нибудь настоящие Регуляторы и урегулируют наше ранчо к чертовой матери… Ладно, дружище. Иди к ребятам. Пора тебе.

Костя, недовольно ворча, принялся втыкать на место гвозди.

– А с Белым как разбираться будем? – вспомнил он. – Ему, по-моему, рассказывать про установку на повиновение не стоит.

– Согласился? – удивленно спросил Гош. Такой прыти он от Кости не ждал.

– Угу, – хмуро ответил тот. – Не до конца, но похоже. Вспомнил, как сегодня было дело. Знаешь, я даже не рассуждал. Вот чертовщина! Кто бы мог подумать…

– Представляю, как тебе сейчас неприятно, но ничего не поделаешь. Тысячи людей по всему миру сами просят, чтобы доктор поставил им блокировку, снял беспочвенный страх, снизил мнительность… Ничего особенного с тобой не произошло. Если произошло вообще.

– Боюсь, произошло. Так что Белый?

– Не знаю. – Гош в темноте помотал головой. – Сами решайте.

– Он классный парень.

– Я знаю, – согласился Гош. – Вот поэтому сами и решайте.

– Ладно, – вздохнул Костя. – Пойду. Ты голодный небось?

– К утру проголодаюсь. А который час?

– Полтретьего. Ну, утром как раз и принесем.

– Счастливо, Костя, – сказал Гош. – И огромное тебе спасибо. Тебе и ребятам… Вы молодцы.

– Мы просто хотели, чтобы было по справедливости, – скромно ответил Костя, попрощался и ушел. Но через минуту вернулся. – Вот еще что, – заявил он. – Ты даже и не спросил. А зря. Сан Сеич знаешь, чего про тебя выдумал?

– Что я американский шпион, – усмехнулся Гош.

– Если бы!

– Ну, жидомасонский какой-нибудь. Мировой заговор, да?

– Если бы! – повторил Костя. – Он говорит, что еще тридцать лет назад КГБ разработал оружие массового поражения, которое воздействует на психику. И вот теперь они из этой штуки стрельнули. Хотели по Америке, а получилось по всем. Но сами кагэбэшники уцелели, и ты – один из них. Ездишь по стране и оцениваешь уровень потерь. А за тобой придут другие, которые запрограммируют тупых на повиновение и сколотят из них армию. Заэкранируют ее от своей пушки, стрельнут еще раз, чтобы всю планету окончательно зашибло, и отправятся с этой армией порабощать мир. Чтобы не обидно было, понимаешь? Раз с первого захода не вышло, так чтоб уж со второго никому мало не показалось. И Сан Сеич хочет нас от всей этой катавасии защитить. Спрятать. Он говорит, нас все равно либо отстреляют, как слишком умных, либо в тупых переделают. Вот такие, брат, дела.

– Поздравляю, Костя, – пробормотал Гош в легком обалдении. – Наш Сан Сеич – полный и безоговорочный шизопараноик!